В городе сегодня ветрено - Наталия Романова

  – Чего смотришь? Раздевайся, присоединяйся, – мама глянула на Игоря, он не слишком понял выражение её лица.

  Подошёл, чмокнул в лоб Лину, заодно проверяя температуру, та недовольно фыркнула, но комочек «вареник» из ладошек не выпустила. Лису тоже поцеловал, она быстро обняла папу, оставляя на пиджаке следы муки, и тут же вернулась к своему занятию. Знал бы итальянский модельный дом, что на их модели останутся следы русских вареников!

  Едва удержался от поцелуя Леры. Девочки были сосредоточены на интереснейшем занятии, а вот мать не сводила пристального взгляда. Стесняться ему нечего, мать не глупа, даже не видя Леру в квартире Игоря, она прекрасно понимала, что связывает их не дружеское участие. Но демонстрировать в лоб не стоило, как минимум ради Леры. Девушка, очевидно, чувствовала себя не в своей тарелке, хоть и держалась бодрым молодцом.

  – Привет, – шепнул он на ухо, быстро вдыхая запах свежести и цветочной сладости, чувствуя прикосновение кудряшек у лица.

  – Привет, – робко прошептала Лера, заглянув в глаза.

  – Я быстро, – пообещал он и отправился к себе. Переодеваться и переваривать происходящее. Это вам не Кандинский с его «Маленькими мирами», тут осмыслить надо.

  – Кому здесь помощь нужна? – громко известил он о своём присутствии, вернувшись на кухню, переодевшись в джинсы и футболку.

  – Нам! – довольно взвизгнули Лиса и Лина, синхронно подпрыгнув на стульях, естественно, тоже перепачканных мукой. Если так пойдёт дальше, завтра придётся вызывать клининговую компанию.

  – Отлично, – Игорь присоединился, взяв в руки кругляш, плюхнул в центр творожную начинку, на этом сноровка иссякла. У Лины получался вполне симпатичный вареник по сравнению с творением Игоря.

  – Давай покажу, – прозвучало над ухом, а на его пальцы опустились ладони Леры.

  Мелькнул браслет на запястье, кольца, некстати вспомнилось о других украшениях девушки. Он судорожно сглотнул, игнорируя приподнятую бровь матери. Да что же это такое! Мозг сносит, дыхание перехватывает, возбуждение накатывает обжигающей волной. Пубертат какой-то!

  – Вот так, – продолжила Лера, показывая, как сворачивать вареник и защипывать края. Скользила пальцами по тесту, следом нажимая на одеревеневшие фаланги Игоря. – Прищипнул, крутанул, прищипнул, крутанул. Понятно?

  – Кхм, – закашлялся он, тряхнул головой. «Прищипнул, крутанул». Что это было? – Да, вполне, спасибо, Лера.

  – Смотри, как надо, – на счастье, вмешалась Лина и начала с видом знатока учить папу. Уж она-то стала профессионалом в деле изготовления вареников!

  Спустя час вареники были готовы, большая часть отправилась в морозилку, остальное было съедено. На удивление, Лиса с Линой не капризничали, жевали с отменным аппетитом, не забывая макать в сметану. Не вспомнили даже о пепси-коле. Чудеса, да и только.

  Мать отправилась купать малышек в душ. Мука, тесто и творог красовались не только на теле, но и в волосах, а с приёмом ванны лучше подождать. Температура спала, но что покажет ночь – неизвестно.

  – Я пойду? – пролепетала Лера, переставляя последнюю тарелку с обеденного стола на кухонный, откуда Игорь споро отправлял посуду в посудомойку.

  – Подожди, – он толкнул дверцу машины коленом, сполоснул руки и притянул к себе девушку, наконец-то прижимая стройное, податливое тело к себе. Вдохнул глубоко, с удовольствием, скользя руками по спине, пояснице, опускаясь на ягодицы. – Спасибо тебе, – прошептал в шею, едва задевая кончиком языка гладкую кожу.

  – Не за что…

  – Лер, останься.

  – Неудобно.

  – Останься. Лер, прости меня.

 – Перестань извиняться, – Лера нахмурилась. – Я не совершала подвиг, просто как-то неловко получилось…

  – Мать тебе что-то сказала? – нахмурился Игорь. Естественно, сказала. И, конечно, в этом виноват он.

  – Нет, что ты! Лидия Максимовна была очень… мила.

  Мила она была. Кому-кому, а Игорю прекрасно известно, насколько «милой» она может быть. Максимально любезной, удушающе вежливой, как сталь ножа приставленного к горлу тупой стороной. Не опасно, но давит, холодит внутренности, заставляя сжиматься в комок нервную систему. Многолетняя выдержка педагога высшей школы, умеющего одним взглядом сравнять человека с плинтусом. А Лера… Господи, она молоденькая совсем, откуда взяться иммунитету на металл в интонациях и взгляде.

  – Прости.

  – Ещё раз скажешь «прости», и я точно уйду! – фыркнула Лера, попятившись спиной к стеллажу в зоне отдыха. Когда-то это пространство задумывалось как территория для взрослых, сейчас на нижних полках стеллажа, диване, тумбе под телевизором была россыпь игрушек, фломастеров, рисунков, кусков пластилина и полимерной глины.

  – Молчу! – он поднял руки в сдающемся жесте. Никаких «прости». Всё, что угодно, лишь бы она осталась. Он хотел времени с Лерой, хотел видеть её, чувствовать, осязать. Показал взглядом, чтобы Лера шла за ним, и она пошла. Нахмурившись, вздохнув, но пошла.

  Первый этаж достаточно просторный, чтобы удалось пронести Лису и Лину из ванной комнаты, не акцентируя внимание на присутствии Леры. А мать… перетопчется. Потом он даст ей возможность сказать ему всё, что она думает, развернуться недовольной душеньке, если необходимо. Усадил девушку на диван у панорамного окна, попросил максимум полчаса, она послушно кивнула, всё ещё одаривая неодобряющим взглядом.

  После душа отнёс Лису с Линой в детскую. Лису на левой руке, Лину на правой. Он уже не помнил, когда появилась такая последовательность. Даже по отдельности он поднимал Лину правой рукой, а Лису левой. Мышечная память. Пришлось побороться с нежеланием принимать лекарства, пообещать, что пепси-кола и пицца, о которых всё-таки вспомнили, будут на завтрак, поторговаться из-за страниц обязательного чтения сказки на ночь, зато выходил он из комнаты, когда два носика сопели в унисон.

  Спустился вниз, мать собиралась, топталась в дверях, приноравливая широкий шарф, и подкрашивала губы.

  – Тебя довезти?

  – Во-первых, у тебя гости, – она многозначительно посмотрела на Леру, вжавшуюся в подушки дивана, точно мечтающую превратиться в хамелеона и замаскироваться под часть интерьера. – А во-вторых, существует такси, – крутанула смартфоном перед носом сына.

  – Я провожу, – отрезал он, открывая дверь, выходя на лестничную площадку, практически выталкивая мать.

  – До свидания, Лерочка! – полушёпотом, якобы чтобы не разбудить детей, проговорила мать.

  – До свидания, – послышался сдавленный ответ.

  – Мам, что ты делаешь? – уставился он на недовольную женщину, плотно закрыв за собой дверь. – Тебе не кажется, что человек, как минимум, выручивший твоего сына и твоих внучек в сложной ситуации, достоин человеческого отношения, а?!

  – Минимум?