Пленница чудовища - Саша Ким

Неужели я собираюсь выбрать первое?

Но руки уже не подчинялись мне, а мозги утекли, освобождая мою черепную коробку под холст для неугомонной фантазии. Напор из душевой насадки оказался отличным орудием для снятия напряжения. Всё о чем я сейчас могла думать – мужские руки с узором из вен… Грубые ладони… Широкие плечи, на которых поверх шрамов татуировки… Да, это были мысли о вполне конкретном мужчине. Несомненно. Я бы сделала это для него… Мысль о набухшем члене капитана сама по себе была слишком соблазнительной. Но фантазия посылала более смелые картины: мои рот смыкается вокруг рубинового конца…

– Чертов дьявол, – выдохнула я, впиваясь пальцами в кран, – да… – ещё один невольный стон и костяшки моих пальцев побелели от напряжения.

Я задержала дыхание и по инерции стала приподниматься на носочках.

– О, пожалуйста… Нет-нет… – сдавленно шептала я, чувствуя первую волну наслаждения, – да…

Мое тело словно пробило током, заставляя меня согнуться и застонать в голос.

Ещё несколько минут я стояла неподвижно, пытаясь понять, что сейчас произошло. Это был оргазм. Однозначно.

Мозги все ещё не вернулись на место, позволяя моему подсознанию запускать фейерверки в голове, когда вдруг я почувствовала приближение волны иного происхождения, куда менее приятного…

Я опрометью бросилась к туалету. Слишком много алкоголя для неподготовленного организма. Меня стало выворачивать наизнанку. Омерзительно. Во что я превратилась?

Мысли о том, как я должно быть сейчас выгляжу, вызвали новый приступ рвоты.

Я вдруг почувствовала, как на мое все ещё влажное тело опустилось полотенце.

– Стоило ли столько пить? – послышался голос надо мной.

Только не он…

– Выпей это, – капитан протянул мне кружку с шипящей жидкостью, и принялся собирать мои волосы, – не смотри на меня так, пей. Должно помочь.

Мне было невероятно стыдно, однако мысль о том, что он был рядом, будто априори успокаивала. Все плыло перед глазами, поэтому у моей гордости просто не было сил.

– Ещё тошнит? – он смотрел взволновано.

Мне не хватало концентрации внимания, чтобы ответить. Он будто нарочно отвлекает:

– В следующий раз, когда потянет на приключения, не забудь предупредить меня, – он умыл меня прохладной водой и подхватил на руки, – Корабль не может нормально функционировать, когда весь экипаж с ног сбился, чтобы сообщить, что женщина капитана, снова спустилась в трюм.

Звучит не плохо…

– Женщина капитана, – слова из моего рта стали вырываться прежде, чем я успевала их обдумать, – твоя…

Рука Пирса лежала на ручке двери. В его голове ад и рай вступили в противостояние, когда он услышал стоны из-за переборки. Сейчас она возбуждена и пьяна, и не станет отталкивать его, однако завтра, придя в себя, не простит ему, что он снова воспользовался ею.

Его раздумья прервал новый неожиданный звук.

«Ей плохо? Конечно, принцесса-то, наверное, и алкоголя никогда не пробовала».

– Женщина капитана, – сейчас в его руках она повторила за ним фразу, что зацепила его, – твоя.

Из её уст эти слова казались более реальными. Она словно кошка, свернулась в его руках, чувствуя себя на своём месте. Голос звучал небрежно, а светлые глаза безошибочно выдавали хмельное состояние.

Элли вдруг нахмурилась, недовольно надувая губы:

– Тоже мне – женщина капитана! – фыркнула она, – у нас было-то всего раз. Не считается! – выступала она, с одной ей понятным протестом.

Затем видимо утомилась и опустила свою голову на плечо Пирса, обхватив его шею на удивление крепкой хваткой:

– Это же, как репетиция, – бормотала она, засыпая в комфортных объятиях, – должно быть ещё выступление, – почти неразборчиво продолжала она свои наставления, – я бы сделала это…

Пирс опустил девушку на кровать и вгляделся в умиротворенное лицо:

– Должно быть, ещё ни одну девушку алкоголь не спасал от секса. Если бы тебе не стало плохо, я вряд ли бы смог остаться бесстрастным… – его взгляд скользнул по обнаженному телу, – черт! Предлагаешь и мне теперь дрочить?

Он поднялся с кровати и открыл ящик комода, в котором хранилась одежда Элли. Он выудил оттуда лишь небольшой лоскут кружевного гипюра. Затем открыл свой ящик и достал шелковую рубашку:

– Раз тебе так нравится воровать у меня одежду, – пробормотал он и вернулся к кровати.

Влажное полотенце полетело на пол:

– Не могу позволить тебе снова заболеть. У меня бессонница от твоего кашля, – будто оправдывая свои действия, продолжал говорить он со спящей девушкой, уже принявшись ее одевать.

Он не позволял лишнего своим рукам, соприкасаясь с нежной кожей лишь там, где того требовали обстоятельства, однако его глаза жадно исследовали каждый миллиметр желанного тела. Ладони неторопливо скользили по влажным бёдрам:

– Моя колдунья. Как тебе это удаётся? Обычно я снимаю с женщин белье. С тобой же вечно все наоборот.

Элли неосознанно поддавалась на каждое его прикосновение, заставляя Пирса жалеть, о решении спрятать её прекрасное тело от своего похотливого взгляда.

Пуговицы рубашки не желали подчиняться. Будто специально дразня Пирса.

– Дьявольское творение! – рычал он, – куда проще избавиться от одежды, нежели одеть её. Я мог бы просто разорвать эту чёртову рубашку! – его палец неряшливо скользнул по ткани, где, словно след от его прикосновения, тут же возникла упругая бусина соска. Пирс сжал челюсти до скрипа зубов и наконец, закончил свою нелегкую миссию.

– Даже во сне испытываешь меня, – он легко коснулся ее лба губами, – спокойной ночи, наказание мое.