Я буду счастливой - Екатерина Аверина

Я не знаю, откуда во мне взялись силы! Я за пару секунд оказался возле нее, только потом понял, как опрометчиво поступил. Голова моментально закружилась, меня ощутимо заштормило. Уперся рукой о стол, чтобы отдышаться. Раз-два-три… оторвался от стола и переместил одну руку, обнимая ее за талию, вторую положил на живот.

— Все хорошо, моя маленькая. Ничего не бойся. Я буду рядом.

Она уткнулась мне в грудь и всхлипнула.

— Я боюсь…

— Я рядом, малышка моя… я с тобой. Нужно позвать врача. — она отрицательно замотала головой, а я рассмеялся, уткнувшись носом в ее волосы. — Я, конечно, мог бы и сам попробовать, но может лучше доверим это дело специалисту? — она стукнула меня кулачком в грудь и застонала. — Садись — указал ей на кресло возле своей кровати и нажал кнопку вызова медперсонала.

Через пару минут в палату влетела медсестра и возмущенно уставилась на меня, мол какого хрена ты встал с кровати?! Этот вопрос буквально повис в воздухе. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но я опередил.

— У меня невеста рожает, вызови дежурного гинеколога и позвони Ирине Павловне, она вела ее беременность. БЕГОМ! — Мира тихо стонала в кресле, а медсестру буквально сдуло из моей палаты.

Сел на край кровати, стоять сил больше нет совершенно. Взял Мирославу за руку и говорил всякую ерунду, только бы отвлечь ее, только бы ей не было так страшно. Она сжимает мою ладонь так крепко, что пальцы стало больно, но я молчу, понимая, что ей гораздо хуже.

Я понял, как нам повезло, когда в палату вошла Ирина Павловна. Человек с золотыми руками и огромным сердцем. Она провела быстрый поверхностный осмотр, задала ряд вопросов и Миру, посадив в кресло-каталку повезли от меня прочь…

— Я с вами — поднялся со своего места.

— Не надо. Она ведь не хочет, чтобы ты присутствовал на родах. Не надо, Саш. Все нормально будет. Ты мне веришь? — эта добрая женщина сжала мою ладонь и заглянула в глаза. Мне кажется даже куда-то глубже, в самую душу.

— Верю, но… я должен. Я должен быть рядом! — она мягко улыбнулась и как несмышленому ребенку втолковывала мне, что я буду только мешать, что Мира будет нервничать и это ей не на пользу. Что я совсем слаб еще, чтобы выстоять рядом весь процесс. Разумом я и сам все это понимаю, не дурак. Сам врач и реально оцениваю свое состояние. Но душой я рвусь к ней, ничего не могу с этим сделать.

Я позвонил друзьям. Через час подтянулся Димка, чуть позже Макс. Они отвлекали меня разговорами, пытались успокоить.

— Вспомни меня! — смеется Демон. — Помнишь? Вооот. У тебя все гораздо проще. — сжал он мое плечо в знак поддержки. — Мира сильная девочка. Все будет нормально.

— Ты так любишь ее? — спросил вдруг Макс. — Что готов принять чужого ребенка? — эти слова больно резанули по самому сердцу.

— Это мой ребенок! Я принял это решение не сегодня!

— Ладно, ладно! Не заводись! — в примирительно жесте поднял перед собой руки Макс. — Я же ничего против не имею. Просто спросил. Я рад за тебя, Алекс. Правда, рад.

Время тянется невыносимо долго. Я несколько раз звонил в родильное, но новостей все еще никаких. Парни продолжают отвлекать меня ничего не значащей болтовней. Звонила Кейти. Тоже переживает. Меня уже ощутимо потряхивает от ожидания. Снова поднялся с кровати, чтобы сделать несколько шагов до раковины и умыться ледяной водой. Только поднялся, как Демон задал вопрос, который вернул меня обратно на кровать.

— Что ты будешь делать с Макаровым? Мы, конечно, можем еще долго его там держать, мне просто интересно.

— Мне нужно встать на ноги, Дим. В таком состоянии я даже поссать сходить сам не могу! На этого ублюдка у меня большие планы! — друг только кивнул. Слова тут были лишними.

За окном стемнело, нервы накалены до предела. Мне кажется, если кто-то сейчас просто коснётся меня, я взорвусь! В палату вошел санитар из травмы — здоровенный такой парень, широкий. Пришел не один, в сопровождении кресла-каталки. Я скептически поднял бровь, мол, что это за хрень?

— Александр Александрович, вы очень нужны. Мне велено вас доставить.

— Доставить?! Меня?! Ты охренел?! — уставился на гребаное кресло.

— Сан Саныч, правда, очень надо. — под моим напором парень стал теряться, что никак не вязалось с его массивностью.

Поднялся с кровати, Макс подставил плечо, чтобы я мог опереться. Друг улыбнулся.

— Так и пойдем? — спросил у меня. Я только кивнул.

Демон подошел с другой стороны, подставляя второе плечо для опоры.

— Убери это! — пнул коляску. Знаю, некрасиво, но мне сейчас не до сантиментов. Нервы уже ни к чету!

Родильное отделение встретило нас плачем детей, стонами рожениц и бегающим по своим делам персоналом. Внутри все сжалось в тугой ком.

— Что-то случилось? — спросил я в миг севшим голосом.

Санитар только пожал плечами и повел нас по коридору.

— Вам сюда. — указал он на двери люксовой палаты и отошел в сторону.

Если бы не парни, я бы наверняка уже рухнул прямо на бетонный пол, даже если бы мог сам нормально стоять. Сердце колотится в груди с бешеной скоростью, отдавая в виски. Я толкнул двери и перестал дышать.

Невероятно красивая девушка, со светлыми распущенными волосами сидит на кровати с обнаженным плечом. У нее на руках крохотный сверток, который она бережно прикладывает к округлой груди. Девушка устало, но так светло улыбается и что-то шепчет своими пухлыми розовыми губами этому комочку. Я не могу поверить своему счастью. Это все мое… Она моя… И этот комочек в пеленках… Тоже мой! Я буквально задыхаюсь от нахлынувших эмоций. Чувствую, как по моей щеке течет что-то мокрое. Да ну на хер? Я плачу?! Да, черт возьми! Плачу!

Она подняла на меня свои невероятные голубые глаза. В них светится счастье. Там его столько, что, мне кажется, даже в помещении стало светлее. Парни плавно отошли в сторону, давая мне возможность проделать путь от дверей до моей новой семьи самому. И вот я делаю шаг… еще один… и еще. Голова кружится, но это от эмоций, что сейчас бьют через край.

— У нас девочка — шепчет она, глядя на меня и запредельно улыбается. Я тону в ее глазах. Растворяюсь в том счастье, что она сейчас излучает. Я никогда не думал, что такое возможно. Мне всегда казалось, что это бывает только с другими.

Сел на край кровати и просто смотрю на них. Как маленький комочек отрывается от розового соска и закрывает глазки, намереваясь заснуть.

— Можно? — каким-то не своим голосом просипел я. Мира только улыбнулась и аккуратно положила мне на руки теплый сверток нежности.