Прайс на мою студентку - Ася Невеличка

Я еще не додумал мысль, но уже простонал. Ведь я совсем не собирался отпускать Елену. В голове уже сформировался удобный план, снять ей квартиру, поселить недалеко от дома или работы, чтобы всегда иметь возможность заскочить к ней на чай со всеми вытекающими.

Елена идеально вписалась на место Марины в моей голове. Теперь не отталкивая и не вызывая брезгливости, а наоборот, словно имела полное право остаться в моей жизни, совсем не на правах чучела.

А впереди еще три месяца, Швайгер! Может, ты скоро и есть из ее рук будешь?

Вот теперь проблема, поверхностно обозначенная Тармуни, предстала передо мной во всей красе. Я посмотрел в зеркало на свое отражение, на ввалившиеся от недосыпа глаза, темные круги под ними, на резко обозначившиеся скулы и нездоровый лихорадочный взгляд.

Если я поддамся искушению и граница между мной и Еленой сотрется, на фуршете я действительно представлю её как невесту, возможно уже успею купить ей кольцо и сделать слезливо-романтичное предложение в ресторане на крыше под звездами.

А дальше?

Дальше Баграт заберет место ректора, получит грант, несмотря на выполненные условия, потому что границы не будет для меня, но для всех остальных Елена навсегда останется шлюхой.

Черт!

А для меня уже границы нет. Я хочу ее. И я смогу сделать ее еще лучше, она уже не чучело, хотя по инерции я еще пытаюсь напомнить себе о наших таких разных положениях. А Елена? Кто я для нее? Клиент, набитый под завязку купюрами? Как она воспринимает меня?

Вопросы, вопросы, бесконечные и безответные вопросы, черт бы их побрал.

Но одно ясно: никакого сближения с Леной допускать нельзя. Дистанция позволит мне лучше контролировать свои чувства, Елене обозначит границы допустимого общения, и появится время тщательнее продумать план, как ненавязчиво оставить Елену себе после выигранного пари.

Да. Три месяца потерпеть и не сорваться. Я смогу. Я истинный ариец! Сказал — сделал.

А теперь в душ, твою мать, иначе снова ночь буду кувыркаться, трахая подушку.

* * *

За завтраком девушки были молчаливы.

— Всё хорошо? Доброе утро, мутер, — наклонился, поцеловал недовольную мать. — Доброе, Елена.

— Ага, — уныло ответила та, размазывая джем по оладушку.

— Что-то не так?

Ганс подал салфетку, но промолчал, не желая мне помогать.

— Ну вот что, мне гадать некогда. Можете молчать, пока я завтракаю, а потом в любом случае еду в академию.

Определив для себя линию поведения, я вооружился вилкой и ножом, обнаружив, что мои оладьи политы белой массой.

— Йогурт? — недовольно уточнил я.

— Он полезен, — неубедительно и в который раз отмахнулась мать, а Елена просто с глубоким несчастным вздохом поменялась со мной тарелками.

— Спасибо, с джемом мне нравятся.

— Я даже попробовать не успела.

Недолго думая, я отделил кусочек оладьи с джемом и поднес к губам Лены.

Идиот? Безусловно. Я умею создавать пикантные ситуации и проваливаться в них как во временном вакууме. По крайней мере, до окрика мутер, я успел разглядеть пухлые после сна губы Елены, и как аккуратно она снимает кусочек с вилки, измарав уголок рта в джеме. А я вздрагиваю, представляя как дальше могут развиваться события за столом, когда я слизываю джем с ее губ и нагло, грубо беру ее в рот, сразу глубоко целуя и не давая отступить…

— Андрэ!

Мечты идиота.

— Приятного аппетита, — хриплю я и стараюсь отвлечься от сидящего с боку искушения. Ну не дурак ли, что в тот раз отказался от минета? Как проще бы сейчас все было! Каждую ночь я открывал бы дверь в ее спальню, брал ее снова и снова, я стал бы полноценным учителем: утром вдалбливая в голову знания, а по ночам обучая её искусству ублажения. Или она меня научила бы…

— Теперь сами попробуйте?

— Что? — очнулся я, не понимая, что предлагает мне за столом Лена. Неужели?..

— Мою оладью. Тут немного. Открывайте рот.

Я зачаровано разжал зубы, принял кусок с ее вилки, только что соображая, что чертов йогурт все же проник внутрь меня и… на удивление не вызвал отвращения.

— Угу.

— Вкусно?

— Да, но больше не надо.

— Андрэ?

— Да, мутер?

— Я полагаю, тебе уже стоит привести свою девушку в дом. Хватит скрывать ваши отношения от меня.

Я подавился, кашляя и не отнимая салфетку ото рта. По спине постучали ладошкой, сунули в руку стакан с водой, пока я мысленно проклинал йогурт, вставший поперек горла.

— Смешно, мам, но не шути больше за столом.

— Я и не шутила! Нет смысла скрывать от меня свою невесту.

— Уже невесту? Как быстро развиваются события.

— Марина мне понравилась, очень милая девочка. Андрэ. Не думаю, что и дальше надо откладывать ее переезд сюда.

За-ши-бись!

— Какая Марина?

— Зачем ты цедишь сквозь зубы? Это вредно, они крошатся, — не смогла удержаться от замечания мутер.

— Марина — ваша невеста. Она неделю назад у нас была, мы вообще-то думали, вы в курсе, герр профессор, — подколола Елена.

— Мам, что за тайные гости? Почему ты не рассказала мне, что Марина навязала вам знакомство?

— Почему сразу навязала? Мне она показалась милой и смущенной.

— А также в ожидании скорейшего переезда, — добавила Елена, смачно уплетая мои оладьи.

— Ты видела её на барбекю и ничего мне не сказала?

— А что тут скажешь? На барбекю за вами и хозяйская дочка охотилась. Надо было досмотреть, которая возьмет.

— Лилия? — в один голос с мутер воскликнул я.

— Ну эта, драная блондинка. Лиля? Ага, она.

За столом резко изменился градус интереса. Теперь мы всей семьей разглядывали Елену, но разделывать начала мутер. Что тут поделаешь, женское любопытство.

— А что, профессор не заметил, как она весь день таращила на него глаза? Липла к Багету, а сама глазищами герра ощупывала! А уж когда Мари-и-ина появилась, она так губы растянула, того гляди от радости лопнет, а глаза то злые. Герр профессор, то что Марина ваша невеста, не только мутер, я и Ганс знаем.

— Андрэ, что ты нам еще не рассказал про барбекю?

— Клянусь, всё рассказал.

— Но… Лилечка всегда так трепетно следит за фигурой…

Я непонимающе уставился на мать. Причем тут фигура? Сейчас меня волновала только неприкрытая наглость Марины.

— Лилия до сих пор следит, а что касается Марины… Это недоразумение. Я всё улажу.