Улей - Елена Тодорова

Они молчат, не проронив ни слова, даже час спустя. В номере отеля. Дашка, застрявшая в гуще плавящего мозги напряжения, заторможенно таращит глаза из стороны в сторону. Ее до ужаса пугает парень в татуировках и ссадинах. Он не двигается. Подпирает стену и неотрывно наблюдает за вальяжно-развалившейся на единственной в номере кровати Евой. А та манерно сдувает пылинки со своей шелковой сиреневой пижамы и, выказывая Титову полное пренебрежение, смотрит телевизор.

У Захарченко складывается стойкое ощущение, что если бы не ее надоедливая фигура, окаменевшая в кресле, Адам бы Еву изнасиловал. Он ведь даже не пытается скрыть страстного возбуждения в своем взгляде. Напротив, всем своим видом демонстрирует. Вот-вот и, будто голодный зверь, бросится на вожделенную добычу.

— Что за ересь? — от звука грубого голоса Титова Дарья едва не выпадает из кресла. — Какое замужество? Как тебе это в голову пришло?

Ева поворачивается к нему неторопливо, явно намереваясь пощекотать ему нервы.

— А что? — иронично приподнимает бровь. — Беспокоит такая перспектива?

— Удивляет, Исаева. Ну, какая из тебя жена?

Девушка кривляется и, дергая плечами, ерзает на подушках.

— Тоже мне эксперт нашелся, — а сама-то и слов подобрать не может, чтобы сказать что-то соответствующее для готовящейся к замужеству девушки. Не владеет даже теорией и выпаливает откровенную глупость. — Самая обыкновенная.

— И кто же «счастливчик»? Я знаю его?

— Какая разница?

— Да потому что, мать твою, ты это придумала!

— Не придумала, — робко вмешивается Даша, и Исаева с Титовым, явно забывшие к тому моменту о ее присутствии, резко обращают к ней взгляды. — Это решение Павла Алексеевича.

— Я не обязана ему что-то доказывать! — взрывается Ева.

Адам смеется, но без всякого веселья. С непонятной злостью и едким сарказмом.

— Так получается, тебя нужно спасать из башни дракона, Исаева? — яростно выпаливает он. — За этим ко мне ходишь? Этого от меня добываешься?

Испытывает ненормальный восторг, когда Ева мягко спрыгивает с кровати на пол и пружинистой походкой к нему подбирается. Щурит глаза. Останавливается на расстоянии полуметра, обволакивая Титова знакомой пьянящей дымкой.

— Спроси меня, Адам, чего я хочу.

Он облизывает губы и, слегка закидывая голову назад, пронзает ее бесстыдным взглядом.

— Чего ты хочешь, Исаева?

— Я хочу перекачать твою кровь в свои вены. Я хочу часть тебя внутри себя. Твою силу, Адам.

Он отвечает ей, даже глазом не моргнув.

— Моя кровь не приживется в тебе, Эва. Ты не сможешь принять меня.

— Ты напрасно так считаешь.

Кровь пульсирует по венам Титова, словно разгоряченная лава. И ударяет в голову, как алкоголь.

Алчная улыбка и вызывающе сладострастный взгляд преображают лицо Евы. Она становится, как никогда, дьявольски прекрасной.

«Расчетливая гадина!»

Гневно закусывая губу, Адам выдыхает через нос. Хватая девушку за затылок, прижимается лицом к лицу.

Глаза в глаза.

— Ты такая, мать твою, лживая, Ева. Такая фальшивая.

— И что с того, Адам? — ехидно смеется девушка. Двигая головой из стороны в сторону, умышленно задевает его сжатые губы своими. — Что с того, а? — обжигает дыханием.

— Что с того? — рычит Титов. — Ты заслуживаешь все то, что с тобой происходит. Все!

Он не только видит, еще и чувствует, как Исаева вздрагивает. Ее грудь в несколько неровных этапов приподнимается и опускается. А лицо искажается яростью.

Звонкая пощечина рассекает воздух, но Адам едва чувствует причиненную ею боль. Неистово бесится.

— Не тебе судить, Титов! Не тебе! Ты сам монстр, снискавший ненависть близких и жалкое существование в одиночестве.

Эти слова уж точно лишние. Такого нельзя произносить вслух. Но они же безголовые. Считают, им все можно.

— Прекратите! — испуганно кричит Даша, когда Адам хватает Еву за шею и толкает ее к стене. Не душит, но успешно блокирует удары и притискивает всем своим телом. — Прекратите сейчас же! Адам… — Исаева в соотношении с ним настолько маленькая и хрупкая, что Захарченко серьезно волнуется о том, что Титов ей подобным образом попросту сломает кости. — Адам, пожалуйста… Пожалуйста, я прошу тебя…