Лживая жена моего отца - Юлия Шевченко

Юлия

— Ты вообще в своем уме? Головой не ударялась, пока нас не было? — и снова Полина возмущенно орет в моей комнате, глядя, как я перебираю вещи для сегодняшнего разговора с Габриэлем.

Да-да, я решилась на этот отчаянный шаг. Скажете, что я безумная, сумасшедшая мазохистка, раз собираюсь на встречу с убийцей моих родителей? Возможно. Просто что-то внутри меня тянется к этому мужчине, вновь ворвавшемуся в мою спокойную жизнь.

Необъяснимая сила толкает вперед, как будто дьявольский голос нашептывает, что я должна с ним увидеться, поговорить. Узнать, в конце концов, обо всем, что произошло той ночью с совсем другой стороны. Черт возьми, даже понять поступки Габриэля.

С чем крайне не согласна Полина, пытающаяся отобрать у меня блузку и брюки. Буквально с силой их выдирает и прикрывает дверь, чтобы Лекс и его няня не слышали наших криков. Ее присутствие подругу тоже раздражает и злит. Ведь я ошарашила Ильину сразу же после их возвращения с прогулки. Она только недавно отошла от неприятных вестей, как я снова шокирую ее предстоящей встречей с Габриэлем.

— Полина, прекрати, — раздраженно вздыхаю. Я не хочу с ней бороться и препираться. Мне сейчас не до этого.

— Нет, я не прекращу, твою мать! — швыряет вещи через всю комнату и в два шага оказывается около меня. Заглядывает мне в глаза и осуждающе качает головой. — Если тебе так хочется на члене попрыгать, то почему бы не выбрать более достойного мужчину, чем этот упырь. Уверена, что Константин удовлетворит все твои желания и капризы.

— Что за чушь ты несешь? — надеваю джинсы и серую майку с рисунком Москвы. — Я не собираюсь с ним спать, — тесню подругу, чтобы забрать со столика рюкзак и ключи от машины.

— Раз вы не будете трахаться, ты ему не расскажешь о Лексе, — задумчиво хмыкает. — Тогда что, прости, вы будете делать наедине?

Полина всегда была моим голосом разума, который в данный момент мне только мешает. Я понимаю, она переживает и хочет помочь, но это моя жизнь.

— Мы поговорим.

— О чем? — она от меня точно не отстанет. — Юля, о чем?

Следует за мной по пятам, даже в детскую заходит, прожигая недовольным взглядом Арину, которая аж вжалась в спинку стула. Она совсем мне девочку запугает.

Целую Лекса в макушку, обещая, что вернусь совсем скоро с какой-нибудь вкусняшкой. Как же он похож на своего отца. Копия. Сердце больно в груди щемит, чей-то голос настойчиво требует все рассказать Габриэлю, ведь он имеет право знать про сына.

Заглушаю непонятное радиовещание, помахав головой, и под бурчание Полины выхожу из квартиры. Даже не дожидаясь лифта, спускаюсь вниз. Сажусь в машину и пытаюсь перевести дух, прислонившись лбом к рулю.

Куча разных эмоций бушует внутри. Злость, раздражение, боль, радость, тоска. И все это направлено лишь на одного человека. На Габриэля, которому я позвонила через час после его визита и назначила встречу на нейтральной территории. В небольшом сквере, куда мы с Лексом никогда не ходим. Не хотелось бы встретить говорливую мамашку, интересующуюся здоровьем моего сына. Не при Росси же.

Припарковавшись у входа, делаю пару вздохов, стараясь унять бешеное сердцебиение, допиваю минеральную воду из бутылки, чтобы избавиться от сухости во рту, и выхожу из машины, двигаясь к мужчине, полностью перевернувшим мою жизнь.

— Я думал, что ты уже не придешь, — голос Габриэля пропитан облегчением, а глаза сияют от радости. Вряд ли засранец переживал, что я его кину и останусь дома. — Ты выглядишь… — не даю ему продолжить, взмахивая рукой и садясь на резную лавочку.

— Давай без комплиментов, — режим «недовольной стервы» приведен в действие. Да и не заслуживает он другого. — Говори, что хотел. Чем скорее ты выскажешься, тем быстрее мы разойдемся.

А ведь так хочется подольше посидеть рядом с ним, вдыхая любимый запах туалетной воды и сигаретного дыма.

Пытаюсь не смотреть на него, не впитывать его образ, но все-таки украдкой пробегаюсь по его спортивному телу, скрытому под черными брюками и рубашкой. Лакомый кусочек, который я так сильно когда-то хотела съесть и ни с кем не делиться.

— Я облажался.

Хмыкаю и закатываю глаза на до боли банальную фразу. Ничего лучше он придумать не мог, к моему глубочайшему разочарованию.

— Чудесное начало разговора, — саркастично заявляю, ощущая на себе недовольный и даже возмущенный взгляд Габриэля. — А что ты хотел от меня? — развожу руки в стороны, стараясь сдержать приступы истерики. Что-то часто она на меня нападает. — Типа я кинусь к тебе в объятья, прощая всю ту боль, что ты мне причинил, врезавшись в машину моих родителей и избежав заслуженного наказания, так?