Ромашка для Терновника - Сусанна Ткаченко

Прожевав бутер, я решила завести разговор о нашей непростой ситуации сама, потому что отчётливо поняла: если этого сейчас не сделаю, Тим спустит всё на тормозах, просто устроит всё так, как сам считает нужным, и со мной даже не посоветуется. На это прямо указывала его счастливое лицо, которое молча, не отрывая от меня глаз, пило кофе и улыбалось — его точно всё устраивало.

— Тимур, сколько я тебе должна за дверь? — само собой, я прекрасно понимала, что сейчас он оскорбится и от денег откажется, но надо же с чего-то начать. Желательно, стерев с его лица улыбку и настроив на серьёзный лад.

Тернев тяжко вздохнул и подпер щёки кулаками.

— Ну, ладно, Ромашка, давай высказывай, я слушаю, но учти: потом буду говорить я, и ты тоже послушаешь не перебивая. Согласна?

— Согласна, — я собралась с мыслями, набрала воздуха и выдала: — Первым делом я бы хотела узнать, каким образом звезда добралась до твоего телефона? — от его ответа зависел весь дальнейший разговор, и я затаила дыхание.

— Она привезла мне передачу от Дынева, — без заминки, не моргнув глазом отчитался ответчик. — Разбудила утром, и пока я ходил в туалет и умыться, порылась в моем телефоне. — Тимур вскинул руку в останавливающем жесте, когда я раскрыла рот, чтобы задать вопрос про то, откуда она знает пин-код его телефона? — Ничего не говори, Стась, дай сказать мне. У меня много лет телефоны разблокируются простой прямой. Знаю, знаю — я раздолбай, но после этого случая я всё изменил. Веришь?

Я это и так подозревала и, в общем-то, смысла сомневаться в его словах не было.

— Верю. Я ещё вчера догадалась, что вся ситуация — грандиозная подстава, и в неё попала не только я, но и ты, — созналась и перевела дух, глядя в окно. — Я на тебя почти не злюсь, Тимур, просто хочу узнать, как нам теперь выкручиваться?

— Мы переезжаем на пмж в Москву, — Тернев решил изобразить из себя тирана и заявил это не терпящим возражения тоном, а я в очередной раз испытала шок.

— С ума сошёл? Разве это так просто? — я подскочила с табуретки и принялась ходить по крохотный кухне.

Кто делает такие заявления вот так — походя? Разве так можно? Ведь именно этого я и боялась — поспешности, горячности, решений, принятых впопыхах!

— Проще простого! Ты чего так разнервничалась? Сядь и послушай мой план.

Тимур мягко уговаривал, но я совершенно не собиралась поддаваться его вкрадчивым увещеваниям.

— Нет! Это безответственно! — топнула босой ногой для убедительности.

— Сядь! — тон Тернева резко сменился, и я встала как вкопанная.

Нет, не потому что подчинилась, а от удивления. Он решил на меня надавить?

Всерьёз я спектакль с властным доминированием почему-то не воспринимала. Была какая-то внутренняя уверенность: если я буду на чем-то настаивать, Тимур мне уступит, и я лишь вскинула подбородок, посмотрев ему в глаза с вызовом.

— Тим, я не сомневаюсь, что твой план гениален, но я не хочу оказаться в один прекрасный день в полной от тебя зависимости…

— Ромашка, сядь и послушай! — рявкнул Тим, и на этот раз я мгновенно подчинилась. Хм… Есть всё-таки у него в голосе какая-то магия. Наверное. Вот сейчас она подействовала, и я не смогла противостоять приказу. — Ты говоришь ерунду. Какая зависимость? О чём ты?

Находясь под его гипнозом, я принялась выдавать всё, что лежало тяжким грузом на душе.

— Я окажусь в чужом городе без денег, запертая в четырёх стенах…

— С фига ли? Вот у тебя фантазия! Всё будет совсем не так, — искренне удивился Тим, и мне стало немного стыдно за свои негативные прогнозы.

— А как? — я посмотрела на него с робкой надеждой и прикусила изнутри щёку от напряжения.

— Начнём с того, что зависимым тут стал я.

— В каком смысле? — насторожилась.

Такой расклад мне тоже не нравился, я не хотела, чтобы он испытывал чувство вины, и только из-за него оставался со мной. Но додумать эту мысль я не успела. Тимур одной фразой поставил всё с ног на голову.

— Не могу без тебя, — и так он это сказал… признался как-то просто, без пафоса и фальши, что у меня задрожала нижняя губа и на глазах навернулись слёзы. Тимур перетянул меня с табуретки к себе на колени, прижал к груди и убрал губами слёзы, — а ты как думала, дурочка моя? Мы теперь вместе, и вовсе не из-за обстоятельств, они только помогли мне это быстрее понять, но так случилось бы и без них. Просто немного позже.

— Мне страшно, — тихонько созналась я ему в шею, и разговор потёк совсем в другом русле.

— Ну давай об этом поговорим: рассказывай мне о своих страхах, а я буду их развеивать, — обняв меня крепче и изобразив из себя психотерапевта, сказал Тернев.

Я невольно улыбнулась, расслабляясь. С ним легко…

— Мы совсем мало знаем друг друга, доктор, вдруг ты через неделю поймёшь, что совершил ошибку, и захочешь вернуть время вспять? — начала исповедь я.

Или не исповедь, а допрос?

— Пф, Стась, поверь, этого не будет. Понимаешь, в силу своего происхождения я имею богатый опыт общения с женщинами. — Я недовольно поерзала у него на коленях, пытаясь сползти обратно на свою табуретку. — Стой, стой, ревнивая ромашка, я не хвастаюсь, просто говорю, что мне есть на основании чего делать выводы. Ты не такая как все, ты особенная и как будто создана для меня и под меня. Так что тут я уверен на сто процентов. Следующий страх.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А вдруг я пойму, что ты мне не нужен, но буду чувствовать перед тобой себя должной и мучиться?

Тут Тимур рассмеялся в голос. Как бы я тоже в такое не верила, но он мог хотя бы обеспокоиться. Нет?

— Это из сферы фантастики, дальше давай.

— Почему это из сферы фантастики?

— Ну хотя бы потому, что я этого не допущу и всегда буду доказывать, что самый лучший для тебя вариант. Что там у тебя ещё на уме, выкладывай.

Ладно, допустим, такой его план меня устроит.

— Из-за меня ты рассорился с семьёй…

— Тут вообще даже не парься. К этому всё шло. Я и без тебя собирался рвать с отцом все отношения. Потом расскажу почему, это нас с тобой не касается. Дальше что?