Виноградные грёзы. Книга 2 - Джулия Романтик

– Я рассталась с Джерадом, поэтому не изменяла.

– Хм, – очередь Стивена запнуться. – Причина?

– Много будешь знать – плохо будешь спать.

Наспех одевшись, я вышла в коридор к кулеру с водой. Драгоценная минута, чтобы собраться с мыслями. Назад я вернулась со стаканчиком в руках и непринужденной улыбкой.

Первые лучи солнца пробивались в окно студии звукозаписи. Лос-Анджелес просыпался. Розовато-золотые отблески играли на волосах Стива, но он упорно делал вид, что не замечает ни наступившего утра, ни меня.

– Можно прировнять шрам к татуировке, – рассуждала я, неспешно поглощая теплую воду, – способ самовыражения.

– Идиотский способ, – фыркнул Стивен. – Зачем ты их напялила? – Вскочив с дивана, он подошел и дернул за край моих джинсов. Пуговица не застегнута – и молния вмиг разошлась от грубого жеста. Мне стало не по себе. Почему-то не хотелось спорить, и я покорно сняла джинсы, оставшись в белье. Самодовольно хмыкнув, Стивен вернулся на место, с которого встал. – Это на всю жизнь, понимаешь? – продолжил он разговор о моем новоиспеченном шраме.

– Твоя сто одна татуировка тоже, – я присела на край дивана.

– К сожалению, – его рука по-хозяйски легла на мою талию, притягивая обратно к себе на колени, – их пока меньше, чем сто одна. – Он поставил особый акцент на слове «пока».

– О боже, это ужасно! – я рассмеялась.

Стивен тоже пропустил смешок.

Внутри меня пылало смущение, я и забыла, как легко нам общаться, как мы близки. Беседуем, словно ничего не случилось: никаких предательств, измен. Легко сделать вид, что ничего не было. Принять – труднее.

– Плохо выглядишь, – заметил Стивен. – Бледная.

– Стрессы… – пробормотала я и бросила пустой стаканчик из-под воды на журнальный столик.

– Какие стрессы? – вновь напрягся.

Я поджала губы. В горле саднило.

– Асоль.

И вновь я увидела заботливого Стивена. Он переместил руки на мои плечи, крепко обнял. Хотелось уткнуться ему в плечо и рыдать.

– Извини за то, что не поддержал тебя после ее смерти.

Я вздрогнула, словно впервые услышала шокирующую новость о смерти подруги. Воспоминания похожи на лавину – не спрятаться. Я потупила взгляд и сильнее вжалась в мужские объятия. Наверное, Стиву больно от моих ногтей, но он молчал.

– Ты не обязан был.

– Обязан. Я понимаю. Знаешь же…

– Твой друг. – Я смотрела вниз: меня очень заинтересовала полоска мужских боксеров, и я остановила на них взгляд. Только бы не думать о том, какой дурой я была, когда ни во что не ставила боль Стивена, не понимала, какого это – терять друзей из-за наркотиков и насколько важно отказаться от саморазрушения.

– Да, мой друг.

– Мне жаль.

Стив не ответил. Его ладонь на моей щеке. Мир сузился до размера небольшой комнаты с музыкальной аппаратурой. Рэтбоун наклонился к моему уху под аккомпанемент скрипящего дивана и зашептал:

– Ты не одна… – Я резко выдохнула, непроизвольно сжав ногами бедра Стивена. Губами он касался моих волос, большим пальцем гладил щеку. – Ты не одна, – повторил, целуя в висок.

Нашу близость прервал телефон. Поколебавшись мгновение, Стив опустил меня на диван и ответил на звонок:

– Да, Софи.

Иллюзия нормальных отношений – сквозь пальцы, как песок. Убийственно чувствовать себя никем в его жизни.

– Я работаю в судии… Это срочно? Ладно, ладно. Не волнуйся, скоро буду.

Стивен положил телефон обратно на стол и посмотрел на меня виновато. А может, мне хотелось так думать. Глупо предъявлять претензии.

– Ты надолго в городе? – спросила я, заполняя неловкую паузу. – Когда гастроли?

– Сингл выйдет в июне, – пояснил Стивен, искоса глядя на меня, непривычно спокойную. Где истерика, Ари, ведь он общался с Софи Штерн! – И уедем промить по городам. Получается, недели четыре будут здесь.

Так долго? Мне противно от своей радости.

– Ну, – Стив стал одеваться. – Я… Мне…

– Иди, – негромко сказала я, поджав колени к груди: вдруг мерзко от своего полуобнаженного тела. – Иди, она ждет тебя. Я всё понимаю.

Стивен задержал взгляд на мне, щурясь, потом придал лицу безразлично-надменное выражение и сухо ответил:

– Конечно, – он застегнул пуговицы на рубашке, – я не позволю тебе снова уйти первой. Закроешь, – ко мне в руки полетели ключи от студии, я машинально поймала.

Стивен накинул пиджак, повесил чехол с гитарой на плечо, взъерошил волосы и покинул комнату. Где-то вдалеке хлопнула дверь. Я устало прикрыла глаза. А хотела же, чтобы он остался.

***

Впереди новый день. Почти сутки на то, чтобы осуществить мечты. Утро обманчиво, холодок ветра и отпечатки ночи на синеватых веках.

Я подремала в студии, а в шесть утра пробежала несколько кварталов, пока город лениво просыпался, ругался с ночью – она не желала уступать и подменяла рассвет грозовыми тучами. Погода разгулялась к семи. Рядом со Стивеном время остановилось, а сейчас, без него, бежит неприлично быстро.

Когда-то неправильно расставленные приоритеты помогли мне начать новую жизнь: я сбежала из дома с мыслью, что быть со Стивеном Рэтбоуном важнее всего на свете. Увы, прошлое не отпускает. Стивен мог сколько угодно винить себя в том, что было после, но ему не узнать, отчего я, счастливая, влюбленная, дрожала по ночам. Я до боли стискивала зубы, когда Стив упрямо расспрашивал о причинах. Всё просто – я не хотела и не хочу помнить эти причины. Меняю на любые другие переживания. И продолжаю молчать. Любовь ли это? Я использовала и продолжаю использовать вокалиста Grape Dreams с момента, когда услышала его песню, его обещание стать лекарством для сломленной девушки.

Сегодня я поступила также: скучаю по Стивену Рэтбоуну, люблю его, а не думаю о том, что моя подруга умерла, Джерад лживый манипулятор, прошлое всё также осязаемо. Был Стивен и была я. Но звонок от Софи, его Софи, и бух – иллюзия рассеялась. Я одна на автобусной остановке.

Чего я ждала? Стивен последовал совету Шона. Стивен выбрал лучший путь – стабильность, счастье, свобода. Три волшебных «С». Мне с грузом воспоминаний и шрамами на сердце такого не видать.

Привыкнув к клубному ритму жизни, совсем не чувствовала разбитости от того, что не спала всю ночь, только легкая сонливость, которая пропала после стаканчика кофе из автомата.

Дзинь-дзинь. Четвертое за утро сообщение от Джерада. Извинения. Я не злюсь. Смысл? Три бюджетных, как раз для меня, «С» – спаси себя сама.

Я допила гадкий кофе уже в автобусе и, засунув телефон в карман, с досадой обнаружила, что забыла отдать ключи охраннику. В студию звукозаписи придется вернуться.