Куплю твою любовь - Айрин Лакс

Пришлось спешно и довольно грязно завершить одно задание и броситься по следу, чтобы вытащить девочку, пока папаша не поженил моего брата на Проблемной.

Старый хрыч заигрался в божка…

И меня подбил под свои условия, и зад моего младшего брата из числа сексуальных меньшинств решил прикрыть. Решил, что все сойдет ему с рук?

Ни хрена подобного!

Марианна немного успокаивается, прорыдавшись. Теперь бьет меня не так активно, лишь тыкает кулачком в одно и то же самое место, как назло, самое болезненное, и бормочет о своей ненависти ко мне.

Целую ее волосы, ставшие влажными.

— Давай мы двинем дальше, завалимся на снятую мной хату и там поговорим?

— Ты всегда затыкал мне рот! — поднимает зареванные глаза. — Так что это самая дерьмовая и невозможная из твоих идей. Другие имеются? Например, вернуть меня обратно и вернуться к своей женушке?! Яков сказал, что вы единодушно спелись!

— Я спелся?! С кем? С гюрзой? Не смеши. Это вынужденное сотрудничество. Не более того!

— Я ни за что не поверю, что ты к ней ни разу не притронулся!

— И тем не менее это так.

— Но почему? Она же такая красивая и богатая! Под стать тебе…

— И характер у нее, как у осла.

— Исправь. Выколоти из нее дурь, сделай идеальной! — предлагает Мари.

— Зачем? Если у меня есть ты — идеальная.

Пожалуй, это правда. Она идеально несовершенна и на каждый мой пунктик у Мари найдется тысячу противоречий, миллион глупостей и неисчислимое количество слов.

Я даже объяснить не могу, чем она меня так сильно зацепила.

Пожалуй, только собой. Каждым миллиметром кожи, каждым вздохом и сказанным словом, каждым острым, ясным взглядом.

Не оставила мне ни единого шанса, заполнила все мысли и стала тем самым смыслом, ради которого хочется сворачивать горы.

— Можно подумать, что ты считаешь меня идеальной!

— Так и есть.

Марианна скользит по мне оценивающим взглядом.

— У тебя непроницаемое лицо! Я не понимаю твоих эмоций, и ты совсем ничего не говорил раньше. Да и сейчас, — машет ладошкой, вытирает слезы. — Как обычно…

— Не умею говорить о том, что чувствую. Научи меня.

— Я боюсь! — снова начинает реветь, говорит с обидой. — Ты эгоист, а я все-таки беременна. Двойней. У меня не самые лучшие прогнозы, если я стану рисковать. Или в этом и кроется твой умысел, а?

— Прекрати пороть чушь! Вот сейчас реально можешь по заднице отхватить. Я не монстр, Мари. Мне очень жаль, что ты думаешь обо мне настолько плохо. Думаешь, я могу заставить тебя…

Блять, аж дыхание перехватило.

Я отпускаю Проблемную и просто заставляю себя шевелиться.

Каждой клетке тела нужно донести, что нельзя долго оставаться на одном месте, Мари могут хватиться…

Наверное, уже хватились, кинутся к комнате охраны.

Любопытных там будет ждать сюрприз — не функционирующая система видеонаблюдения и вырубленная охрана. Им повезет, если выживут.

— За беременность не переживай. Я о тебе позабочусь.

— Почему это обещание звучит, как кара небесная? Кажется, боженька меня совсем не любит, если проклял тобой.

Она не может перестать болтать всякий вздор.

— Ты боишься?

— Нет.

— Все признаки на лицо, Проблемная.

— Я боюсь не тебя. Я боюсь того, что будет, если я останусь с тобой. Боюсь, что для меня это плохо кончится, а ты просто поправишь свой член в трусах, перешагнешь через меня и пойдешь дальше.

— Такого не будет. Поговорим о другом?

— О чем? Я не знаю, о чем можно с тобой разговаривать! — заламывает пальцы. — Ты вообще никогда не хотел болтать со мной о пустяках. Я не уверена, что даже когда я болтаю, ты меня слушаешь. Вдруг я для тебя как источник белого шума?

— Ты для меня как источник вдохновения.

— Оу, — выдыхает потрясенно, на миг прерывая фонтан своей милой болтовни.

— Ага. Источник вдохновения, как решить проблемы, которых не было в моей жизни до появления в ней тебя. Ты все рушишь, Анна-Мария, привносишь хаос туда, где все было четко и понятно.

— Это не тянет на признание!

— Зато тянет на правду. Я люблю порядок, а ты — мой хаос. Ужасающих размеров хаос.

Смотрю на нее, Мари готова разреветься пуще прежнего.

Скриплю зубами.

— Короче, признания — не мое. Точка. Хватает того, что я тебя забрал. Значит, ты мне нужна. Сойдемся на этом, идет?

— Хам. Грубиянище…

— Согласен. Лучше расскажи мне о том, как ты оставила Дитмара в одних трусах, — не могу сдержать улыбку.

Мне до колик в груди понравилось фото, что Мари отправила с телефона Дитмара на телефон Эда. Откровенно говоря, я ржал до слез.

Такое провернуть…

Горжусь своей Проблемной. Она та еще заноза в заднице!

— В одних трусах? Пусть не врет! Я оставила ему плед! — возмущается. — Фон Говнюк!

Смеюсь.

Забрав ладонь Мари, перетягиваю ее к себе. Присваиваю.

— Хотел бы я на это взглянуть своими глазами.

— Чтобы проверить, вдруг тебе соврали?! — вскидывается Марианна.

— Чтобы рассказывать потом детям, — последнее слово дается с огромным трудом.

Представить, что Мари беременная, получается легко.

Я уже вижу ее, тонкую, как тростинка, но с круглым, как арбуз, животиком. Смешную, еще больше неуклюжую и плаксивую, взрывную…

Опасную, словом. Ведь от мысли о том, как я обнимаю ее сзади, опустив ладони на живот, и трахаю, член становится колом и не опадает.

Однако это лишь начало, да?

Потом живот станет еще больше и больше, пока из Мари не выползут на свет два кричащих младенца.

Почему я уверен, что они будут такие же горлопаны, как их секси-мамочка?!

Два младенца.

Это же не просто две галочки.

Дети.

Семья…

Дом.

В голове не укладывается. Я не могу представить себя папашей.

Как ни старайся, не получается.

Об аборте и речи быть не может. Уже слишком поздно.

Я сам виноват. Дал слабину, повелся на поводу у собственного члена, так вот теперь Проблемная беременна от меня.

Двойня!

Отличный повод для гордости. У любого мужика от важности шишку бы раздуло…

Вот только я этого никогда не хотел. На то есть свои причины, о которых Мари рассказывать не стоит. Нельзя, если быть точным.