Саит - Валентина Кострова

Сразу же в голову лезут мысли о Саите, о его легкомысленном отношении к деньгам. Он родился в богатой семье, он вряд ли знает, что такое нужда, что такое экономия. У меня был период, когда вместо привычной элитной школы я два года училась в обычном государственном школьном учреждении. Не носила дизайнерские вещи, не ела каждое утро свежих фруктов и не всегда на ужин видела мясо, а мама работала на двух работах и подрабатывала еще дома, выполняя небольшие заказы по пошиву одежды.

— Дева! — окликает Мадина, я вздрагиваю, трясу головой, отгоняя нерадостные воспоминания. — Как тебе? — на голове сестры шикарная фата. За ней совсем не видно лица. Я прикусываю губу, не веря, что авантюрная идея может быть вскоре нами осуществлена.

— Отлично! Мы все покупаем. А туфли у вас есть? — смотрю на девушку-консультанта, она сразу же исчезает в соседнем помещении и через пару минут приносит несколько коробок. Туфли на невысоком каблуке нужного размера находятся почти сразу.

— Мы, правда, все это покупаем? — с недоверием смотрит на все Мадина, стоя перед зеркалом. Я встаю сзади нее и обнимаю за плечи.

— Да. Ты у меня самый красивая невеста! Уверена, как только Омар тебя увидит, сразу влюбится! — лукавлю от души, совсем не веря своим словам.

— Я самая счастливая! — не сдерживая свою улыбку, тихо замечает сестра. Пытается не расплакаться, я протягиваю ей бумажные платки и слышу, как звенит дверной колокольчик, оборачиваюсь. Встречаюсь с голубыми глазами, сердце екает, судорожно втягиваю в себя воздух. Зажмуриться, ущипнуть себя, потому что в магазине появляется Саит. Мне кажется или за сутки он стал еще красивее? Наверное, кажется. И ростом вроде вытянулся. Тоже кажется. Улыбается сдержанно, смотрит на меня с подозрительным прищуром, словно знает мои замыслы. Я сжимаю свои пальцы, не в состоянии ни сдвинуться с места, ни сказать и слова.

— Привет, — он встает напротив меня, Мадину окидывает равнодушным взглядом. — Так это сестра выходит замуж, а не ты?

От его низкого голоса вздрагиваю, понимаю, что сейчас ему нужно все рассказать, обсудить мой план, что-то скорректировать, что-то дополнить, нам нужно максимально понять друг друга.

— Нам нужно будет поговорить! — хватаю его за руку и тяну с подиума. — Мадина, переодевайся, мы будем ждать тебя в кафе напротив салона. Покупку оплачу.

Подходим к кассе, вежливые девушки пробивают платье, фату и туфли. Достаю из кошелька черную банковскую карту с выбитыми золотыми буквами. Непроизвольно рука вздрагивает, когда встречаюсь с глазами Саита.

— Это отцовская карта, — тихо он замечает, как только без проблем проходит платеж. Я прячу карту обратно в кошелек и с вызовом смотрю на него.

— Именно твой отец оплачивает все с моей стороны. Сказал, чтобы я себе ни в чем не отказывала. Я тебе об этом говорила. Пойдем в кафе, пока Мадина собирается.

— Мадина враг или друг?

— Надеюсь, что друг. Я сейчас все тебе расскажу, — киваю на выход, иду первая. Чувствую его присутствие так остро, как никогда ранее. Меня будоражит сама мысль, что Саит за моей спиной, что могу взять его за руку и привычно ощутить тепло его ладони. Прикрываю глаза. Первые дни после своего побега из его квартиры мне кое-что остро не хватало: его запаха, его теплоты, его смеха, его рассуждение и просто его молчания. У меня был острый дефицита его самого, как витамина д.

— Двойной латте без сахара и черный кофе тоже без сахара, — сразу же подхожу к барной стойке, заказываю нам напитки. Расплачиваюсь и иду к Саиту, который занимает столик подальше от окна. Сажусь напротив него. Он разглядывает меня, не мигая. Выглядит спокойным и милым, но это обманчивое впечатление. Если всмотреться в его глаза, можно увидеть в них надвигающую грозу со штормом. МЧС меня об этом, к сожалению, не предупредило, иначе бы поехала домой с Мадиной, хотя Саит мне очень нужен, как связывающее звено.

— Как тебе в России? Адаптировался? — нервно заправляю непокорные пряди за ухо.

— Почему ты сбежала?

— Я не сбежала…

— Ты трусливо сбежала, Дева. Ты воспользовалась тем, что я спал и ушла, не оставив ни записки, ни сообщения на телефон. Разве это не похоже на трусливый побег? — голос тихий, но от этого еще острее ощущается его гнев, его осуждение, его непонимание. Криво улыбаюсь, покусывая губу. Как объяснить? Разве можно сейчас рассказывать ему о чувствах, о страхах, о мотивах своих поступков? Откидываюсь на стуле, когда приносят наше кофе, благодарю официанта кивком головы.

— Саит, договор между нами был заключен на две недели. Это были чудесные, немного опасные и нервные две недели. Я ни о чем не жалею, но нам с тобой не по пути. Мы с тобой с разных планет.

— Ты с Венеры, я с Марса? — усмехается, пододвигает свою чашку, делает глоток. — А ты не задумывалась, что у меня по отношению к тебе могли бы быть чувства. А?

— А ты не задумывался о том, что эти чувства нам бы сделали хуже.

— Я попросил отца найти тебя. Он выдвинул мне условие.

— Да? Какое? — с любопытством смотрю на серьезное лицо Саита, не представляя, что какие условия Саид Каюм мог выдвинуть своему сыну.

— Я пообещал ему жениться на тебе.

— Правда? — удивленно вскидываю брови, стараясь не поддаваться внезапной эйфории от его признаний. Нельзя. — Почему?

— Потому что я люблю тебя.

«Я тоже тебя люблю» — вторю мысленно Саиту, смотря, не мигая в его серьезные глаза.

Я чувствую, как секунды нашего молчания превращаются в песок, сочащий сквозь пальцы. И чем дольше я молчу, тем дальше от меня отдаляется Саит. Вижу по глазам. Он усмехается, опускает голову, крутит в руках свою чашку с недопитым кофе. Не могу сейчас говорить о чувствах. Не то место, не то время, сейчас меня одолевают совсем другие проблемы и заботы.

— Мне нужна твоя помощь, — осторожно произношу, замечая краем глаза Мадину с пакетами. Она нас видит почти сразу, подходит к кассе, заказывает себе кофе, только после этого направляется в нашу сторону.

— Я пришла вовремя? — сестра садится между мной и Саитом, он допивает кофе, увидев официанта, просит повторить его заказ. Свое латте даже не пробую, не полезет в горло от перенапряжения.

— Мы тебя ждали, чтобы не повторяться. Саит? — ищу в его лице намек на поддержку, он не смотрит на меня, его больше интересует пустая чашка. О чем он думает? Сейчас я как никогда мечтаю обладать способностью читать чужие мысли, сразу в жизни стало бы легче.

— Так как Дева не давала согласия на брак, а мне жених нравится, я не против выйти за него замуж, мы решили поменять местами, — берет слово Мадина, за что я ей очень благодарна. Замкнуться Саита действует на меня болезненно, как и его нежелание мне помогать. Отказ чувствую кожей, фибрами души.

— Ну и дура, — тихо замечает Саит, тяжело глянув из-под ресниц на Мадину. — Он хреновым мужем будет, а ты не настолько плоха, чтобы себя гробить.