Не рассказывай - Ольга Вечная

- Срываться нужно на груше, а не на женщине. Ксюш, я не шучу. Работа есть работа, но есть же грани какие-то. Давай я схожу к тебе в офис, напомню о них. Мне не сложно.

- Моя коллега тоже женщина, - примирительно солгала я.

Он не поверил. Губу выпятил чуть вперед. Понял всё. Правило «никому о нас не рассказывать» в силе. Но я обняла его крепко-крепко, и он вроде смягчился.

Потом я сходила в душ, очень хотелось освежиться в конце дня. Мы действительно заказали пиццу. Пока Денис говорил по телефону, я нашла ручку и нарисовала на себе около десятка стрелочек от груди и ниже. К клитору. На лобке так и вовсе несколько штук, чтобы наверняка.

Ни о чем не подозревающий Денис стащил с меня футболку и трусы, увидел стрелки, нахмурился. А потом вдруг... как захохотал! Я подхватила. В итоге мы смеялись оба, до слез. Так долго! Я даже стыдно хрюкнула. Но боже, как же заразительно он смеется! Это нужно видеть и слышать. Даже когда вроде не над чем, но если ему весело — весело всем вокруг.

- О, вижу, как ты на меня надеешься! Приятно пздц! Ксюша! - разводил он руками, деланно возмущаясь.

- Хватит уже материться! Я просто пытаюсь помочь нам обоим! Просто очень... ну очень сильно куни хочется, - скромно потупила я глаза.

Он как-то враз посерьезнел. А потом обнял и подмял меня под себя.

Уж не знаю, помогли ли ему мои указатели, но справился он... на отлично. В жизни так быстро не кончала от языка мужчины. Сначала нежного, затем настойчивого.

Я смотрела на Дениса, на то, как охотно он уткнулся мне между ног, и дрожала. Сильные руки стиснули мои бедра, придвигая к себе ближе. Я описать не могу, как сладко мне было! Я всё чувствовала. Как целует, лижет. Как адово хочет. А потом помогает себе пальцами. Упивается. Каждым движением он не просто трахал меня языком, он показывал, что я его. Ласкал жадно, горячо. Я выгибалась и стонала, я просто не могла остановиться. Я кончила так быстро, что даже стыдно было немного, что он так на меня действует.

- Ну как? - тут же спросил он, привставая на колени и стягивая штаны.

Его губы немного блестели. Я опустила глаза ниже и рвано вдохнула: его член стоял колом. Я смотрела на влажную каплю на розовой головке и чувствовала, как во рту выделяется слюна.

Я не собиралась ему отсасывать ни сегодня, ни когда бы то ни было. Но я захотела и сделала это. Взяла в рот его член. Облизала. Обхватила рукой и начала ласкать.

Ему понравилось. Он любит, оказывается, когда сжимаешь сильно и берешь быстро. Быстрее, чем я думала, что могу.

Потом мы завалилась на его диван. Я устроилась на его плече с той стороны, где не было синяка. Осторожно поглаживала место удара. Перебирала волоски на его груди, животе и ниже. И улыбалась.

И вот, полчаса спустя, ноутбук лежит на его животе, мы смотрим фильм. У него дыхание выравнялось давно, у меня вот только что. Но сердечко еще колотится.

Мы не обсуждали тот факт, что у него еще болят ребра и кружится голова от резких движений. Поэтому вчера я была сверху, а сегодня мы обошлись оральным сексом.

Наверное, было бы забавно его поддеть и обвинить в мужской недееспособности. Его бы это задело. Он бы огрызнулся, конечно, и сделал вид, что всё супер. Но знаю, что задело бы и злило долго. Но я принимаю решение молчать и, напротив, хвалить.

Почему-то ранить никого не хочется. Ни себя, ни его.

Я просто лежу на его груди и чувствую расслабляющее тепло его тела. Вдыхаю его запах. И представляю, как он наорет на моих обидчиков просто потому, что я не справилась с нагрузкой и расплакалась. Хотя это глупо и совершенно не конструктивно.

Я сама, наверное, глупая, раз мне такого хочется. Я ведь профессионал. Андрей умеет затыкать людей одним взглядом, он не попадает в неудачные ситуации просто потому, что не совершает ошибок. А еще его бы никогда не избили. Тем более так сильно. Он бы просто не допустил подобного. Рядом с ним я росла, с каждым днем становилась лучше. Становилась такой, какой мечтала стать с детства.

- Почему спецназ, Денис? - спрашиваю я вдруг.

Мы оба смотрим в экран, там события кипят.

- Мне важно делать мир лучше, - отвечает он, не мешкая. Спокойно, будто это само собой.

- Зачем?

- Потому что я хочу жить в хорошем мире, Облачко, - немного нетерпеливо. - Хочу, чтобы мои друзья и родные жили в хорошем мире.

- Но ведь...

- Ш-ш, - перебивает он меня. Кладет руку на бедро. - Интересно. Помолчи немного.

Я слушаюсь. Лежу на его груди. А потом сплю в этой же самой позе. Обнимаю его во сне. Не потому, что это удобно. Это совершенно неудобно.

Потому что хочу обнимать.