Мужья и жены Одиночества - Вера Авалиани

И к концу их беседы Зоя попросила засунуть и в рот и ей пару кусочков курицы. И с радостью их проглотила. Не то лечение подействовало, не то уж очень аппетитно уплетал куриную ножку (уже вторую) Ромео. Да и хорош был парень — глаза веселые и наглые, волосы густые пегие и лохматые. Среднего роста, но «обаяшка».

Словом, терапия курицей возродила не только аппетит, но и чувства у обеих залежавшихся в постели девушек. И чтобы поддержать беседу и продолжить знакомство Зоя сказала, что у них в подъезде очень многие живут в одиночестве. А дом престижный. И под этим «соусом» продиктовала Грегорину свой телефон. Мол, приходи, с целевой аудиторией познакомлю. Все же он Ромео!

Но появление этого любителя ножек куриных и женских в палате своей коллеги-социолога обусловлена была корыстным интересом. Ему нужны были телефоны и адреса тех россиянок, на которых не женились. Чтобы выяснить кто этого не сделал и почему.

Некоторое время назад российский председатель общественного комитета по вопросам семьи и брака услышал на телеканале РенТВ слова ведущего какой-то программы о том, что все меньше стало появляться на свет людей европейских национальностей, потому что слишком многие из голубоглазых блондинок и зеленоглазых русых просто решили жить для себя.

И деятель выступил перед сенатом с этой темой — надо поддерживать национальную структуру в том числе и скрепляя ее людьми с общей внешностью, чтобы сохранять в мире равновесие рас. И его поддержали большинством голосов.

И жил до того, как построил себе особняк на рублевке год назад председатель этого комитета в том же доме, где Зоя и все остальные обозначенные холостяки и холостячки. И поэтому обратился к Майклу, чтобы тот подобрал человека для организации нового дела из числа мировых ученых. Ведь число европеоидов стремительно уменьшается во всем мире, а не только в России.

И тут появляется третий персонаж с комическим именем, но потрясающей внешностью — Ромео Грегорин! И вот теперь Зоя назвала Майкла в числе холостяков, живущих в том доме, откуда она сама. Ну не судьба ли?!

Ромео всегда думал, что родители ему горько «подсиропили» жизнь из-за своей любви к древнему Риму. Ведь оба они были не просто преподавателями истории, а докторами наук.

И сразу с начала перестройки укатили жить в Европу, а потом попали и в США, в русский отдел. И вот, когда ему уже почти 37 лет, он уже пожил в трех странах Евросоюза и в Канаде, его резюме пригодилось на исторической родине.

Кстати, Россию он не покидал, поскольку везде ему было скучно по сравнению с Москвой. Это был его город. Его третий Рим. Хотя выглядел он при этом, как типичный итальянец — крупные спутанные кудри, тонкий, но довольно большой нос и очень вытянутая фигура с широкими плечами.

Да, кстати, женился он уже два раза и оба… удачно. Но вот уже нашел третью даму сердца — еще лучше прежних. Не может же он не понимать, что на его пути в конечном итоге может встретиться Соверршенство? И Синтия — она как раз такая. Но в Россию с ним ехать отказалась — не декабристка.

И со второй супругой Ромео подал на развод, а с Синтией обручился. Оставлял он своих бывших женщин неизменно в шелках и слезах. Считал их жертвами своего эстетического поиска. Но в душе он боялся, что «довыбирается» и останется один из-за того, что не может остановиться на ком-то раз и навсегда. Вон отец — одна жена и одна любовница всю жизнь. Но параллельно.

Ромео и самому захотелось исследовать проблемы одиночества бывших соотечественников. Это странно: не жениться, имея вокруг самых официально признанных красавиц! Ведь очень многим из молодых людей при разводе и терять-то нечего в смысле раздела имущества? Так в чем дело — сходи в ЗАГС. Но нет, избаловали их.

Ромео попросил Майкла найти ему и квартиру в Москве, раз он нашел ему работу тут. И тот, не долго думая, посоветовал попроситься жить к Михаилу — у того «двушка», и он девок домой не водит, хоть и не педик. В отличие от самого Майка, который «отрывался» по выходным с кем-нибудь, кого удавалось «уболтать» в клубешнике. Но Михаил переправил его к Наталье Борисовне — она готовит вкусно, да и плата за комнату пенсионерке не помешает.

Так что адрес, по которому жила Зоя был и его адресом тоже. Правда, с позавчерашнего дня. Раньше он платил за гостиницу.

Таня же Беккер, которая приехала в Москву три недели назад сразу устроилась жить подальше от центра. И напрасно. В спальных районах большая потребность образовывать семьи, чем у самодовольных и самодостаточных жителей старого центра или динамичных обитателей небоскребов на Юго-Западе. И она почувствовали весь ужас московских «пробок» и кинулась в тесные объятия пассажиров метро. Но потом все же, познакомившись с мраморной дистрофичной Зоей стала искать жилье в ее высотном доме. А пока Таню Зоя взяла на время к себе домой. Ведь Грегорин буквально сразу после той роковой жирной курицы, которую все трое съели на брудершафт стал откровенно проситься к ней в «койку».

Зоя не любила все эти «трахи» — они ее утомляли чрезвычайно, оставляли красное раздражение на коже от модной небритости фотографов и спонсоров, и никакого особого удовольствия не доставляли. И, кроме того, чтобы иметь работу, она должна была с ними спать. Так что постоянный раздражитель в качестве мужа или бойфренда ей ни к чему.

Жилось Ромео у толстой соседки Натальи Борисовны Катаржаниной — в одной из ее трех комнат в квартире закрывающейся дверью довольно грязно, но очень сытно. И это его устраивало. Так что в душе он был даже рад, что изнеженная дистрофичка отказалась от его предложения поселиться у нее.

Нравиться Зоя ему нравилась, но почему-то не возбуждала. Возникало опасение при мысли о сексе удариться о кости ее таза. Глядя на нее он, кстати, и понял почему так называется часть фигуры ниже пояса — тазом — максимальный провал кожи до позвоночника в этом месте и вправду напоминал бытовой тазик. Правда, в Зоином случае такой маленький, что разве что носки можно постирать в нем.

А с Натальей Борисовной ни в чем не надо было напрягаться. Она не строила никаких планов в отношении красавчика. У него был