Даша и Медведь - Анна Владимирова

* * *

Когда Глеб вернулся, я уже приговорила бокал и половину тарелки с мясной нарезкой. И то, и другое немного примирили меня с ситуацией, и я решила не нервировать мужчину-отшельника своими трудностями — сама же отдалась ему в ванной. Главное — выбраться отсюда, а там разберусь, подавать на него в суд или нет.

Только взгляд мне его не понравился.

— Глеб, я только успокоилась. Не молчите. Все плохо? Меня уличили в шпионаже?

— Не похоже, что успокоилась, — подтянул он стул и сел на расстоянии вытянутой руки. Допрашивать меня собрался?

— Мне нужен адвокат?

— Вряд ли он прорвется через медведя, — довольно оскалился Глеб.

— Доставляет удовольствие доводить меня до нервного срыва? — все тяжелее дышала я.

— Я бы соврал, если бы сказал, что нет. Но ты чертовски сексуальна, когда нервничаешь. — Он порассматривал немного мое лицо, довольный эффектом. — Тебе ничего не грозит.

— Кроме незапланированной беременности?

Мужчина медленно моргнул:

— Незапланированная тоже не грозит, — постановил жестко, поднялся и отставил стул, — Даша, у меня есть предложение…

Я съежилась, реагируя на его приближение, и вжалась в спинку стула.

— …Ты сегодня проводишь вечер и ночь со мной.

— Вы имеете в виду с вами, как…

— Как начали, так и продолжим. Я тебя хочу.

Вот что с ним не так? Как он может хотеть незнакомку и так спокойно об этом заявлять? Хотя бесплатно — почему бы и нет? Но, с другой стороны, за таким мужиком должны толпы бегать. А он сидит тут, в лесу.

— Сегодня? Это моя плата за спасение? — завелась я.

— Почему нет? — он опустился на колени, чтобы смотреть мне в глаза. — Ты мне нравишься. Никто еще не врывался ко мне, убегая от медведя и оставляя ему в жертву свою машину… Я впечатлен.

То, что мы поменялись ролями, и теперь он убеждал меня в своих преимуществах, а не я его в своей безобидности, немного расслабило. Но лишь самую малость. Внутри все вопило о том, что этот псих опасен.

— Издеваешься? — дрогнул голос.

— Могу молча вернуть тебя в душ и на свой член.

Улыбке добавилась азартная злость, а у меня глаза расширились от такой наглости:

— Не сильно ли вы торопитесь, Глеб? То, что в пьяном виде я не смогла вам противостоять…

Он одним рывком схватил меня за шею и дернул к себе в руки:

— А ты ни в каком не можешь противостоять, — зло прорычал мне в лицо.

Глаза мужчины завораживали, отшибая стройный ряд противоречий, из которых был соткан этот день и вечер. А губы вдруг так чувствительно прошлись по изгибу шеи, что я дернулась, как от удара током.

— Не надо, Глеб.

Попыталась прийти в себя, упираясь ладонями в его грудь, но тут мужчина прикусил кожу над веной, и я вскрикнула. Таким пламенем лизнуло изнутри, что тело вмиг покрылось испариной, а живот стянуло узлом. Я раскрыла глаза, хватая ртом воздух, но Глеб не собирался мне сочувствовать — украл его остатки, дернув к своим губам, жадно целуя. Подумалось, что он мне подсыпал что-то в вино — не может же быть такого крышесносного эффекта просто так? Ну ладно, не просто так — мужчина на самом деле хорош. Но я же о нем ничего не знаю, а снова готова отдаться — Глеб как раз дернул мои штаны с бельем вниз, разворачивая к себе спиной.

Два вдоха — и он жадно толкается внутрь, сдирая рывком остатки одежды и вынуждая широко раздвинуть ноги. И снова, стоит ему войти до упора, меня скручивает от первого протяжного спазма. Я вцепляюсь пальцами в его колени, пытаясь сжать ноги, но он не дает — раскрывает бедра шире, прижимая к себе и двигаясь все быстрее. Горло пересыхает от хриплого крика. Глеб рычит мне в шею и до боли стискивает грудь через тонкое кружево, а жажда требует не останавливаться. Неважно, что болезненно и дико, все это будто стирает кто-то, заменяя на восторг от его жестких пальцев и властных движений.