Предсвадебный любовник - Агата Лав

Мы впервые разговариваем. По большому счету. Те самые фразы, с которых начинается знакомство и которые подсказывают путь дальше. Сложится или нет, есть точки соприкосновения или даже искры противоположностей, от которых разгорается настоящий интерес, или ничего подобного. Мы ведь рывком перескочили эту остановку, оказавшись в одном номере по чужой рекомендации.

Я не выбирала его, а Влад всего лишь согласился на что-то интригующее и новенькое. Без света. Без разговоров. Наверное, это стало причиной.

Я спрошу у него в свое время, но сейчас слушаю низкий чуть хрипловатый голос и безотчетно улыбаюсь. Он подает мне черные тарелки, в которые я перекладываю разогретый обед, и рассказывает о себе. Обычные истории, от которых почему-то становится так тепло на душе.

Как от утреннего ласкового солнца.

Влад заполняет биографические строчки и я узнаю, что он никогда не был женат, но у него есть сын семнадцати лет, который профессионально занимается мотокроссом. Влад бывает на его соревнованиях и помогал деньгами, когда были проблемы со спонсорами, но парень вырос таким гордым и самостоятельным, что это уже в прошлом.

— У него не было ни шанса, — смеется Влад. — Я такой, а его мать еще хуже. Я о его существовании узнал, когда ему уже восемь исполнилось. А потом год выслушивал “я рожала для себя, не лезь”.

— Целый год?

— Мне везет на женщин с условиями.

— Но ты уговорил ее?

— Да, я терпеливый. Лучше просто быть рядом, чем давить.

Лучше. Он прав.

— Хотя пару раз я был на грани того, чтобы послать всё к черту. И сделать по-своему.

— Это как?

— Правильно, — Влад усмехается и нагло подмигивает мне. — Именно так, к чему всё идет.

Мы сидим за обеденным столом и я ловлю себя на ощущении, что словно провела в его квартире не несколько десятков минут, а дней. Если не больше. Я чувствую себя как дома, давно забытое и казалось потерянное чувство. Даже в нашей квартире с мамой было не так. Когда мама заболела, в ее стенах стало душно и страшно, потому что она просыпалась по ночам и мучилась приступами, а потом добавились неутешительные прогнозы врачей… И иногда отчаянно хотелось сбежать хоть куда-нибудь из тесной коробки, чтобы чуть выдохнуть и вспомнить, что в жизни осталось хоть что-то кроме лекарств и сухих строчек анализов. Чтобы набраться сил и не расплакаться при маме в следующий раз.

А потом маму забрали в больницу, и в квартире стало не тесно, а пустынно и тихо. Что оказалось еще хуже. Во многом поэтому я с такой легкостью согласилась на переезд в съемную квартиру Леши, хотя мы не так долго общались. И без той проклятой искры, я с первого дня чувствовала, что он не тот человек и меня с ним связывают жизненные обстоятельства. Но с ним было легче…

Все-таки я не могу думать о нем лишь в черных тонах.

Особенно сейчас, когда опасность миновала. Я больше не завишу от него и не смотрю расширенными от испуга глазами, а на костяшках Влада замечаю свежий след от соприкосновения с его челюстью.

— Ты же не бил его больше? — спрашиваю я у Влада, перескакивая с темы на тему.

— Он сразу притих. Зачем?

— Хорошо, — я киваю. — Хорошо.

— Ты слишком сердобольная, Настя. Или это какой-то синдром с умным названием?

Мужчина усмехается и “поддевает” меня одним взглядом, в котором горят дразнящие огоньки.

— Пока рано говорить, — отзываюсь я. — Очень рано…

Я перевожу взгляд на наручные часы и отсчитываю оставшееся время до шести вечера. И попутно проклинаю себя, что не согласилась на пять.

Нас отвлекает звонок на сотовый Влада, который напоминает, что сегодня вообще-то будний день. Он без всякого энтузиазма кидает два “да” собеседнику, а потом возвращается ко мне карим взглядом.

— Прости, но мне нужно срочно в офис, — выдыхает он с явной досадой. — Дела.

— Я понимаю.

— Будь как дома. Тайных или красных комнат нет, так что можешь смело ходить, куда хочешь. Я заберу свои ключи, а запасная связка в первой ящике комода.

— В холле?

— Да. Я вернусь ближе к… А нет, у меня еще одна встреча вечером.

Он так буднично об этом замечает, что можно только позавидовать его выдержке.

— Ты же не боишься ночевать одна?

— Такая долгая встреча? — невинно уточняю я, беря с него пример.

— Очень на это надеюсь.

— Тогда я поеду. У меня тоже намечается встреча. И тоже долгая.

— Я могу тебя подвезти...

— Нет, я сперва хочу найти ванну в твоей бесконечной квартире и принять ее с пеной. У тебя же есть? И соль?