Цена твоей любви - Ольга Дашкова

Сжав кулаки и стиснув зубы, смотрю на Сергея, тот лежит у моих ног, среди осколков вазы, раскинув руки. Лицо в крови, глаза уже затекли, но он оскаливается, поворачиваясь на бок, сплевывает прямо на пол, садится.

– Думаешь, мне больно? А вот ни хрена, она ведь все равно будет моя, ни чьей-то, а только моей послушной маленькой куколкой.

– Закрой свой поганый рот, пока зубы целы.

– Жаров, не стращай меня, я ведь не боюсь. Ты ничего не сможешь сделать, ты всего лишь безвольный раб Демидовых, я даже рад, что не ношу эту фамилию. Как бы я ни выворачивался, я все равно являюсь отбросом.

Сергей садится, опершись о стену, стирает тыльной стороной ладони капающую с подбородка кровь. Смотрит туда, где у другой стены разгромленной прихожей сидит Регина.

– Не плачь, моя девочка, я спасу тебя от них. От всех этих продажных, гнилых, алчных тварей.

– Ты болен, что такое ты несешь? Не хочу тебя видеть, никогда не подходи больше ко мне и моей семье. Никогда ты слышал меня?!

Регина кричит, лихорадочно стирая с мокрых щек слезы, поднимается, наступает на осколки битой вазы, морщится от боли. Подаю руку, но игнорирует, начинает искать туфли.

Думал, разобью башку этому чертовому извращенцу, когда, зайдя в квартиру, увидел то, как он, придавив Регину к полу, пытается расстегнуть ширинку и изнасиловать ее.

Не мог вновь после сцены в парке не увидеть ее и оставить с такими мыслями. Накрутила себе черте что. Все ведь неслучайно происходит в этой жизни, а я должен знать, где моя девочка, чтоб вот так успеть вовремя.

Сергей смеется, запрокинув голову, не понимаю его веселья, точно ненормальный и всегда был таким, но скрывал, показывая всем маску приветливости, то, какой он идеальный и неоцененный семьей.

– Забери и подавись,– Регина обувается, находит сумочку, бросает в него кольцо, движения резкие.– И чтоб я никогда не видела тебя рядом. Подонок конченный.

Кольцо красиво летит в воздухе, падает, отскакивает от пола несколько раз, кружится, опускаясь среди осколков и брызг крови.

– Какого хрена ты смеешься, падаль?

Не сдерживаюсь, хватаю его за края порванной рубахи.

– А ты что тут забыл, Жаров? Думаешь, она будет с тобой? Что будет в роли любовницы ждать, когда ты с законной женой будешь ждать рождение ребенка?

Что он несет? Не понимаю. Какой ребенок?

– А ты еще не знаешь? А-ха-хах…Вот это неожиданно. Или Диана передумала ставить тебя в известность? А может, пока ты здесь, дома ждет сюрприз?

Позади шаги, хлопает входная дверь, Регина ушла, а я как дурак слушаю бред этого идиота.

– Послушай меня, кусок дерьма, я не буду убивать тебя сейчас и знаю, что пожалею об этом потом. Но предупреждаю: если я увижу тебя рядом с моей женщиной, тебя закопают не в могиле и на кладбище, а в яме и на городской свалке.

Сергей не сопротивляется, уже не улыбается, слушает, а у меня лишь одно желание – догнать Регину. Отпускаю его, быстро выхожу из квартиры, спускаясь по лестнице вниз, игнорируя лифт, на ходу вытирая кровь с рук о брюки.

Во дворе темно, моя девочка стоит у дерева, экран телефона освещает ее заплаканное лицо, но она держится.

– Пойдем, – беру за руку, тяну к своей машине, Регина сопротивляется, вырывается.

– Отпусти, отпусти меня. Я никуда с тобой больше не пойду, не трогай меня!