Наследник для босса - Ева Маршал

Я вихрем пронеслась сквозь почти пустой в столь ранний час опенспейс, на меня с удивлением обернулся какой-то мужчина, а я порадовалась, что никто не вывернул от лифтов, иначе точно получил бы тяжкие телесные. Вряд ли я бы успела остановиться. Колотило так, что зуб на зуб не попадал. Мысли путались и как одни были депрессивными. Я чувствовала себя той самой, что прошипел сквозь зубы Данилов. И в то же время другая часть меня сопротивлялась этой мысли.

Загнав тележку в чулан, я бросилась к себе и минут десять тупо сидела на кровати, чувствуя себя больной и пытаясь собрать в кучу мысли. Затем заставила себя встать и приготовить чай. Достала баночку меда, что передали отец и братья. Заварила чай, добавив земляничные листья в заварку. Горячее питье немного облегчило состояние, душевные муки отступили. Попер конструктив.

И что мы имеем?

Ну во-первых, Данилов не сделал со мной ничего такого, чего бы не попытался рано или поздно кто-то из наших деревенских. Он не похож на извращенца, да и не был замечен в беспорядочных связях. Это мы уже обсуждали с Катенькой. Вряд ли бы ее тетка стала прочить бл*дуна ей в мужья. Во мне, взрослой и сформировавшейся личности, он вызывает вполне определенные желания как мужчина. Возбуждает в качестве самца. Это нормально. Я здоровая и молодая, чего же так испугалась? Никаких обетов или клятв я не давала, да и раньше как-то не носилась с собственной девственностью. Просто было некогда заниматься личным. Я училась, поддерживала семью. Братья, опять же…

Самоанализ помог успокоиться. Я осознала, что ничего преступного в нашем обоюдном желании с Даниловым нет. Он мужик видный, приятный. Умелый. И что-то мне подсказывает, что я еще далеко не все его мастерство на себе испытала. Почему бы не он? И стыдиться мне нечего. Я ж не за деньги или ради должности, а потому что сама этого желаю. Тут он правильно сказал. Я тоже хочу его до одури.

Вспомнилось данное в панике обещание.

А и правда, почему бы не сегодня вечером? Действительно, самый подходящий момент. Лишиться девственности на Хэллоуин. Я нервно рассмеялась, ощущая, как снова вспыхнуло лицо. Но мысль показалась мне интересной.

Я стояла перед зеркалом и смотрела на собственное отражение, наверное, уже целую минуту. Девушка по ту сторону казалась незнакомкой. Вместо косы неожиданно прямые русые волосы. Облегающее фигуру платье с леопардовыми нарукавниками и туфлями. Да что там туфли! Под платьем на мне было сексуальное кружевное белье, какого я отродясь не надевала и, только подумать, чулки! И нет, я не ощущала себя какой-нибудь распутницей. Я относилась к собственному образу как карнавальному костюму. Не хватало только маски, которую я собиралась надеть.

Звонок мобильника привлек внимание.

— Маша, ты у себя? — судя по звуку Катенька уже подходила к моей коморке.

— Ага, открываю.

Я сбросила звонок и отперла дверь.

— Вау! — остановилась на полушаге помощница. — Машка, ты великолепна! Я говорила, что тебе пойдет такая прическа. А что с макияжем? Нет, это никуда не годиться! — забраковала она мои старания, и потянула к окну, пытая, нанесла ли я консилер.

Но и умываться не отправила. Освободила руки, скинув пальто и сумочку на кровать и взялась за дело. Нанесла тени потемнее, изобразив смоки айс. Погуще накрасила ресницы, добавила помады. У меня отродясь столько косметики на лице не бывало.

— Не перебор? — с сомнением уставилась я на собственное отражение.

— В самый раз. Да ты на меня посмотри! — Катенька поднесла руки ко рту и хихикнула. — Мы просто как инь-янь вместе!

И действительно, на ней было светло-бежевое коктейльное платье с длинными широкими рукавами и любимой юбкой-карандаш. По контрасту с моим нарядом, оно смотрелась еще светлее.

Убедившись, что выгляжу не хуже, немного успокоилась и примерила маску.

— Отлично! — захлопала в ладоши Катенька. — Тебя просто не узнать!

— А у тебя какой образ?

Не то чтобы сегодня полагалось полноценно наряжаться, но какая-никакая тематика требовалась. Катенька открыла сумочку и продемонстрировала ободок с пушистыми ушками и накладной носик:

— Я буду кошечкой.

Веселое щебетание Катеньки и последние штрихи слегка сгладили волнение, сменившееся радостным предвкушением. Мы нарочно решили немного опоздать, но не для того, чтобы произвести фурор своим появлением, а, напротив, чтобы влиться в тусовку незаметно.

— Все слегка подопьют, и можно будет много интересного услышать, — подмигнула Катенька.

До конца мне не было ясно, что именно желает услышать Катенька. Возможно, сплетни о себе, ведь работники ее до сих пор не желали воспринимать всерьез. Постоянно сравнивали с предшественницей, и сравнение было не в ее пользу. Да и не могла она пока тягаться опытом с собственной теткой, проработавшей на этой должности незнамо сколько лет.

— Для человека, который раньше не работал в офисе, ты отлично осведомлена, усмехнулась я, разливая чай по чашкам.

— Я внимательно слушала советы тети, — подмигнула она. — Поверь, будет интересно. И, да! Не выпускай из рук бокал, не то мигом споят.

— Звучит нелогично, — рассмеялась я.

— Ты поняла, о чем я.

— И что, думаешь к концу начнется недетское веселье?

— Всякое бывает, — загадочно улыбнулась она. — Главное, не упусти свой шанс.

Мы хотели немного задержаться, но опоздали минут на сорок. Идти было недалеко — всего один квартал, а затем в подворотню, как принято на старых Московских улочках. Катенька уверила меня, что переобуваться там негде, да и лишнее с сбой брать не стоит, и мы пошли прямо в туфлях. К вечеру слегка приморозило, и перемещаться в неподходящей обуви по обледеневшему тротуару оказалось тем еще удовольствием. Цепляясь друг за друга, и чудом оставались на ногах. Как ни странно, это добавило веселья. Мы сыпали шутками, смеялись и в ресторан прибыли слегка взъерошенные и в приподнятом настроении, словно бы опьяневшие осеннего столичного воздуха.

Вывеска «La Petite» светилась в темноте, невысокое крылечко в одну ступень было красиво оформлено искусственными тыквами и гирляндами из летучих мышей и приведений.

— Мило. А какая тут кухня, французская? — спросила я, едва не поскользнувшись на крыльце.

— И европейская, вроде как, — натужно ответила Катенька, с некоторым трудом отворяя довольно тяжелую старомодную дверь.

Изнутри пахнуло теплом, донеслись звуки музыки. У входа нас встретили несколько официантов и хостес — все в строгих рубашках в тонкую черно-белую полоску и черных брюках. Напоминая о тематике вечеринки в приглушенном освещении зала на их головах светились маленькие красные рожки. А что? Удобно — сразу видно, где искать официанта, подумала я, припомнив фильмы. Там вечно показывали, что официантов не дождешься.