Первобытный инстинкт - Дина Аллен

Сью заперла дверь и повернулась к нему.

– Что ж, давай быстренько поставим мебель, а потом сядем ужинать. Пока пицца не остыла.

Он кашлянул и прочистил горло.

– Э-э-э… давай.

– По-моему, ты из последних сил сдерживаешь смех.

– Нет, я…

– Поверь, если бы я скрылась за ширмой и в нужный момент вышла, оттуда пританцовывая, с веничком из перьев в руке, ты бы с катушек слетел!

– У тебя и веничек из перьев есть? Боже, такой был и у Кэти! Джеральд до сих пор помнил, как она легкими изящными движениями смахивала пыль с родительской антикварной мебели. А из одного подслушанного и записанного разговора с дворецким он узнал, что в приватной обстановке Кэти использует перья совсем по-другому…

– Да. Лежит за ширмой. Что, думаешь, это чересчур шаблонно?

– Ммм…

– Да, ты прав, веничек покупать не следовало. А как тебе костюм? Не слишком вызывающий? Пожалуйста, не бойся меня обидеть, говори что думаешь. Может быть, мне следовало достать настоящую униформу горничной? Это было бы элегантнее…

Боже, она и вправду не понимает, что со мной делает! Какое мне дело до элегантности? Сейчас я могу думать только о сексе – о диком, безудержном сексе!

– Ты выглядишь…

– Знаю. Как девица на панели. Я, правда, проституток никогда не видела, но, наверное, они носят что-то в этом роде. А ты видел?

– Да.

– Ух, ты! Как интересно! А ты… Прости, я не хочу лезть в твою личную жизнь, просто никогда не встречала мужчину, который пользовался бы… Я хочу спросить, ты когда-нибудь платил какой-нибудь женщине за…

– Нет. И, для сведения, на проститутку ты совсем не похожа. – Каким-то непостижимым образом Джеральду удалось связать эти несколько слов.

Но Сью его замечание вовсе не обрадовало – наоборот, она почему-то выглядела разочарованной.

– Что ж такое? На проститутку не похожа, на классическую «французскую горничную» – тоже. Неужели этот наряд вообще не способен возбудить мужчину?

– Ну, я бы так не сказал… Сью просияла.

– Значит, ты думаешь, в принципе это может сработать?

– Угу.

– Джеральд, какой ты милый! Знаешь что? Если не возражаешь, я не буду переодеваться и немного попрактикуюсь в ходьбе на каблуках. Понимаю, после того, как я грохнулась, всякий эффект для тебя потерян; но я выложила за эти туфли кучу денег и хочу, чтобы при виде них у любого парня глаза на лоб полезли. – С этими словами она двинулась в кухню. – А теперь ты, пожалуйста, расставь мебель, а я накрою на стол. Ты будешь то же пиво, что в субботу?

– Да, пожалуйста.

Никогда еще Джеральд не оказывался, в столь идиотской ситуации! Сью решила его соблазнить, но после неудачного выхода отказалась от своего плана. Теперь, похоже, она видит в нем только друга.

А он жаждет ее больше, чем умирающий в пустыне – глотка воды.

Но она, как видно, твердо решила вместо секса поужинать пиццей. Так что Джеральд скинул пиджак, открыл коробку и достал оттуда столик и стулья.

– Где ты хочешь поставить стол? – спросил он.

– В дальнем углу, у окна. Тебе налить в стакан или оставить в бутылке?

– Оставь в бутылке.

Джеральд оттащил мебель в дальний угол, за потрясающую кровать. Никогда еще он не ел пиццу в спальне женщины. Но, похоже, все сложилось так, что ему остается лишь съесть свою порцию, выпить пива и уйти. Все его терзания – впустую!

Он расставлял стулья вокруг стола, когда за спиной у него появилась Сью.

– Ваше пиво, сэр, – промурлыкала она.

Обращение «сэр» заставило сердце Джеральда забиться быстрее. По спине пробежала дрожь предвкушения. Но, может быть, она просто шутит? Может быть, чувственные, вызывающие нотки в голосе ему просто послышались? Джеральд обернулся – и глаза его расширились.

Обеими руками Сью держала поднос с нарезанной пиццей. Пиво она тоже принесла, – но не на подносе, о нет! Она чуть опустила руки, и Джеральд заметил, где угнездилась бутылка. Ткань лифа и раньше облегала грудь, словно вторая кожа, теперь же, казалось, она готова лопнуть.

Не отрывая от Джеральда глаз, Сью присела в легком книксене. Ресницы ее трепетали, в зеленых глазах читалось недвусмысленное приглашение.

– Ужин накрыт, сэр.

У Джеральда пересохло в горле.

– Снова… тренируешься?

– Мой добрый господин, прошу вас, поиграйте по моим правилам, – промурлыкала Сью.

– Вступление я испортила, но, может быть, мне удастся спасти вечер.

Джеральд задрожал от восторга… и благодарности. Так она все-таки решилась! Что ж, на этот раз ее старания увенчаются успехом.

– Что я должен делать?

Она взглянула на складной столик.

– Сэр, этот стол меня выдержит?

Стук сердца громом отозвался у Джеральда в ушах. Что она задумала? Если сломает стол, – плевать, но Джеральд не хотел, чтобы она ушиблась.

– Зачем?

– Возможно, мой господин и повелитель получит удовольствие, если я сама его накормлю.

Боже, что за мысль! Никогда в жизни Джеральд не играл в сексуальные игры.

– Выдержит, – заверил он хриплым от нетерпения голосом.

– Вот и хорошо, сэр.

Сью поставила тарелку на дальний конец стола, осторожно легла на него, вытянувшись и свесив с края раздвинутые ноги в туфлях и сексапильных чулочках. Затем, обернувшись, взяла тарелку и поставила ее между ног, затянутых в черную «сетку».

Тарелка с пиццей – между сливочными бедрами в сетчатых чулках! Джеральд знал, что никогда больше не сможет спокойно есть пиццу.

Сью указала ему на стул.

– Стол накрыт, сэр. Садитесь, пожалуйста.

Джеральд сел, отчаянно сожалея, что надел сегодня плотные тугие джинсы. Аппетитный аромат пиццы смешивался с волнующим запахом возбужденных тел – его и ее – и ширинка Джеральда натянулась так, словно готова была лопнуть.

Сью наклонилась к нему.

– Пива, сэр?

– Спасибо.

Не отрывая взгляда от ее лица, он протянул руку к высокой груди. Легкое касание – и лиф скользнул вниз, обнажив затвердевший алый сосок.

– О, Боже мой, сэр!

– Что-то не так?

Сгорая от страсти, Джеральд все же старался сохранять безразличный тон – словно Сью и вправду горничная, а он – хозяин дома и она обязана выполнять любую его прихоть. Вытащив бутылку, он погладил влажный холодный сосок. Сью ахнула, а Джеральда охватило такое бешеное желание, какого он не ощущал даже в ранней юности. С притворной рассеянностью, опустив руку на грудь Сью, он отхлебнул из бутылки.