Шейд - Лена Хейди

Шейд

Этот таракан нёсся к лесу со скоростью метеорита, я едва за ним поспевал!

Мой зверь ревел в ярости, совершенно не понимая, что вообще происходит, и желая разнести всё на атомы в радиусе королевства.

Почему моя истинная пара убегает от меня куда-то на пауке? Это что, игра такая?

Ох, поймаю - отшлёпаю!

Но сначала надо как-то заловить.

Поднажал, сделал мощный рывок и подбил паука, повалив его на землю, как щенок тефтельку.

Моя пушистая хулиганка скатилась с него кубарем. Чтобы она не ушиблась и приземлилась на что-то мягкое, пришлось нырять на землю, подставляя ей своё тело.

Одна из лапок угодила мне в пах, острые когти оставили несколько глубоких царапин на груди, а слух просто отключился от кошачьего вопля, который вполне мог сойти за оружие массового поражения.

Я реально оглох.

Пользуясь тем, что мой зверь на долю секунды опешил от боли и изумления, я быстро взял над ним контроль и обратился в человека.

Осторожно, но при этом сильно сжав трепыхающееся пушистое тельце, я подмял его под себя, и через секунду в моих объятиях Ксана тоже вернулась в женское обличье.

- Что за паника, котёнок? - пытаясь выровнять сбившееся дыхание, мягко спросил я жену. Голос звучал хрипловато. - Ты же знаешь, что я никогда тебя не обижу!

Обнажённая, раскрасневшаяся, со вздымающейся грудью и сверкающими изумрудными глазами-омутами - Ксана выглядела сейчас невероятно соблазнительно.

Я моментально забыл и про отбитый пах, и про расцарапанную грудь. Регенерация у меня отличная, так что раны затянулись быстро, но аромат крови, который остался на коже -манящий, притягательный - будоражил, сбивал с мыслей. А вид и запах моей женщины, которую я сжимал в своих объятиях, - такой хрупкой и желанной - сводил с ума.

Мой зверь метался внутри меня, и я знал лишь один способ его успокоить.

- Ты... - выдохнула Ксана, но я не дал ей продолжить, накрыв её рот своим.

Я не просто её целовал, а, скорее, клеймил этим ненасытным жгучим поцелуем, заявляя свои права на эту женщину, заставляя её сдаться и подчиниться мне. И, лишь когда её тело послушно обмякло в моих руках, а сладкий юркий язычок начал отвечать моим движениям, я нашёл в себе силы оторваться от неё.

- Син, хватит подглядывать, лысый извращенец! - рявкнул я, оглядываясь по сторонам в поисках паука.

Этот напуганный таракан был обнаружен на ближайшем дереве. Как он туда залез и не сломал своей массой - осталось для меня загадкой.

В панике хлопая глазищами и возмущённо потряхивая хелицерами, он притаился среди ветвей, и по нему было видно, что он мечтает удрать отсюда как можно дальше, но что -то ему не даёт.

- Поставь нам купол невидимости и тишины, Син, живо! - глядя на этого мохнатого чудика в упор, приказал я самому сильному магу планеты.

Паук недовольно поморщился и фыркнул, но всё же махнул лапой, и вокруг меня и Ксаны тут же заискрился едва видимый глазу защитный купол. Последнее, что я от него услышал, было звуком ломающихся ветвей, громкий «шмяк» об землю и панический топот восьми улепётывающих паучьих лап. Ему бы слоном в цирке работать.

- П-почему ты Кузю Сином н-назвал? - отчего-то заикаясь, спросила тихим голоском жена. Испугалась, наверное, бедная, когда с паука падала.

- Так ведь Син его создатель и хозяин. Он им управляет, - пояснил я, удивившись её вопросу. Наверное, всё же умудрилась где-то приложиться головой. - Ты мне лучше объясни, жена моя, с какой это радости ты обернулась прямо на лужайке перед Микаэлем, и зачем ты ласкала этого эльфа? Нашей ночи любви тебе показалось мало? - я начал властно оглаживать её шелковистый животик.

- Микаэль? - почему-то переспросила она, млея под моей рукой. - Красивое имя. Но мне больше нравится Леголас.

- Кто-о-о??? - взревел я. - Какой ещё Леголас? Где этот смертник?

- Э-э-э... Наверное, в Средиземье, - растерянно пожала плечами жена. - Да не волнуйся ты так, Микаэль ведь женат. Не буду я к нему больше приставать. Пусть живёт.

- Не знаю, что это за деревня такая, но обязательно выясню! И я бы уже прикончил Микаэля, не будь он другом твоей матери, - заявил я, наблюдая, как удивлённо приподнимаются брови Ксаны. - Но ты права, пусть живёт. А я, знаешь ли, тоже женат. На тебе! И буду любить тебя так долго и сладко, пока из твоей головы не выветрятся все мысли о других мужчинах!

- Правда? - в её изумрудных глазах светилось изумление.

Она что, сомневается?

Неверие на лице малышки ранило и провоцировало меня доказать ей, что мы пара, что она для меня всё, и я весь принадлежу ей.

Где-то на подсознании крутилась отдалённая мысль, что что-то не так, что всё неправильно, усиливая желание всё исправить, заставить её принять меня окончательно. Я буквально впился в нежные губки, терзая их, наказывая, а потом зализывая и нежа свою сладкую девочку.

Сначала Ксана была напряжена, но быстро поддалась страсти, выгибаясь мне навстречу, прижимаясь голой грудью к моему торсу. Если у меня и были сомнения, то они растворились в её хриплом стоне, в тонких пальчиках, зарывшихся в мои волосы, в нетерпеливом ёрзании её впалого животика по моему каменному стояку.