Подруга моей дочери - Тиана Тесса

— Где ты остановился? — прерываю его монолог. Не хочу и не могу слушать всё это.

— Я сразу поехал по тому адресу, что ты указывала раньше, а оттуда сюда. Получается, пока что нигде, но…

— Проходи, — произношу, ловя удивленный взгляд, тут же поясняю: — Я не могу тебя выгнать ночью на улицу. Но это абсолютно ничего не значит. Завтра утром ты уедешь.

— С… спасибо, — только и произносит Костя, неуверенно входя в квартиру, я закрываю за ним дверь. — Но ты же… выслушаешь меня?

Обернувшись, замираю, глядя прямо в глаза. Понимаю, что слушать ничего не хочу, потому что тогда мне и самой придется объяснять, что я натворила.

— Понял, — поднимает он руки, будто сдается. — Спасибо за гостеприимство, Соня, и спасибо, что не выгнала.

Отправив Костю на кухню, иду в комнату. Всё становится относительно понятно, когда я беру в руки телефон: звук отключён, и я пропустила кучу звонков от Женьки. А еще несколько сообщений, последние из которых идут огромными кричащими буквами:

«Я НЕ ДАВАЛА ЕМУ ТВОЙ АДРЕС!»

Миллион смайлов и просьба позвонить.

— Сонь, ну наконец-то! Все нормально? — тут же спрашивает подруга, когда поднимает трубку.

— Если ты про Костю, то он приехал.

— Он на чай напросился, даже впускать его не хотела, но он слезно умолял, и я решила высказать ему всё, что думаю. Хорошо, папа куда-то свалил. Я вышла буквально на пару минут, а когда вернулась, его и след простыл, зато на столе лежал мой телефон с открытым сообщением от тебя. Где ты написала свой адрес. Прости, Сонь, я такая дура! Простишь?

— Все нормально, Жень, — произношу устало. — Я тебе напишу.

— Может, мне приехать? Если он тебя обижает… Я приеду и отрежу ему всё его естество, чтобы неповадно было!

— В этом нет необходимости, — нахожу в себе силы улыбнуться. Женька хорошая, хоть и взбалмошная. — Приезжай завтра, поболтаем.

Тут же возникает непреодолимое желание спросить, как её отец воспринял новость обо мне, но я, разумеется, молчу. Мы прощаемся, когда Женька берет с меня обещание, чуть что — звонить ей.

Пьём чай мы с Костей в неловком молчании. Будто совсем чужие. И в этом и моя вина тоже.

— Сонь… — тянет Костя, но я его перебиваю.

— Не нужно, Кость.

— Я всё равно должен это сказать. Я не прошу от тебя понимать меня, просто дай мне шанс всё исправить. Знай: я сначала правда на шабашку пошёл, деньги хорошие, работа несложная… ну а потом Вовчик в бар позвал, мол, проставляется. И так несколько раз… ты же знаешь, я не алкаш. Сам не понимаю, как так вышло. И девушка эта, — он морщится, опуская глаза. — Да у нас и было-то разве что по-пьяни.

Забавно, и у нас с Антоном было после значительной дозы алкоголя. Даже вот это простое сравнение отзывается внутри тяжелым чувством. Костя смотрит взглядом побитой собаки, а у меня внутри какая-то странная пустота. Я понимаю, что для девушки, которую предал парень, которой изменил любимый, я веду себя слишком спокойно.

А ещё осознаю, что в отличие от Кости в своих проступках я признаваться не хочу. Потому что не могу, как он сказать: это всё для меня ничего не значит.

Сглотнув, поднимаю на него глаза и говорю:

— Хорошо.

Костя открывает и закрывает рот:

— Что хорошо?

— Я дам нам шанс, но постелю на полу.

