Отец моего парня - Сандра Бушар

В баре, где я работала, остались мои вещи. Их забрал Игнат тем же вечером, но до меня они так и не доехали. Включая паспорт и телефон. Дмитрий Петрович все время как-то отмахивался, а когда я начала давить на жалость, мол надо позвонить – подарил новенький телефончик, с яблочком. Туда была уже вставлена моя старая сим-карта, только номеров там было очень мало. Ни одного мужского. Вру. Один был. Цитирую «Муж». Я аж кофе подавилась, когда прочитала.

— А я на будущее, — как ни в чем не бывало, парировал тот, — Чего тебе потом лишний раз этим делом заниматься? Долго, сложно... Лучше заранее побеспокоится. Молодец я, да?

Я ничего не поменяла, потому что телефон брат не собиралась. На отрез! Мало того, что я никак не объясню родителям, откуда у меня ТАКОЙ дрогой агрегат, так еще и там не было моим сообщених и важный номеров. «Муж», чтоб коты бродячие его костюм от Армани пометили, постарался!

— У тебя есть телефон! — настоял мой медведь, скрепя зубами, — Звони. Вот прямо сейчас и звони!

— У меня нет телефона, — в тон ему, чеканя каждое слово, парировала. За что получила шлепок по попе. Вроде как за дерзость, но на самом деле, тот только и рад причину найти. — К тому же, как я им объясню, где я. Студенты в таких местах новых год не справляют.

Я, наивная, ждала понимания и победы в этом споре, как Дмитрий Петрович вдруг меня ошарашил:

— Скажи, что со мной. — Я так и замерла, уставившись на него в оба глаза. Тот ждал реакции словесной. Потом, видимо, плюнул и выдохнул: — Машунь, ну в самом деле! Я с тобой жить собираюсь. Ты же понимаешь, что все вокруг узнают?

— Но… — я нервно сглотнула, сердце в груди бешено забарабанило. Когда ты живешь в бункере какое-то время, реальные проблемы отходят на задний план. — Их инфаркт хватит, блин! Ты в себе вообще??

— Такой страшный, да? — рявкнул он и еще больше нахмурился. Скоро морщина между его соколиных бровей будет там на постоянной основе!

— Ты старше моего папы на четыре года!! — взорвалась я, но тот и бровью не повел. Будто и не видел ничего страшного в этой ситуации. Мол, а чего такого, да? Тогда я решила объяснить, что то, что для столицы норма, для регионов – повод для обсуждений на десятилетия: — Послушай, мои родители поженились в девятнадцать лет. И так все их знакомые. И все знакомые знакомых! Если ты рассчитываешь на понимание – его не будет. В лучшем случае, от меня просто откажутся.

— Машунь, — игнорируя мою явную панику, мужчина ласково погладил меня по щеке и тепло улыбнулся. Так, что на мгновение все проблемы показались плевыми... На мгновение! А потом я вспомнила еще про Валеру, вопросы о котором Дима либо игнорировал, либо злился. — Я бы тоже очень сильно хотел найти любовь в девятнадцать. Тоже бы хотел такую судьбу, как у твоих родителей. Но бывает иначе, понимаешь? Ты либо принимаешь это и это и хватаешь удачу, либо… — он резко замолк, и ударил пальцем мой широко распахнутый рот. — Тебе иного не дано, пчелка. Так что рассказать родителям все равно придется.

К подобному я была пока не готова. Кто знает, как далеко зайдут наши отношения с мужчиной? Ощущение, что я – временная любовница, меня никак не отпускало. Пока одна часть была без ума от мужчины, другая искала подвох в каждом слове. Я все ждала, когда надоем ему и он просто укажет мне на дверь. Мол, все. Шоу кончилось, заводите следующую. Наивную, доверчивую. Буду ее обрабатывать и удивлять.

— А как же мама Валеры? — перевела тему я, неожиданно для себя выведя его на интересную для меня тему. — Он никогда о ней говорил…

— Она живет за границей, — как-то слишком резко выпалил тот, будто данная тема его напрягала. Я поджала губу и отвернулась. Подумав о том, что делать все те грязные делишки со мной, значит, можно, а обсудить прошлое – нет. Типа, не того уровня отношения у нас, дорогуша.

— Окей, — как можно равнодушнее пожав плечами, я медленно поднялась с постели. — Я в душ.

Но не успела сделать и пару шагов, как послышался его тараторящий голос:

— Она человек свободы. И я просто дал ей то, чего она так хотела. Валера ничего о ней не говорил, потому что он с мамой видится только заграницей. Все.

Я внимательно посмотрела на мужчину. Мои брови удивленно взметнулись, потому что, честно говоря, это была первая личная вещь, что удалось узнать про того, кому я отдала свою девственность.

— Она твоя ровесница? — зачем-то спросила я. Видимо, от неожиданности, что расколола этот крепкий орешек.

— Ей пятьдесят, — удивил меня тот. Потому как я думала, что Дмитрий Петрович у нас по молоденьким девочкам.

Хотя… Двадцать один год назад мама Валеры была молода и прекрасна. Оставалось надеяться, что сейчас она страшная, как атомная война и и глубоко занята.

— Замужем? — спросила я спустя время. И Дмитрий Петрович вздрогнул. Я списала это на то, что он просто задумался о чем-то своем и я его «пробудила».

— Я не в курсе про ее половых партнеров, — процедил он свозь зубы, а после поднялся на ноги вслед на мой. Сровнявшись, мужчина запечатлел на моих губах многообещающий тягучий поцелуй и, шлепнув по пятой точке, шепнул на ухо: — В течении следующий пятнадцати минут у меня будет секс в душе. И только тебе решать, примешь ли ты в этом участие.

Я, как завороженная, уставилась вслед мужчине. А все потому, что он даже не потрудился накинуть на себя хотя бы плавки. Его ягодицы были просто… Так и хотелось пощупать! Подкачанные, аппетитные и завораживающие. Когда дверь хлопнула, я томно вздохнула. И за что мне такое счастье?

Как вдруг раздался противный звук. Тихий, едва уловимый. Но я сразу напряглась и навострила слух. Потому что знала его – только мой старый унылый гаджет так «молил» зарядить его.

Следуя на "зов умирающего", я оказалась в холле и нашла телефон закинутым в самый дальний ящик комода.

— Все-таки, Игнат приходил. Вот же… — бросив краткий взгляд на дверь, я пожелала мысленно Дмитрию Петровичу удачи и здоровья. Потому что, когда я к нему в душ зайду – это ему эти два качества ой как не помешают!

Несмотря на то, что оставалось лишь пять процентов заряда, телефон был включенным. Даже без сим-карты отлично работал. Я вошла в мессенджер, чтобы посмотреть – давали ли о себе знать родители. Они должны были с друзьями в горы на неделю ехать… Так и замерла в широко распахнутым ртом.

«Марусь – писала мне Лера, — Я с Олежкой рассталась. Урод он. Переспал с какой-то курицей у меня на виду! Говорить можешь?»

Спустя пару минут последовала целая серия сообщений, с удивленными смаликами.

«Марусяяя! Возьми трубку! У меня сейчас инфаркт будет! Захожу в нашу комнату. Ключ вроде подошел, а внутри евро ремонт. Это что, мне пора психушку вызывать?»

«А, нет! Вещи мои в шкафу лежат. А твоих нет! Что происходит??»

«Мне комендант сказала, что всю эту прелесть с нашей комнатой сотворила толпа качков за пол дня первого января. Подруга, кому ты душу продала? Признавайся!»