Беременность на сдачу - Адалин Черно

Я наспех принимаю душ, после чего забираюсь в кровать и решаю поспать. Меня клонит в сон практически ежедневно и в последнее время я едва ли могу бороться с этим желанием организма. Малыши внутри толкаются так, что иногда я едва сдерживаюсь, чтобы не стонать. У меня уже двадцать пять недель. Живот растет не по дням, а по часам.

И я жутко переживаю из-за родов, потому что хоть Матвей и молчит, но мне нужно носить малышей подольше. Желательно, недель, до тридцати восьми, а лучше сорока, чтобы оба ребенка сформировались. Я переживаю, что роды начнутся преждевременно и я потеряю малыша от Матвея. Я не хочу этого, особенно после того, как он сказал, что знает, каково это — потерять ребенка.

Света приезжает вечером, когда я выспавшаяся поглощаю ужин. Я быстро бросаю еду и бегу открывать, провожу подругу на кухню и спрашиваю:

— Будешь что-то?

— Нет, спасибо, — подруга залезает на высокий стул и располагает руки на барной стойке. Я сажусь рядом и доедаю свой ужин. — Куда в тебя влезает! — удивляется Светка.

Я отшучиваюсь, что просто дети требуют все больше и больше, а сама думаю о том, что мы так и не поговорили о ней. После свадьбы с утра у меня было не то настроение, чтобы разговаривать. Я вообще была подавленной и расстроенной, не хотела никого видеть. И вот сейчас думаю о том, как Света себя чувствует.

— Ты общаешься с Ирой? — спрашиваю у подруги, всматриваясь в ее лицо.

Она немного напрягается, но после пожимает плечами и говорит:

— Да, по телефону. Она позвонила, попросила прощения и сказала, что хочет встретиться, но я ответила, что у меня нет времени. Не хочу ее видеть пока что.

— У тебя кто-то есть? — догадываюсь по легкой полуулыбке подруги.

Она кивает и улыбается уже шире, а после закатывает глаза и говорит:

— Слушай.

Света рассказывает, что познакомилась с одним мужчиной. Он успешный фотограф, работает в известном модном журнале и у них уже было несколько свиданий.

— И? — допытываюсь я. — Скажи, что он тебе нравится.

— Безумно, — без запинки отвечает подруга. — Он классный, но я переживаю. Не знаю, как ему сказать ему о том, что я, возможно, не смогу иметь детей.

Я хочу что-то сказать, чтобы поддержать ее, разубедить в этом, но мужской голос с порога опережает меня:

— Ты сможешь иметь детей, — уверенно говорит он. — Не знаю, кто вбил тебе в голову то, что ты бесплодна, но выбрось это из головы.

— Я проходила обследования, — упрямо заявляет Света, а я сижу у стойки, со страхом ожидая словесную перепалку, которой, к счастью, не происходит.

— Приходи ко мне в клинику. Завтра в десять. Я проведу тебе обследование. Сделаю УЗИ и осмотр. У тебя нет диагноза бесплодие. Вероника, — он обращается уже ко мне, — придите с ней вместе, у тебя назначено на десять.

Я успеваю только кивнуть, прежде чем Матвей уходит, прикрывая за собой дверь. Я хочу его ненавидеть, но пока подавляю в себе ту тягу, которую испытываю каждый раз при вот таких поступках. Я не знаю что руководило им, когда он грозил забрать ребенка, не знаю, кто составлял ему наш договор, но Матвей, который заботится о Свете, который готов провести обследование только чтобы убедить ее в отсутствии бесплодия просто не может быть тем же мужчиной.

— Я боюсь, — как сквозь туман слышу голос подруги. — Что если…

— Все будет нормально, — говорю я, убеждая, скорее, себя, нежели ее. — Посмотрим фильм? — предлагаю я, чтобы отвлечься, чтобы не думать о том, почему… почему и зачем Матвей все это делает.

