Двойная взлётная 2 - Ольга Дашкова

— Вам не говорили, что у вас будет двойня?

— Двойня?

— Да.

— У меня?

— Да, — женщина улыбается, кивает, показывая на фото.

— Не может быть.

— Конечно, может, это такое счастье и радость, вот увидите, ваш мужчина будет плакать от радости. У вас в семье рождались двойни или у вашего мужчины?

— Не знаю.

Представляю, как Громов и Шульгин рыдают, нервно хмыкнула, погладила животик, снова посмотрела на снимок. Вот это, называется, сюрприз, а может, мысли материальны? Я увидела двух девочек в ресторане, захотела таких же, и вот, получи, Кристина Сергеевна, двойню.

— Но я не думала, я даже не знала… Господи, а почему они такие маленькие? Это нормально?

— Вполне нормально, они еще подрастут, но лучше наблюдаться у доктора, следить за самочувствием, не расстраиваться, дышать свежим воздухом, больше отдыхать. Но и, конечно, получать удовольствие, — женщина лукаво подмигнула. — Беременным можно заниматься сексом, главное, все в меру и в радость. Детки надежно защищены плодным пузырем и маткой. У меня была одна пациентка, так у нее начались схватки после оргазма, иногда это прекрасный естественный стимулятор для родов в срок.

— Хорошо, спасибо за совет.

— Собирайтесь, вам передали новые вещи, слышу по голосам в холле, за вами уже приехали. А, и еще, к сожалению, пол малышей так и не удалось увидеть, показали оба только попки.

Она ушла, оставив меня с фото и в совершенно растрепанных чувствах. Да какая разница, пол уже и не важен, главное — их двое. Надо самой свыкнуться с этой мыслью, а потом сказать мужчинам.

— Ну, наконец-то, Крис, эти мегеры никого не пускают, это вообще нормально? Им платишь бешеные деньги, а свою женщину увидеть не можешь.

Игорь ворвался ураганом в палату, остановился, внимательно меня осматривая. Нерешительно подошел, заглядывая в глаза, потом на снимок в моих руках.

— На, подержи, мне надо умыться.

— Крис, ты куда? Постой. Ты плакала? Они тебя обижали? Что не так?

Ушла в ванную, умылась, посмотрела на себя в зеркало, скинув больничную сорочку оставаясь только в белье. Живот и правда не такой и большой, но, как представила, какие они там крошечные и маленькие, снова заплакала, но уже от счастья.

— Кристина, я ничего не понимаю, что здесь?

Игорь остановился за спиной, замолчал, разглядывая меня. В его глазах вспыхивает желание, а потом удивление и нежность, я такого еще не видела у него. Вспомнила, как он признавался мне в любви, улыбнулась.

— Ты такая красивая, Крис.

Обнимает сзади, накрывая руками живот, гладит его крупными, слегка шершавыми ладонями, щекочет бородой плечо, целует в шею.

— Ты не сбрил бороду.

— Некогда было, черт, малышка, ты такая соблазнительная.

Одна его рука накрывает грудь, сжимает ее, вызывая в теле желание. Игорь продолжает целовать шею, покусывая кожу, мотыльки порхают словно пьяные.

— Игорь.

— Да, моя девочка.

Звучит уже обезоруживающе. Быть чьей-то девочкой оказывается очень круто.

— Где Артём?

— С докторшей.

Поворачиваюсь, смотрю в зеленые глаза, задрав голову, он такой огромный и сильный.

— От тебя пахнет алкоголем.

— Всю ночь не спали.

— Ты помнишь, что ты говорил мне вчера?

— Да, — серьезный, взгляд не отводит, прижимает к себе. Не представляю, как буду без него, не хочу.

— Скажи еще раз.

— Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Именно так должна была признаться, не в порыве страсти, обнаженная, после оргазма. А здесь, сейчас, чтобы он знал, хотела этого со вчерашнего дня, нет, все те дни, что их не было со мной.

— Тебя и Артёма, я не знаю, может, это неправильно, но это так. Вас двое, малышей двое, что это, как не судьба?

— Все правильно, девочка, не плачь, только не плачь.

— Это от счастья.

— Я не понял, а кого двое еще?