Ромашка для Терновника - Сусанна Ткаченко

Своим шансом раскрыть тайны элитной турбазы я воспользовалась сполна: ведь сегодня мне повезло попасть в святая святых богатеев и разглядеть всё при свете дня.

Почему-то раньше при слове «турбаза» у меня перед глазами вставали палаточные городки и деревянные туалеты. Что ж, «Дикарь» мгновенно вытеснил эту картинку из моей головы, заменив на новую. Шикарную. Здесь всё было не так, как в моих скромных представлениях: ухоженная территория с мощёными аллеями — вид как с заграничных открыток, аккуратные строения и живописный вид на море, тишина и покой. Всё это делало «Дикаря» похожим на рай.

Кроме «люксов», других номеров в этом пристанище скучающих олигархов не предполагалось. Апартаменты различались лишь степенью своей люксовости — одни располагались в общем корпусе, а другие приютились в отдельных домиках, которые тянулись по побережью.

Жильё для персонала, естественно, разместили на отшибе и отделили от отдыхающих парком, но каждой из нас выделили отдельную комнату.

— Это на случай, если вдруг клиент не захочет вести девушку с чокером в свой номер, — пояснила Жанна, — мало ли какие у него обстоятельства. Тут всё устроено для удобства отдыхающих.

Угу-угу, понятно. Вообще-то, я бы и так, без пояснений, поняла. Комнатка моя лишь подтвердила слова Жанны. Она была небольшой, но оборудованной отдельным санузлом и двухспальной кроватью — помню, помню: всё для удобства отдыхающих. Естественно, ублажать я их не собиралась, но то, что не придётся бегать в общий душ и туалет — радовало.

Наташа явилась спустя минут сорок после заселения с компактной шмоточной сумкой и чемоданчиком визажиста. Я только успела разложить свои скромные вещи и взялась за поправку макияжа, как она постучала в дверь.

— Бросай всё, сначала тебя оденем, потом будем колдовать над остальным, — заявила она и вывалила на кровать ворох пёстрых тряпок.

Первым делом Нутелла извлекла из своего волшебного сундука маленькое чёрное платье, но, примерив его, я категорически отказалась выходить в этом одеянии к клиентам. Дело в том, что держалось платюшко на теле благодаря широкому, обхватывающему шею воротнику-стойке, больно уж напоминавшему пресловутый чокер, а я не хотела допускать хоть малейшей двусмысленности в своём статусе. Нутелла со мной согласилась, хоть и отметила, что наряд мне идёт.

— Это надень, — она кинула в меня воздушным шёлковым лоскутом неопределённой формы, который переливался от тёмно-зелёного к бледно-салатовому цвету, — должно подойти.

Назвать это вот платьем — смело. Скорее, длинная свободная блузка, расклешённая к низу, с собранными в манжеты объёмными рукавами. Я бы ни в жизнь не вышла в таком из дома, но Нутелла, всплеснув руками, заявила, что это то, что нужно!

— А как же образ девственницы? — попыталась я возразить.

Ну никак еле прикрывающий зад балахон с ним не сочетался, и я всё ещё надеялась на другой вариант. Хотя мой вид в зеркале определённо был завораживающим — отметила это с какой-то тайной гордостью. Вот бы Тёрн меня такой увидел… Так, стоп! Что за мысли? Прогнала их безжалостно, напомнив себе, как он меня предал, и отвернулась от зеркала.

— Девственница сегодня отменяется. Тебе нужны бабки?

— Нужны.

— Значит, будешь легкомысленной дурочкой-бабочкой. Таких любят ещё больше девственниц. Главное, не забывай улыбаться, молоть милую чушь и рассказывать о своей любви к дорогим вещам.

— Я постараюсь, — голос мой прозвучал обречённо.

Ох, с этим образом мне будет совладать сложнее, но придётся постараться. С опытной коллегой решила не спорить — ей лучше знать, как заработать денег.

К восьми часам вечера вся наша красивая стайка впорхнула в зал клуба «Дикаря» и рассредоточилась вдоль барной стойки в ожидании клиентов. Мы делали вид, что между собой не знакомы и просто заглянули на огонёк — мужчины делали вид, что верили в спектакль. Вскоре потянулись и первые собеседники, желающие угостить скучающих красоток. Не осталась без внимания и я…

— Милая, у тебя платье задралось, — лысый амбал прикинулся, что тянет балахон вниз, преследуя цель потрогать мою ляжку и, погладив резинку чулок большим пальцем, подозвал щелчком бармена.

Я с трудом сдержалась от брезгливого вздрагивания. Спокойно, Стася, он ещё ничего плохого не сделал. Выдавила из себя улыбку. Честно — не знаю, какой она вышла.

— Спасибо, — максимально деликатно смахнула его руку и с шумом втянула в себя воздух через трубочку, торчавшую из пустого бокала, намекая, что не мешало бы его наполнить.

Амбал не подвёл — заказал мне новый коктейль. Мы поболтали о всякой ерунде минут пятнадцать, в которые я раз семь успела убрать его руку со своего бедра, а потом к нам присоединился друг моего кавалера.

Амбала звали Дима, и он оказался ещё вполне терпимым, а вот его друг Степан мало того что имел неприятную внешность, так ещё и пониманием не отличался.

— Романа — красивое имя, тебе подходит, детка, — заявил он, оттеснив Диму и протянув клешню к моей груди. Чудом успела увернуться, и Степан лишь слегка мазнул по соску.

Брр, тут уж я брезгливую дрожь не сдержала и соскочила со стула, как ошпаренная.

— Простите, я припудрю носик, — кинула мужчинам и понеслась в туалет.

Пробежала мимо ди-джея, объявив «SOS», и по залу резко полилась песня Натали «О боже, какой мужчина» — это и был наш с девочками условный знак.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Закрывшись в кабинке, долго глубоко дышала, уговаривая себя, что происходящее — не самое страшное в жизни, можно потерпеть, но злые слёзы накатывали при одном лишь воспоминании, кто явился виновником моих бед и за что я сейчас страдаю. Так хочешь не хочешь поверишь в провидение. Получила удовольствие, связавшись с чужим мужчиной — расплачивайся, Стася. Но долго горевать было некогда — я на работе.

Припомнив, чем может закончиться мой саботаж, вышла в зал и с улыбкой направилась к барной стойке, решив предпринять вторую попытку. К счастью, Дима и Степан уже переключились на Злату, а мне достался новый собеседник — Радик.

Ему было лет шестьдесят, и всё, что его интересовало — мой взгляд на теорию Дарвина. Прекрасный мужчина! Коктейлей для меня он не жалел и рук не распускал, но, к сожалению, очень быстро надрался сам, и его сменил Евгений Иванович — судя по всему, постоянный клиент мест не столь отдалённых.