Принадлежать им - Мария Зайцева

Но реакцией меня бог не обделил, а соображаю я быстрее Черного, так что…

Серый явно что-то знал, когда ставил на меня.

Когда на последнем уровне обхожу Черного и делаю его всухую, то аж самой прыгать хочется.

Срываю виары, выдыхаю, счастливо улыбаясь во весь рот.

Десять лямов! Я десяточку заработала!

Но даже не это греет, сколько то, что сделала! Я его сделала! Блин, я — крута! Я — босс!

Встречаюсь ликующим взглядом с Серым. Он уже без очков, смотрит на меня… И глаза его — черные, серьезные. И только в глубине зрачков — безумие и довольство.

Черный скидывает виары, долго и с чувством матерится.

А я смеюсь довольно!

Такая забавная у него бородатая физиономия! Такая расстроенная!

— Ты знал! — обвиняет брата Черный, — ты, гребанный читер, знал!

— Конечно, знал, — пожимает плечами Серый, — стал бы я спорить, если б не был уверен.

— Откуда, бля? — рычит Черный, с досадой отпинывая низкий столик с прошкой.

— Это не для средних умов, — заливаюсь я довольным смехом.

Черный медленно поворачивается ко мне, и я тут же захлебываюсь своими словами.

Ой…

Что-то я как-то…

— Вот как? — обманчиво спокойно говорит он, — средний ум, значит?

— Эм-м-м… Я не то хотела… — булькаю я растерянно, отсаживаясь подальше от опасно подавшегося ко мне Черного.

Ловлю на себе горячий прищур Серого.

Ой…

Ситуация перестает быть томной…

Только что я чувствовала себя в безопасности, своей практически, равной среди равных… И вот опять я — испуганная газель между двух леопардов!

Разъяренных и голодных!

— Не то хотела? — мягко повторяет Черный, — ты меня только что выставила на пол ярда, конфетка…

— Но ты же сам… — пытаюсь я провести разъяснительную работу, но Серый, покачав головой, прерывает мои попытки:

— Беги, Дана.

И так он это говорит, что я, пискнув от ужаса, срываюсь с места и мчусь в коридор!

— Куда, блять? — раздается мне в спину рык разъяренного леопарда, — а ну, стоять!

Ох, блин!!!

______________________________

Как думаете, накажут Дану наши братишки?

А пока думаете, вот вам офигенные арты от Танюши! Смотрим не на пальцы, блин, а на лица! И торсы! Офигенные торсы братишек!

32. Черный. Девочка на пол ярда

Оторопело наблюдаю, как с тихим испуганным писком вредная девчонка уносится прочь. Только жопка в шортах задорно подпрыгивает, да голые пятки сверкают.

Моргаю на это залипательное зрелище, пока не слышу, как хлопает дверь.

Перевожу взгляд на братишку, с интересом энтомолога наблюдающего за происходящим.

— Какого хуя сейчас произошло? — раздражаюсь на этого утырка, только что красиво поимевшего меня. И ведь ни одного шанса, что он мне долг простит! Когда дело касается бабла, мой братишка — та еще меркантильная дрянь.

— Урок, — пожимает плечами Серый, — никогда не недооценивай противника…

— Я тебя сейчас недооценю! — рявкаю я на него, — слишком в себя поверил, смотрю!

— Иди нахуй, — привычно отзывается Серый, а затем откидывается на спинку кресла и удовольствием тянет, — а ничего так, стоимость девчонки поднялась, да? С десяти лямов до пол ярда…

— Инфляция, блять!

— Думаю, просто повышение качества товара.

Хмыкаю, соглашаясь.

Реально, девочка оказалась вообще не такой простой, как смотрелась в самом начале. И то самое повышение качества товара очень даже имеет место быть.

Просто смазливых мордашек, даже вот таких, чистеньких и полностью во вкусе братухи, на самом деле, много.

А чтоб у нее еще и в голове что-то водилось, кроме ваты… Это редкость.

Но надо же!

Вместо того, чтоб себе цацек накупить, она притащила в дом прошку! Охереть! Да еще и катает в нее, как профи!

Клянусь, у меня как встал в самом начале игры, так и не падает ни хрена!

Хотя, у меня на нее давно уже стоит, реакция такая дебильная.

Хорошо, что братишка, распознав эти моменты, не стал лезть в бутылку, как мог бы, а щедро поделился кайфом.

В принципе, девочек нам делить приходилось, иногда, не часто. Мало кто соглашался, даже из очень опытных. Боялись нас. И их можно понять, да.

А Дана нихера не боялась.

И это — еще одна причина для удивления…

Не боялась она нас!

Шокирована была, само собой, куда ж без этого… У нее до нас только этот Костик и был, а он, судя по всему, и вашим, и нашим, причем,что там, что там — некачественно. Вот и досталась нам с братишкой девочка практически целочкой. Как в том анекдоте про первые три сантиметра, а затем как новенькая.

Тем удивительней, что реагировала она на нас очень даже интересно. Мне, конечно, стоило о чем-то таком задуматься, еще в первый день, когда она вполне спокойно ночь с братухой пережила. И к синякам и засосам отнеслась философски.

Но я не задумался.

Охренел от ее белого тела, красиво расцвеченного братишкой, моргнул, успокаивая внезапный стояк… И как-то вообще ни о чем после этого не задумывался…

И вот теперь смотрю в коридор, прямо на дверь, за которой спряталась от справедливого возмездия эта засранка… И прикидываю, как наказывать буду. И такой азарт в крови, охрененный!

Словно волчара я, по следу крови идущий!

Братишка щурится на меня, наблюдая все, подмечая… И отражая мой азарт. Он — куда больше волк, чем я. И куда азартней охотник.

Просто не видно этого сразу. И тем, кто его плохо знает. Я — хорошо знаю.

Встаю, решив больше не выебываться с разговорами, усмехаюсь, заметив, что брат и тут полностью отзеркаливает мое движение, поднимается со своего места гибко и текуче.

Жидкий терминатор хренов.

Мы идем по коридору, молча, не желая тратить силы и время на ненужные препирания.

И нервы звенят натянутыми струнами. А шерсть — дыбом.

Перед дверью тормозим, переглядываемся, как всегда, без слов понимая друг друга.

Вот тут, в паре метров от нас, сладкая добыча, которую так