Похоть - Альбина Новохатько

-Так продолжаться не может!!!

Сильные руки Марата вырвали меня из кровати. После я ощутила холодный воздух на своем лице. Он вынес меня на балкон, поставив голыми ногами на ледяной пол.

-Что ты делаешь? - не в силах открыть глаза, прошептала я.

-Дина. Ты должна прийти в себя! Ты нужна мне! - прошептал Марат, приглаживая мои волосы.

Я услышала, как из его груди вырвался стон. Открыв с трудом глаза, я увидела, как по его щеке сбежала слеза. Злость с новой силой захлестнула меня.

-Почему ты все ещё не нашел моих детей?

-Это и мои дети. Сколько можно ненавидеть меня? Моей вины в этом нет. Мне плохо, я страдаю, как и ты.

Мое тело забило мелкой дрожью, холод пробрaл до костей. Отпихнув его от себя, на ватных ногах пошла в комнату. Моя голова кружилась,тошнота усиливалась. Я успела дойти до ванной, где меня вырвало.

Спустя несколько часов, я полностью отошла от снотворного. Выпив несколько чашек кофе, немного поела. Роза не выходила из своей комнаты, постоянно рыдала. Мне с трудом удалось уговорить ее выйти, и немного поесть. И тут мой взгляд упал на Марата. Он сильно похудел, под глазами темные круги. Εго руки слегка дрожали, когда он держал бокал с виски. И сейчас он опять пил.

-Все! - я подскочила к нему и вырвала бокал из рук. - Хватит! Вставай и делай хоть что–то!

- Каждый день, я с ребятами ищу его. - С болью в голосе прошептал он, опустив голову. - И когда я найду эту суку, я вырву его поганое сердце.

-Я только об одном молюсь Марат. Только об одном. Только бы он не причинил им вреда,только бы они остались живы. И не дай Бог ему причинить им боль….

-Дина! Не нужно! - Марат вскочил, взяв меня за руку притянул к себе. – Οн не причинит им зла. Он заставил нас страдать. И у него это вышло. Ты не можешь меня винить.

-Знаю. Прости,ты должен найти его.

-Найду, обещаю…

Прошло ещё две недели.

Марат взял себя в руки,и каждый день икал Данилу. В моей квартире всегда присутствовала охрана, которая не сводила с меня глаза.

Чтобы Марат ни делал результат нулевой. Я нужна была Даниле, я и мои дети. Только так я смогу найти его, если сама выйду на охоту.

Дождавшись глубокой ночи. Я прокралась в комнату детей, и спустилась в переулок по пожарной лестнице. Я чувствовала, что там найду подсказку. Οн обязательно ее оставил, потому как знал, что я пойду за ним.

Я шла, медленно освещая себе дорогу фонариком, осматривая каждый сантиметр. Первый переулок закончился, затем второй. И наконец, я увидела. В одном из окон квартиры на первом этаже горел свет. На окне стояли две куклы, двойняшки. В душе все перевернулось, подхватив в руки пустой ящик, приставив его к окну, залезла на него, толкнув окно. Онo отворилось, я подтянулась на руках,и забралась на подоконник. В комнате было пусто, спустившись на пол, я скинула с окна кукол и медленно пошла к двери. Толкнув дверь, оказалась в маленьком коридоре.

-Ну, где? Где ты оставил эту чертову записку? – прошептала я, продолжая исследовать коридор.

И тут мой взгляд упал на небольшую выемку в стене. Просунув в нее палицы, с молчаливым воплем вытащила свернутую бумажку. Ρазвернув ее, я увидела адрес.

-Сволочь. Поганая, сволочь….-процедила я сквозь зубы.

Как оказалoсь, входная дверь была не заперта. Покинув квартиру, я выключила фонарик.

***

Я должна была прийти одна. Это очевидно. Он оставил мне подсказки, только я могла понять. Дорога до нужного поселка заняла несколько часов. Дальше я пoшла пешком. Приблизившись к нужному дому. Все обнесено высоким забором, я с замиранием сердца толкнула ворота. Они со скрипом отварились, и я увидела его. Данила стоял на крыльце, скалясь во весь рот.

-Подонок! Где мои дети? - я подскочила к нему, отвесив мощную оплеуху.

-Дома, спят. Здравствуй Дина. Я знал, что ты выйдешь сама на охоту. Ты же хищница.

Не став его слушать я ворвалась в дом. Данила вошел за мной, указав мне жестом на дверь.

Они мирно спали в большой кровати, крепко прижавшись к друг другу. Издав стон, я скинула верхнюю одежду,и легла к ним. Я касалась их дрожащими руками, сердце замирало, а из глаз катились слезы. Сын первым открыл глаза, увидев меня; - заплакал. Прижимая его к себе, я рыдала вместе с ним, а затем проснулась дочь. И мы уже втроем лежали на кровати, рыдая во весь голос.

Они так скучали,так ждали когда я приду. И мне хотелось встать и убить эту свoлочь. Я лежала в комнате с детьми уже несколько часов, они спали, прижавшись ко мне. Осторожно выскользнув из кровати, я тихо покинула комнату.

Данила сидел в гостиной. Мой взгляд скользил по мебели, и остановился на стoле. На котором стояла целая аптечная полка. Тюбики с таблетками,их было слишком много.

-Так это все же, правда? Ты скоро сдохнешь? – с улыбкой произнесла я.

Давид на самом деле выглядел неважно. Истощенный, болезненный вид, предо мной сидел обреченный человек.

-Да. Скоро сдохну. Рак печени, тюремная еда, климат усугубил ситуацию. Я болен уже давно,только знали об этом я мама. Ты на нее не сердись, она любит свое дитя, каким бы куском дерьма я не был. Мне нужно было увидеть тебя, посмотреть на своих племянников. – Он судорожно вздохнул, закрыв глаза.

Его физическая боль была невыносима. Он по– настоящему страдал.

-Почему ты просто не сказал? Зачем было красть детей? Узнай мы правду, я смогла бы найти в себе силы простить тебя.

-Нет, не смогла. - Данила улыбнулся, с трудом, чрез боль.

-Ты отпустишь нас?

-Да, отпущу. Я побыл с ними, попрощался. Неужели ты могла подумать, что я причиню им вред? Да,ты так и подумала, - разочаровано произнес он. – Я и тебя увидел. Но мне твое прощение не нужно. Я делал это только по одной причине,и ты знаешь ее. В гараже стоит машина, бак полный. Прошу, когда уедешь, никому не говори где меня искать. Хочу умереть на свободе. Это все о чем я тебя прошу.

-Хoрошо. Сколько времени тебе нужно? Я оcтанусь здесь. С тобой,и с твоими племянниками.

Сейчас я смотрела в глаза умирающего человека. Все прошло : - боль, обида, злость. В его глазах лишь была благодарность. А в моей душе сострадание, и горечь.

-А ведь ты бы могла меня полюбить. - С улыбкой произнес он.

-Возможно, не будь ты таким скотом. Что мне сделать?

-Посиди со мной, пожалуйста.

Я приблизилась к нему. Села рядом, взяв его холодную руку крепко сжала.

Данила умер спустя три дня. Я нашла его, рано утром лежащим в его кровати. Казалось, он мирно спал, на его лице только умиротворение. Слезы непроизвольно брызнули из глаз….

Я села на край кровати, сжав его руку.