Ловушка для властного Босса - Алиса Бажина

Если она и поняла, кто такая Милена – и виду не показала. Манеры леди на высоте. И мне становится стыдно за свои опрометчивые слова. Бормочу извинения, понимая, что не с тем , вернее, не с той я воюю. Влада не виновата, что ее муж – страшный чудак на букву м…

Спустя ещё полчаса я уже не в состоянии весь конструктивные диалоги. Милена удерживает меня от опрометчивых шагов и ч ей за это благодарен. К счастью для Богатова, они куда-то исчезают вместе с женой. Потому что у меня уже зудят руки ему врезать.

Свежий воздух немного отрезвляет. Водитель занимает своё место, и мы покидаем это гостеприимное место. От греха подальше.

– Куда тебя отвезти? – вспоминаю о Милане только тогда, когда ловлю ее ладонь на своём бедре. – Я сказал, я не в настроении.

– Простите. – Она одергивает руку. – Но я правда в отчаянии. Мне грозит крупный штраф.

– Что за бред? Эскорт – это сопровождение. Койка – проституция. Что не так?

– Правила агентства. Если клиент не захотел продолжения, я не старалась. Саботировала…

– Скажи, что клиент хотел поговорить. Знаешь, как в том анекдоте про мужика, который застрял на необитаемом острове с Анжелиной Джоли, и однажды ему надоело просто её юзать, решил что нужен друг, с которым надо выпить. "Не поверишь, братан, я тут кажлый день Джоли *бу! Ну?

– Это правила… У нас жестоко с этим.

Закрываю глаза. И вновь лицо Леры рвет мне нервы.

– Поехали. Покормлю тебя хоть, ты кроме шампанского ничего не ела. Потом сразу домой…

Я сам не понимаю, зачем ей это предлагаю. А Милена… Она знает, что ей надо делать. Пальчики ловко скользят по бедрам, за пояс брюк, приводят меня в полную боевую готовность.

Хмель, не выплеснутая на Богатова ярость, просто усталость от бессилия и желание не чувствовать такого сильного влечения к Лерке… Тут все сразу играет свою роль. Член наливается кровью. Я закрываю глаза – и вновь, мать вашу, перед глазами лицо Лерки!

В холл мы втискиваемся, пьяно целуясь. Я пользую эскортницу по назначению. Ничего личного, в голове вакуум, сердце бьётся совсем другим именем. И член пульсирует тоже им.

Охранник сидит за столиком. И пьет чай. Вокруг хлопочет новая домработница, которую привела моя мать. У нее же выходной! Что происходит?

– Вон! Оба! – ору я, и они брызгают врассыпную. Если завтра об этом узнает моя мать, я уволю сучку без выходного пособия. Лерки нигде не видно, и это к лучшему.

Тяну счастливую Милену в спальню. Понимаю одно – максимум сейчас вставлю ей по самые гланды и отправлю восвояси. Пусть уймет зуд. Если я в таком состоянии вломлюсь в спальню Валерии, это будет конец всему.

– Ты такой зверь! – стонет Милена. А я понимаю, что меня обхитрили и почти поимели. Она наплела мне про правила агентства, чтобы оказаться в моей постели.

За это я ее просто использую с особым садизмом и выброшу вон.

– Сука, – не выдерживаю. Наверное, слишком громко. Вталкиваю в спальню и закрываю двери. А Милена отработанным жестом спускает по плечам бретели платья, порочно облизывает пухлые губы. Я не собираюсь терять времени. Мне ещё нужно провести разъяснительную беседу с домашним персоналом.

Накручиваю темные волосы профессиональной шлюхи на кулак и заставляю опуститься на пол.

Я не отдаю себе отчёта в том, что сейчас мало чем отличаюсь от Николая Богатова, которому хотел набить морду. Не хочу даже думать, что точно так он поступал с Лерой.

Лера… Я или пьян, иди у меня галлюцинации. Это первое, что я себе говорю.

Потому что сложно поверить в то, что происходит дальше.

Резко открывается дверь. Из-за полумрака трудно разобрать, кто нарушил наш покой. А Лерка… она мое наваждение. Она мне видится везде.И вот сейчас я просто не могу поверить увиденному.

Лера. Девчонка, которая уже почти засела в моем сердце и сознании. Разъярённая красивая, злющая, забывшая напрочь о субординации и о том, что сама меня бортанула не столь давно.

– Пошла вон отсюда, шлюха! – от ярости в ее голосе звенят стекла, хотя голос Лерка не повышает. Хватает Милена за волосы. Поскольку я не успеваю разжать ладонь, клок темных волос с каким-то странным капсульным креплением остаётся у меня в руках.

Милена шипит от боли, выпрямляется, поворачиваясь к Лерке. Я понимаю, что сейчас случится непоправимое. Но мне совсем не хочется наблюдать за дракой в бикини.Я уже готов их разнимать, но происходит что-то странное. Милена застывает, поспешно натягивает бретели платья и пятится к двери.

– Я не… Простите… Прости, я не знала, что это ты… вы…

– Вон пошла, соска дешёвая! – ледяным тоном припечатывает Лера, как будто стремится погасить невысказанные слова ночной гостьи .

И Милена просто убегает, поджав хвост. Что происходит? Я ни черта не понимаю. Она приняла Леру за мою жену и решила делать ноги, пока не стало совсем жарко – единственное пояснение.

Я не переживаю – выход найдет. Нет, охранник поможет. А водитель уже получил распоряжение отвезти эскортницу куда она скажет.

Лера резко отходит к стене, бьёт по выключателям, и спальню заливает яркий свет.

– Ты … Ты самый похотливый из всех кобелей, мать твою! Ты кого привел?! Ты привел шалаву в дом, где живёт твоя дочь! Я не останусь здесь ни минуты, звони куда хочешь, хоть в полицию, хоть… да хоть Богатову! С меня хватит, ты слышишь? Хватит!

А я смотрю в разъярённое лицо Леры, и меня затапливает нежность – такая сильная и неудержимая, что я просто опускаюсь на кровать и закрываю лицо руками.

Она рушит берега и заливает паводком. Я понимаю одно: для меня больше не существует других женщин. Я люблю ее. Люблю Леру. И надеюсь, что ещё не поздно перечеркнуть весь тот кошмар, через который уже не провел.

– Я не отпущу тебя.

– Отпустишь! Я не твоя рабыня! А ты можешь приводить и дальше шлюх, но трахать меня ты не будешь! Можешь идти и догнать! Наверное, недалеко ушла.

– Да не нужна она мне! – маски сорваны. Я уже не могу молчать. – Душу ты мне отравила… Не могу без тебя…

Лера замирает на миг. Но потом на ее лице вновь поступает злость.

– Ты пьян. Ты городишь черт знает что!

– Я просто не могу без тебя, – мне бы замолчать, но это невозможно. – Я давно ни к кому не чувствовал ничего подобного.

– Ещё скажи, что это любовь.

– Я бы сказал, – смотрю в любимое лицо, и счастье просто топит меня в неведанных морях – Но ты же не поверишь…

Она делает шаг ко мне. Не потому, что ее впечатлили слова. Видимо, все в этот момент написано на моем лице.

– Разве так любят? Ты отобрал мой паспорт, шантажировал выдать полиции… Заставил плясать под дудку своей матери и терпеть унижения, угрожая вообще лишить зарплаты…