Моя желанная студентка - Майя Чи

Граф

Люди не умеют ценить время: ни свое, ни чужое. Особенно чужое.

Иначе как объяснить то, что едва я вхожу в деканат со стаканчиком кофе в руке, как на меня обрушивается замечательная новость. Я — куратор первокурсников. Это как минимум две лишние пары, а максимум — роль няньки семнадцати оболтусов. Из них, дай бог, двое заинтересуются предметом, и может быть один будет работать по специальности.

Но что больше всего возмущает, так это халатное отношение руководства. Почему бы ответственность не возложить на плечи более опытного педагога? И когда они успели принять решение, если я здесь нахожусь только в третий раз? Было совещание? Или кто-то сверху приказал?

Мое искреннее негодование утопает в патоке, которая льется из уст декана. Откровенное лизоблюдство и даже легкий флирт, угадывающийся в каждом ее движении, раздражает. К счастью, профессор Кутуков, так вовремя зашедший к прекрасной, но уже немного округлившейся с годами, леди, спасает нас от скандала. А ведь я бы его устроил!

Секретарь в приемной передает мне документы, одарив дежурной улыбкой. Я понимаю, что отныне буду обращаться только к ней. Терпеть не могу тех, кто смешивает работу и личную жизнь.

В кафедре я коротко изучаю список студентов, спотыкаясь уже на первой фамилии.

Недоумение и неприятное волнение ведут меня к досье моей подопечной. Хватает одного короткого взгляда на фотографию девушки, и на лбу проступает пот.

— Елена Григорьевна, — обращаюсь я к завкафедрой. — Студентка Валевская Вероника Сергеевна — дочь доктора биологических наук и члена международной ассоциации академических наук, Валевского Сергея Платоновича?

— М? — женщина сначала заинтересованно смотрит на меня, а после, обдумав вопрос, кивает. — Она поступила на бюджетной основе. Красный диплом, внушительный список наград, участница международной олимпиады по биологии, почетное четвертое место — сами понимаете, такие студенты здесь на вес золота.

— Понимаю, — отстраненно говорю ей и возвращаюсь за свой стол. Мысленно же выдаю такую тираду мата, от которой у моих замечательных коллег-женщин завяли бы уши.

Я чуть не трахнул дочь Валевского. Твою ж… ж!

— Станислав, с вами все хорошо? Вы побледнели, — спрашивает секретарь, а я не сразу понимаю, что ее забота адресована мне.

— Все хорошо, — говорю осипшим голосом, прочищаю горло в кулак и собираюсь на пару.

Иду по коридору, несу в руках пиджак и увесистую папку, в которую чего только не напихал второпях, а в мыслях только она — Лиза, оказавшаяся на самом деле Вероникой.

Блять.

Я останавливаюсь у лестницы и едва сдерживаю истерический смех. Красный диплом, семья ученых, докторов наук и… стриптиз клуб? Какого лешего она там оказалась? Администратор говорил, что она танцует только на сцене, но даже если так, в курсе ли родители, чем занимается их дочь по ночам? Или Валевский настолько жаден, что дочери самой приходится зарабатывать себе на хлеб?

У меня появляются вполне оправданные сомнения насчет ее красного диплома. Но как объяснить почетное место на международной олимпиаде? Его-то не купишь. Не с теми связями, которые есть у Валевского — точно.

Вздохнув и успокоившись, я поднимаюсь по лестнице на второй этаж, внутренне готовясь к встрече с малолеткой. Запоздало понимаю, что ей всего девятнадцать лет. И пусть возраст согласия далеко позади, но секс с юными девчонками меня не привлекает.