Дом утех «Соблазн» - Конни Дженс

— Усадьба.

— Он приуменьшает, — с лукавой улыбкой поправил кот. — Это поместье. Вся земля, что можно увидеть с этой точки, принадлежит нам.

— Мне, — поправил Тер. — Твоего здесь ничего нет.

— Не соглашусь. — Он помотал рогатой головой. —

Она — моя. Верно, малышка?

Даже не сразу поняла, что он не шутит, и не смотря на хитрую улыбку, желтые глаза были слишком серьезны.

— Ага, сейчас. Разбежалась. — Я закатила глаза, и сама подползла к моему королю.

— Нет уж. Перебьешься. — И словно ощутив мою волну опасения, Тер обнял меня за плечи рукой и притянул к себе. — Я тебя и так не хило выручила.

— Ну же, цветочек, не будь такой категоричной. — Он чуть потянулся вперед, но заметив, как предупреждающе Тер скрипнул зубами, остановился. — Ты же понимаешь, что я не отстану?

— Мне жаль, но…

— Объясни ей, Тер. Ты же у нас любишь сентиментальности.

— Не отстанет, — с горестным вздохом подтвердил король. — Но твое право посылать его вновь и вновь.

— Упрямый?

— Зацикленный. Будет вьюном увиваться, но не отступится. — Я смотрела, как легонько, но показательно Тар скребет пол когтями и улыбается. Весь его вид кричал о том, что охота началась. Охота на меня.

— Ну уж нет!

— Да-а-а, крошечка! Ты же чувствуешь напряжение между нами. — Он рывком бросился ко мне и остановился лишь в миллиметре, игриво чмокнув меня в губы, как тут же широкая ладонь моего короля оказалась между нами и сжала нахальную морду, откидывая ее назад.

Но кота, казалось, это не печалило. Он своего добился: маленькая, но победа.

— Не переживай, Таша. Он прилипчивый как репей, но без взаимности не посмеет.

— Почему? — спросила я, скорее, чтобы убедиться, что мне действительно ничего не угрожает.

— Без взаимности не то, — Тар чуть поморщился. — Я же похоть, крошка. Я хочу, чтобы меня хотели и хотел я. Но предупреждаю, — он склонил голову, словно перед броском, и сощурил глаза, — только я увижу, что ты не против — в твоей жизни случится самый совершенный секс.

— Хватит тут хвостом крутить!

Стоило произнести эти слова вслух, как на улице что-то громыхнуло, послышался треск и ругань. Вскочив со своих мест, мы бросились на выход. Точнее мужчины бросились, а я висела подмышкой у Тера, который не позволил мне идти самой.

— Где она?! — знакомый рев пронесся над лужайкой перед домом, и к нашим ногам кубарем выкатились Маркус и Люц, не щадя пытаясь начистить друг другу морды.

Этот ком катался из стороны в сторону, кровь брызгами взметалась в воздух, и на кончиках рогов сатира сверкали блестящие молнии.

— Остановите их! — И словно сговорившись, братья бросились разгребать две третьих триумвирата, оставив меня стоять на крыльце. — Вы с ума посходили?!

— Это все ты, цветочек! — Маркус, удерживаемый Тером, поднял на меня горящий взгляд и сплюнул кровавую слюну под ноги. — Это все из-за тебя!

— Заткнись! — проревел Люций, пытаясь вновь броситься на дракона, но Тар на удивление достаточно легко удерживал мужчину, так и не избавившись от своей ехидной улыбки. — Заткнись Маркус! Или я тебя на куски порву!

— Ради нее?! Взгляни! Она просто человек! Слабый и бесполезный!

— Заткнись!

— Это она да?! — Нейзи выскочила из портала и, бросив вопросительный взгляд на Люция, даже не дождавшись ответа, встала на четвереньки и оскалилась, бросившись в мою сторону. — Грязная тварь!

— Не смей трогать мою крошечку! — Тар вырос передо мной стеной и ловко поймал одичавшую девицу за шею, поднимая в воздух и сдавливая пальцы.

— Тар, отпусти ее. Прошу. — Я испуганно прижала ладони к его спине, и кот послушно откинул Нейзи в сторону.

— К крошечке не подходить. — Он обвел всех предупреждающим взглядом, и могу поклясться, если бы у него по-прежнему был хвост, он бы угрожающе стоял трубой.

— Что происходит?

— Это из-за тебя! Из-за тебя, пиявка! Это наш Люций! Мой! — продолжая скалиться, рычала Нейзи.

— Это не она, — немного успокоившись, сказал сатир, оставшись без задерживающего захвата Тара.

— Люций! — восторженный голосок Элизы раздался совсем рядом, и мы все обернулись.

Аларика с детьми вышла из-за кустов, и, заметив сатира, моя девочка, не раздумывая, бросилась к нему в объятия, которые он раскрыл, опустившись на колени.