Игра Мастера и Охотницы. Кодекс Мастера и Охотницы - Алекс Лесли

Я: Хорошо! Езжайте.

Гоша уехал показывать Кэт ее комнату. Я закончил тренинг и поехал к ним. Когда я вошел в квартиру Гоши, он общался с кем-то по телефону, а она разбирала чемоданы. Когда она увидела меня, то кинулась на меня:

– Алекс! Я так по тебе скучала!

– Я тоже по тебе скучал, маленькая моя!

Она обняла меня и начала страстно целовать! Я осознавал, чего она хочет! В это время я уже пообещал Охотнице, что я приеду сейчас к ней и мы поедем обедать.

Я: Кэт, давай позже, я голодный и хочу есть!

– Хорошо, давай, – сказала она, – я просто поцеловать хочу тебя!

Она начала так страстно целовать меня, что я возбудился и понял, что безумно хочу ее. Чертовка соблазняла меня своим молодым красивым телом и своими плавными, шикарными движениями. Она двигалась так медленно и грациозно, плавно, как лемур! И все вокруг замирало! Я стоял возле кровати, а она смотрела мне в глаза. Она так это делала, что я даже не успел среагировать, – ее движения просто гипнотизировали и замораживали все вокруг. Ее взгляд впился в мой!

И тут у меня возникла мысль: если он не трахнет ее сейчас, он не трахнет ее никогда! И она будет морочить ему голову! Я понимал, что это, в принципе, нереально! Гоша такой страшненький по сравнению с ней. Маленький, очкастый Гоша с немного отвисшим животом – и восточная красавица с такой шикарной внешностью… Взгляд, волосы, грудь, подача себя. Она просто звезда эротики. В общем, красавица и чудовище. Просто осмелиться представить нельзя было, что он ее может трахнуть! И только от этого у меня начал вставать!

Я раздел ее и начал целовать.

Она была голая, а я в одежде. Я раздвинул ее ноги и вошел в нее. Она тут же отдалась мне, начала извиваться и стонать…

Но это продлилось недолго. Ее страсти вылезали наружу. Я научил ее отпускать себя! Я хотел с этой девочкой романтики и нежности, любви. Но она сказала фразу, которая решила исход событий в этой кровати:

– Алекс, я не хочу ласки. Мне не нравится это! Я хочу, чтобы ты насиловал меня, как тогда, в первый раз, в туалете! Я каждый раз кончаю от этого! Пожалуйста, можешь изнасиловать меня, как тогда?

Меня это взбесило! Я что, аппарат эмоциональный по получению оргазма?

– Ты, сука, заплатишь за это! – сказал я злобно. И увидел, как волна кайфа пробежала по ее телу!

Я: Гоша, иди сюда!

Она: Не-е-ет! Только не Гоша! Я его не хочу, ты что!

Я: Тебя будет ебать тот, на кого я покажу пальцем!

Она: Нет, я хочу, чтобы это был ты!

Я: Сука. Мне срать на то, что ты хочешь! Мразь!

Я ударил ее по щеке. Я видел, что ей это нужно, и она тут же начала кайфовать. Но мне это не нужно было! Я хотел совсем другого в этот момент! Я хотел ее поцелуй. И любовь! Но она так сильно подсела на игры в «изнасилования», что не могла с этого уже соскочить и охотилась за мной по всему миру, чтобы я ей дал это!

Пришел Гоша.

Я: Гоша, раздевайся!

Этот похотливый маленький Гоша! Он выглядел, как старый извращенец. А она – как ангел.

Она: Нет!

Я зажал ее голову.

Я: Он сейчас трахнет тебя!

Она: Нет, нет, прошу тебя, Алекс!

Я: Гоша, надевай гондон!

У Гоши уже стоял член от ее молодого красивого тела. Я повалил ее на кровать.

– Сука, ноги раздвинь, – сказал я жестко.

– Не-е-ет!

Она стояла раком, а я держал ее за горло, чтобы она не вырвалась. Он зажал ее, грубо вошел в нее и начал трахать!

Она: Нет, нет, нет. Он противен мне! Нет!

Я: Да-а-а!!!

Я ощущал, как она кайфует от этой ситуации.

Мы трахались, как кролики, имели ее то он, то я. Издевались над ней.

Гоша впервые отпустил себя и выпустил из себя животное.

После многочисленных оргазмов она оделась и нежно поцеловала меня.

– Спасибо, Алекс, я так тебя люблю, я полетела обратно, – пошутила она, намекая, что получила от меня то, за чем прилетела.

Она улыбалась во весь рот:

– Гоша такой урод! Ты специально его нашел для меня?

– Нет!

– Я же тебе писала про свою эротическую фантазию – чтобы меня трахал такой же урод, как Пьер Вудман! Я мастурбирую и кончаю, представляя, что какой-нибудь урод насилует меня!

– Так случайно получилось, Кэт! Я хотел романтики!

Гоша начал жить с Кэт. Она ежедневно уходила, гуляла где-то с какими-то богатыми итальянцами и ночью возвращалась. Утром он просыпался, ложился к ней и жестко трахал ее. Отпускал себя, брал ее жестко, и ей это безумно нравилось, хотя он был ей противен.