Отравленные страстью - Анжелина Блэк

Не обращая на них внимания, Кэймрон замер, отыскивая подходящее место для Яффы. Девушка в синей маске, идущая следом за ним, взмахом руки скинула все предметы с дубового стола, и ткнула в него пальцем:

— Клади ее сюда. Позовите Флоретт! Села, принеси чистую ткань и горячую воду. Черт побери, и Софи нет!

— Анхель, что происходит? — взволнованно спросила спускающаяся со второго этажа волшебница в голубом платье.

Анхель? Кэймрон искоса глянул на девушку в маске. Это и есть королева волшебниц, которую боится половина алвианцев?

Хрупкая, едва достающая ему до плеча, Анхель была до того худой, что казалась изможденной.

И это она могла поставить зрелого ликана на колени щелчком пальцев?

В следующее мгновение Анхель махнула второй рукой, и дубовый стол, весящий пару десятков килограмм, поднялся в воздух, пролетел пару метров, и с грохотом приземлился на четыре ножки прямо возле Кэймрона.

Даллоу быстро положил на него Яффу, аккуратно придержав ей голову. Что же, теперь понятно. Телекинез — вот какая сила сделала Анхель такой могущественной.

Его руки были испачканы в крови Яффы, и он уже чувствовал знакомое покалывание. Еще максимум минута — и он скорчится от боли, рухнет на пол, став беззащитным прямо перед той, что ненавидела всех вампиров без исключения.

Да и насрать.

Не боясь еще больше испачкаться, Кэймрон убрал остатки одежды Яффы, оголяя три глубокие царапины. Кожа вокруг них покраснела, а кровь стала черной.

Плохо, очень плохо.

Села притащила чистую ткань и таз с горячей водой. Используя телекинез, чтобы не касаться отравленной крови, Анхель быстро вытерла бок Яффы, и уставилась на раны поближе.

— Бист Вилах? — нервно спросила.

Кэймрон кивнул. Какого хрена они стоят и ничего не делают?

— Вы собираетесь что-то делать? Надо вколоть ей обезболивающее и зашить рану. Черт возьми, она может умереть!

Если они ничего не сделают в ближайшие пару секунд, он заберет Яффу и отправится в больницу, напугав врачей.

Анхель поджала губы, и устало ответила:

— Когти Бист Вилаха покрыты ядом. Она не умирает, пиявка. Она превращается.

Что? В кого?

Пару мгновений Кэймрон смотрел на бледное лицо своей невесты. Что еще за превращения?

— Ты совсем тупой? — рявкнула королева. — Она превращается в такое же чудовище, как и то, что ее заразило!

Нет.

Этого не может быть.

Невозможно.

Кэймрон только что нашел свою пару, несколько раз спас ее от смерти, несколько раз чуть сам не погиб от ее крови, а теперь ему говорят, что скоро она станет чудовищем, жаждущем жрать человеческое мясо?

— Если бы Софи была здесь, она могла попытаться исправить ситуацию. Но ее забрал король крылатых демонов. Мне жаль, — добавила Анхель.

— Жаль? Тебе жаль?! — взорвался Кэймрон. — Какого хрена? Ты же их королева! Должен быть способ остановить эту отраву! Я не дам ей умереть, и стать монстром тоже не дам!

Он повернулся к стоящим молча волшебницам, окружившим их полукругом.

— Пошли вы все на хрен, — заорал он. — Чертовы суки!

Кэймрон сделал шаг к Яффе, намереваясь забрать свою невесту из этого проклятого замка, как пол внезапно завибрировал. Волшебницы заволновались, переглядываясь между собой, и в главные ворота влетела девушка с криком:

— Огненные демоны за воротами! Они хотят напасть!

— Бастиан, — процедила сквозь зубы королева. — Все, кто не может сражаться — вниз!

Поднялась суматоха. Большая часть волшебниц устремилась вглубь замка, немногие — из него, собираясь защищать свой дом.

Кэймрон переместился на второй этаж, к двустворчатому окну, чтобы оценить масштаб катастрофы.

Прямо перед замком стояла целая армия. Несколько десятков тысяч огненных демонов. Впереди всех — их король, Бастиан Яростный, в полном боевом снаряжении, включающем огромный топор и палицу с шипами.

Решено. Он забирает Яффу и сваливает отсюда. Пусть ее чокнутая королева сама разбирается с демоном, которому перевалило за сотню веков.

Кэймрон понимал, что волшебницы проиграют эту битву. Но ему было наплевать на Хэйвен и его обитателей. Главное — чтобы его невеста осталась жива.

***

Анхель нервно выдохнула, ощущая, как сила внутри нее рвется наружу. Сейчас… Еще немного — и она сотрет всю эту армию с лица Земли, вместе с самодовольной рожей Бастиана.

Король Огненных Демонов стоял впереди своих подчиненных, ничего не боясь. Анхель знала, что и в бой он обычно вступает первым.

А еще у него не было ни одного поражения.

Что ж, все когда-то бывает впервые, не так ли?

Тихий хрип сзади заставил Анхель обернуться. Яффе становилось хуже — ее грудная клетка вздымалась все реже, а дыхание омрачалось присвистом. Ее превращение в монстра — лишь вопрос времени.

Со второго этажа вернулся вампир, принесший Яффу. Его лицо исказилось в мрачной решимости, когда он шагнул вперед и аккуратно подхватил волшебницу на руки. Анхель мельком взглянула на его ладони, покрытые уже засохшей кровью.

Вампир не сможет даже переместиться. Скоро он рухнет на пол, корчась от боли. Повезет, если выживет.

Когда Анхель взошла на престол, став королевой, она поклялась сделать все, чтобы защитить своих подданных. Как итог — бедная Софи в лапах Финниана, Глафира неизвестно где, а Яффа медленно умирает. Ибо то, что ее ждет — хуже смерти.

От яда Биста Вилаха нет спасения. Мельчайшие частицы, должно быть, уже распространились в ране, и избавиться от них нет возможности. Была бы это рука или нога, они могли бы отсечь пораженную конечность.

И лекарства от яда не было. Иронично, что именно Яффа с ее отравленной кровью стала жертвой.

Лекарство…

Анхель бросила взгляд за ворота, туда, где в нетерпении переминались с ноги на ногу сотни демонов. Эш-Дезерт — так называлось родное измерение Бастиана, хранило в себе не только массу вулканов и пустынь, состоящих из пепла, но и мистический огонь. Говорили, что он очищает все, с чем соприкасается.

Возможно, он сможет очистить кровь Яффы от яда?

Вампир зашипел от боли, беря волшебницу на руки. Покачнулся, но выстоял, прижимая к себе свою ношу.

Когда он смотрел на нее, лицо пиявки озарялось любовью.

Анхель стиснула зубы, отрывисто бросила:

— Стой на месте, кровосос. Возможно, я знаю, как спасти Яффи. Но для этого мне нужно кое с кем поговорить.

Кэймрон отреагировал немедленно:

— Тогда почему ты еще стоишь здесь?