30 лет до нашей встречи - Игорь Викторович Бажан

Я вспомнила ночи с бабулей, ходящих рядом душ, не окончивших своих дел, кучу сущностей, постоянно о чем-то просящих, всех домовых и недавно умерших…

Но больше меня пугали мысли, мысли мужчин и картинки, мелькающие абсолютно у всех.

– Ксеня, закрой. Пусть будет в 55 лет – это так много! И пусть я про всех забуду!

Глава 7. Слушайте своих детей

Педофил. Да, сосед дядя Миша был – заядлый педофил. Матерый, со стажем. Самой положительной наружности. Он великолепно знал, как себя вести с девочками… Не удивляйтесь, именно с девочками. Вы думаете, я была одна? Когда придет время, я расскажу результаты моего расследования по нему. Гнида.

Вы думаете, педофилия не коснется Вашего ребенка? Это где-то там…далеко… и «они сами виноваты»? Как бы не так – виноваты только ВЫ – родители.

Дети не имеют опыта, от слова «совсем». Я тогда даже и помыслить не могла, что этот Педофил хочет (простите, называть его больше по имени нет сил). Ведь Ксеня у меня стерла все воспоминания об «автобусе» и о летнем отпуске с ней на море – тоже. Остались только наше с Ксеней фото, которое я не так давно нашла. Я забыла те мерзкие картинки, которые видела в головах у мужчин. Совсем. Ведь понятия «гендерные отношения» и «табу» у 5-6 летнего ребенка – отсутствуют. А Педофил – это как раз обычно тот, кто к ребенку наиболее близко – брат старший, дядя, сосед, старший племянник – те, на кого вроде можно и оставить ребенка, пока мамаша сбегает в магазин. А педофилу много времени надо, чтобы изнасиловать или применить какие либо действия– у него есть главный «плюс» – доверие Вашего ребенка.

А пока, чтобы предупредить ВСЕХ мам – я расскажу, к чему прислушиваться.

Мама, ну почему ты так легкомысленно отнеслась к моим словам? Знаешь, как тяжело было вообще найти эти слова в детстве, для объяснения его аккуратных поползновений день за днем… Потихонечку, каждый раз пробовал что-то новое и вовлекал меня в это в форме игры.

– Мама, а дядя Миша снял сам с меня колготки и задел…ммм… ну задел.

– Ну и чо? Ведь это ты сама в лужу-то наступила, что ходить с мокрыми ногами что ли? Или колготки через голову снимать? Не чуди…

– А дядя Миша еще меня вчера по попе хлопал… много раз и потом гладил.

– Ну так не трогай чужого и хлопать не будет… Скажи спасибо, что вообще соглашается с тобой сидеть, пока место в саду не дали. Хватит фигню молоть.

– Тебе показалось, ты врешь, не придумывай… фантазерка, тебе верить – себе не доверять…

Вот такое я слышала все полгода от своей родной мамы. Ну как я еще могла сказать о том что он со мной делает? Если я еще даже слов таких не знала? И названий действиям.

Зато с мамой он был залихватский сосед! Шутил, смеялся, угощал ее чем-нибудь и всегда говорил:

– Танечка, Вы не стесняйтесь, приводите Ларочку чаще, мне хоть не так скучно.

Думаете, я по-другому не пробовала до нее донести? Я рисовала 1 мужскую абсолютно голую фигуру, со всеми физиологическими подробностями и растительностями и рядом себя и «диалоговый шар» как из комиксов рядом с надписью:

– «А потрогай меня «там» – от лица мужчины.

Вы думаете, мама поняла? Ага, она просто сказала папе, что бы он голый ночью из ванны до комнаты не ходил, а то, видите ли, я увидела его и нарисовала вот такое безобразие. Я не знала, как еще донести до нее и решила по-другому – значит, мама знает, что он делает со мной, а может так со всеми? Может всех так обучают девочек в детстве?

На этом мои детские мозги успокоились и стали принимать жизнь как есть, но жаловаться маме я перестала, впрочем, как и доверять ей. А на следующей неделе мама привезла на Север моего брата.

Глава 8. Толстеть специально

Брат младше меня на 3 года. Иван. И я его ненавижу… Мама постоянно с ним возится, сюсюкает, целует, а на меня не обращает внимания, а то и того хлеще – «ну ты же старше, ты должна уступать»! Да с какого такого фига-то? Это моя вещь, и я ее не отдам.

И вот уже понеслась орущее-визжаще-кричащая «колбаса» по кухне-коридору-комнате.

«Бабах», «дзинь», «ааааааааааааа», у меня кровь бежит, я вписалась лобешником в стекло, а осколками осыпало брата – и мама несется к нему, целует брата в попу, а меня отправляет  в угол, даже не удостоверившись, что со мной все в порядке и я полчаса стою в луже крови. Как таковой, вид крови меня никогда не пугал, вообще. Да и крови я не боюсь.

Хотя есть в моей головушке странное воспоминание – мне еще очень мало лет и я с легкостью вижу над собой внутреннюю часть стола, снизу. Болтики и какие-то металлические «бабочки» на торчащих стержнях из углов. Стол. Внизу перекладина, я уцепилась за нее руками. С края стола капает еще свежая кровь. Свиная. Это папа принес и кинул на стол мясо. Я не вижу родителей, но слышу, как они ругаются (мать у меня страшная матершиница и честно говоря, хабалка еще та, склочная).

– Ну и на какой … хуй… ты ее приволок, у нас холодильника же нет, а тут еще и пробки повыбивало, нет, чтобы подумать, как я буду с дитем в такой холодине выходить и печку топить? А ты ногу целую свиную приволок! Что мне с ней делать теперь? У нас и свечи сейчас закончатся, ты их купил? Сколько раз тебе можно повторять…….

Я это слышу из-под стола, а с краю медленно капает кровь. Кап…кап…кап…кап. И теперь, когда моя жизнь очередной раз делает «финт ушами» я во сне перед большими переменами вижу эту картинку – капающая кровь и фоном ругань родителей при горящих свечах.

Я много раз от матери слышала – «я вообще не хотела тебя рожать, но я буквально залетела с первого раза и вообще я не планировала так рано, я хотела в Институт культуры поступать или в крайний случай в Культ-просвет-училище, а тут ты!» … ну и такое прочее.

Я была нежеланным ребенком. А брат планируемым – любимым сыночком.

Сколько раз я ловила себя на мысли, уж лучше бы меня не было, что я никому не нужна кроме папы и,