Беспредельщик - Анна Штогрина

Я отклонилась в руках Платона и машинально отвесила ему пощечину. Хлесткий звук хлопка по коже испугал даже меня. Я не хотела злиться и вредничать. Я реально уже хотела, чтоб Самойлов трахнул меня. Просто рука как то сама по себе вырвалась. Накопилось на него обид, что ли, и рефлекс сработал на гада.

— И что? — усмехнулся беззлобно Платон, не выпуская меня из объятий.

Надо было держать марку, чтоб не выглядеть как полная дура, поэтому я по горячим следам треснула его по другой щеке и произнесла гордо

— Пусти меня! Ты что думаешь, что можешь поманить меня членом, и я паду перед тобой на колени?

А сама задрожала. Не хочу, чтоб он меня сейчас оставил и снова ушел. Но я ведь стерва или…нет. Вглядываясь в нечитаемую зелень его зрачков и цепляясь за твердые плечи, я ждала реакцию Платона.

— Нет, Лили. Я думаю нам пора вместе сложить оружие. Кто то должен быть умнее. И я надеюсь на тебя, — он мне подмигнул с сарказмом. Вот же хитрая морда. Нет, что б подраться, снова сказать какую то гадость, съязвить. Он решил быть…милым! И не обидчивым.

— Сдавайся, принцесса. И целуй, — и с этими словами Самойлов коснулся снова моих губ. Я потешила себя мыслью, что перед тем как нырнуть в цунами наших эмоций и окончательно сдаться, я хотя бы успела сбить спесь с наглой физиономии Платона, послушно открыла ротик и пустила его дерзкий и настырный язык вглубь.

В тишине комнаты хлюпающие звуки наших поцелуев звучали слишком громко и порочно. Платон задышал тяжелее и чаще.

Ему сносило все стопы и запреты, которые он методично выстраивал в глухую стену против меня. Я и сама в тот момент уже не могла вспомнить с чего началась моя ненависть к нему.

Платон сделал несколько шагов к кровати. Оторвался от моего рта и проговорил возбужденным голосом

— Здесь всего одна подушка. Придется спать на тебе.

С этими словами он опустил меня на холодную кровать и начал зацеловывать шею. Его руки залезли под футболку и ринулись к груди.

Я чуть отодвинулась.

— Подожди, мне надо в душ. Я вся грязная…

Но Самойлов уже ничего не слушал. Задрал футболку до моего подбородка и выводил языком влажные узоры вокруг сосков.

— Грязная…ты очень грязная и вредная девчонка. И я тебя, пиздец, как хочу. Мыться будем потом…вдвоем…

Хрипло говорил он, высекая из меня стоны своими ласками.

Я так и знала, что этот мистический фрик охрененный любовник. Опытный и распутный. А в тот момент он начал на деле мне доказывать, насколько даже я его не дооценила.

Его настырный язык не знал слова стоп. Беззастенчиво вылизывал меня в самых труднодоступных местах. Он, словно зверь, наслаждался своей течной самкой. Чуть не урчал от удовольствия, когда стащил с меня всю одежду и припал к моей киске. Раздвигал набухшие от желания половые губы, теребил кончиком языка клитор, нырял им в мою сочащуюся соками желания щель и попу. Я потерялась в ощущениях. Он был везде. И язык и пальцы. Так охренительно меня никто не вылизывал. Куда уж Ринату до этого развратника.

Когда я забилась от мощного оргазма, цепляя ногтями его батник и комкая ткань в кулаках, он быстро разделся сам.

Я снова залюбовалась его просушенной мускулатурой, странными рисунками механических деталей. Эти татуировки на руках и спине, приводили его в движение как робота.

И от красоты и трехмерности изображения, Платон казался нереальным терминатором.

Он спустил боксеры, и я увидела его член. Красивый и большой. Ринат не был обделен размером, но Самойлов обладал явно царским достоинством. Изогнутый плавной дугой кверху ствол, обтянутый упругой кожей с прожилками тонких вен, и головка выпуклая с прорезью, как сердцевина сочного персика, блестела от возбуждения.

Я облизнулась и потянулась к нему, как на заклание. Стала на ладони и колени раком, лицом к нему. Лизнула по кругу желанную конфету, прошлась по стволу до черных завитков волос. Его острый вкус был такой порочный и возбуждающий, что я без промедления заглотила орган до половины. Создавая щеками вакуум, втянула его глубже, до самого горла.

Платон сверху довольно прохрипел, что то вроде "ох, блядь, какой кайф!"

Наклонился над моей спиной и потянулся к попе. Его большая ладонь огладила полушарие и остановилась в центре. А два пальца сразу влезли в анальное отверстие, растягивая тугие мышцы в стороны.

Он толкался бедрами в мой рот в одном ритме с пальцами в заднице. И это было действительно охрененно!

За время отношений с Ринатом мы испробовали многие виды доставления удовольствия друг другу. У него в комнате в шкафчике с ключом у нас хранились и анальные смазки с шариками на нити и пробками, и разные вибраторы, которые он в меня пихал, когда делал куни. Развращать меня было уже поздно. Я итак была достаточно смелая и опытная девочка.

Платон кайфовал, погружаясь в мой рот все глубже, до спазмов, от которых получал дополнительную стимуляцию. В какой то момент он выдернул член с характерным чпокающим звуком. А я аж потянулась за ним, хныкая.

— Подожди, Лили. Я дам тебе еще поиграться. Хочу тебя уже трахнуть по взрослому. Разворачивай сюда свою жопу, — глухо скомандовал он и шлепнул меня по ягодице, вытаскивая из нее пальцы.

Я быстро развернулась к нему, отклянчивая бедра и подстраиваясь по высоте под его член.

По влажному следу моих соков он вошел сразу и на всю длину. Я ахнула, когда он уперся под ребра. Размерчик у него нехилый, даже по меркам моего распутного лона. Я корчилась от удовольствия и громко выкрикивала его имя. В тот момент он стал для меня заслуженно Платоном, а не гребанным фриком.

Его член вспахивал мою плоть с чавкающими звуками и пошлыми шлепками мошонки об клитор. Я натянулась от возбуждения, прогнулась в спине. Моя голая грудь терлась сосками об простынь. Я чуть не урчала, как кошка, от удовольствия.

Кончала, громко выкрикивая имя Платон.

Оргазм был феерическим, острым и долгожданным. Я втайне давно мечтала, чтоб Самойлов сделал со мной нечто подобное. Но в реальности все оказалось гораздо круче.

Платон запустил руку под мой живот, огладил до лобка и задержал пальцы на клиторе, не останавливаясь двигался во мне.

Я ощущала мышцами, как его член начал разбухать, а сперма приливать к головке.

Он выдернул свой инструмент и приставил к попе. Поводил головкой по кругу, дразня тугое колечко. Снял презерватив и отшвырнул его на пол. Затем снова подался бедрами вперед и проскользнул вовнутрь. Несколько раз чуть вытащил член и засаживал его все глубже. Пока я не выдохнула от чувства колоссальной наполненности. Его пальцы снова заиграли на возбужденной горошине клитора. Я прикусила губу, ловя с ним один кайф.