Французский Трофей - Джеки Бонати

– О.… в таком случае, я сегодня с удовольствием присоединюсь к вам обоим, – Этьен улыбнулся и, прежде чем уйти от озера, еще раз коротко поцеловал Женю.

Девушка тут же улыбнулась, все еще жутко смущаясь от поцелуев, и последовала за ним в лагерь.

– Может быть, ты для начала спросишь у Андрея Ионыча, не против ли он моего общества? – предложил Этьен, замедляясь у палатки врача.

– Хорошо, если тебе будет так спокойнее, – кивнула она и зашел в палатку.

– Андрей Ионыч, доброе утро, – врач был свежим и сияющим и благодушно кивнул ей. – Вы не будете против если я приглашу к нам на завтрак Этьена?

– Костя, душа моя, почему ты спрашиваешь? – удивился Михайловский, глянув на нее поверх пенсне, но потом вдруг нахмурился, припоминая вчерашний разговор. – Вы поговорили?

– Да, поговорили, – улыбнулась она. – Все в порядке. Просто Этьену неловко, мол, не хочет навязываться.

– Глупости какие! – Михайловский отмахнулся и даже фыркнул. – Веди сюда своего стеснительного француза.

Женя позвала Этьена, а Василий уже накрывал завтрак на троих.

– Так лучше? – улыбнулась княжна французу.

– Да, спасибо, – Этьен улыбнулся, войдя в палатку, и сразу поздоровался с Михайловским, благодаря его за приглашение.

– Вот и славно, – они уселись за стол и принялись за завтрак. Михайловский завел светскую беседу.

Этьен ее охотно поддержал, постепенно расслабившись, благодаря приятной компании и вкусной сытной еде – все же фельдшера кушали попроще.

– Какие планы на сегодня, Андрей Ионыч? – спросила после завтрака Женя, поглядывая на Этьена.

– Как обычно, Костя, будем лечить людей, – ответил тот, смакуя вкусный крепкий чай. – У двоих пора швы снимать. А Катенькиному ухажеру надо гимнастику расписать, чтобы руку восстанавливал.

– Я могу им заняться, а Этьен проконтролирует его. И ногами займется заодно, – предложила Ева.

– Отличная идея, – согласился Михайловский. На самом деле, после того, что француз сделал для госпиталя и продолжал делать, он давно уже перестал быть вражеским солдатом.

– А то он чаще ведра таскает, чем гимнастику делает, – хмыкнула Женя, но на Этьена посмотрела очень по-дружески.

– Если уж ты не можешь остановить его, то нам это точно не под силу, – рассмеялся врач, тоже по-доброму глядя на Этьена

– Придется очень-очень сильно попросить, – усмехнулась Женя. – Ведь ты мне не откажешь, Этьен?

– Конечно, нет, – Этьен покачал головой и улыбнулся. – Я готов исполнить любое поручение, и буду очень рад, если это принесет пользу.

– Это принесет пользу, я уверен, – кивнула ему Женя. – Пора за работу, спасибо за завтрак и компанию, Андрей Ионыч.

Этьен тоже поблагодарил за завтрак и пошел за княжной, готовый выслушать ее поручения. По большому счету, ему было неважно, как именно быть полезным. Они вместе пришли к майору, который ухаживал за Катериной. Тот уже позавтракал и был готов к занятиям.

– Господин майор, прошу, знакомьтесь. Это Этьен, мой друг, он поможет вам с гимнастикой. Надеюсь вы поладите, Этьен отрекся от императора, поэтому прошу, не воспринимайте его как врага, – начала знакомство Женя.

– Про господина Этьена в лагере, пожалуй, не знает только слепоглухонемой, – ответил майор, улыбнувшись. – Как и о его активной деятельности, – добавил он и, поднявшись, протянул для приветствия руку французу, высказывая благодарность за помощь.

– Чудесно, тогда я сейчас покажу упражнения, а Этьен поможет вам их выполнять, – довольно кивнула Женя.

И майор, и француз кивнули и стали внимательно слушать, что требуется делать, по команде Жени повторяя движения.

Та, убедившись, что все в порядке, оставила их заниматься друг другом и пошла помогать Михайловскому на утреннем осмотре. Лазарет потихоньку пустел и это радовало Женю – что люди выздоравливают.

Всю первую половину дня Этьен провел с майором. Они прекрасно понимали друг друга, так что никакого напряжения в общении не возникло. И хотя через несколько часов они оба были уставшие, но прогресс уже был очевиден. Их тренировочный зал ближе к обеду разогнала Катерина, напомнив, что столько заниматься нельзя и вообще пора уже кушать. Майор поблагодарил Этьена, и тот пошел искать Женю, оставив майора медсестре.

Женя помогала Андрею Ионычу с мелкими процедурами, а потом проводила время в небольшой лаборатории, готовя препараты, которые заканчивались. Она так заработалась, что и не слышала, что пора обедать, и не помнила об этом, пока Этьен не нашел ее и не сказал о времени.

– Я что-то заработался, – смущенно оправдалась девушка, откладывая инструменты и пузырьки.

– И выглядишь заморенным, – Этьен оглянулся, прислушался и, убедившись, что никто не должен нарушить их уединение, обхватил ладонями лицо Жени, чтобы коснуться ее губ. – А еще я соскучился, – шепнул он в губы врача.