(Не)строго бизнес - Алекс Джиллиан

Адриан

Поднимаясь в апартаменты, я выбрасываю все мысли о Джен Уэбстер из своей головы. Я разберусь с ней позже. Вопрос времени. Она всего лишь женщина, жаждущая возмездия, самонадеянная, эгоистичная и по-своему слабая. Джен мне не конкурент и никогда им не была, иначе я бы не победил так легко и просто. Мне и воевать-то толком не пришлось. Она всё сама сделала, а я воспользовался ситуацией. Если быть до конца откровенным, то мне не трудно отойти в сторону и дать «Уэбстер Корп» восстать из пепла, но я этого не сделаю. Не из принципа, а потому что знаю, что Джен не остановится и будет требовать новых поблажек, используя нарытый на меня компромат. Я бы на нее месте, поступил точно так же. Это большой бизнес, и он диктует свои правила, не всегда честные, не всегда чистые. Мутное, грязное болото, где способны выживать только аллигаторы.

Первое, что бросается в глаза, когда я вхожу в апартаменты, черные лодочки Гордеевой на высокой шпильке, оставленные в прихожей. Не знаю, что она со мной сделала, но меня даже обувь ее возбуждает. Вроде раньше не замечал за собой склонностью к фетишизму. Но… С Гордеевой все впервые. Наверное, этим она меня и взяла. Выбила из сценария, спутала к чертям все карты, десятки раз заставила импровизировать. Занятная девчонка, дерзкая и уязвимая. Неглупая, предприимчивая и перспективная, но сложные стратегии строить ей пока рано. Не всему можно научиться с опытом. Увы, но Эмилии Гордеевой никогда не стать аллигатором. Как бы она не старалась, маленькая юркая тигровая акула в грязном болоте не выживет.

Заглянув пустую гостиную, я отправляюсь в спальню, где меня упорно никто не ждет. В душевой шумит вода. На постели разложена шелковая пижама. Очередное нарушенное правило. Я в принципе и не надеялся на ужин при свечах и голую красавицу в джакузи, встречающую меня обожающей улыбкой. Тот, кто придумал миф о доступности русских женщин, не имел дела с Эмилией Гордеевой. Она точно не станет поднимать мне настроение в обмен на бонусы в виде дорогих побрякушек или новой машины. Чтобы купить ее, мне пришлось забрать у нее всё, но даже обещанный полный доступ – всего лишь иллюзия. Я могу вернуть всё обратно, заплатить сверху, но никогда не получу то, что мне нужно. Мои методы бессильны в нашей странной игре, в правилах которой мы запутались сами.

Полностью раздевшись, я захожу в ванную комнату, которая оказалась не закрыта изнутри. Случайно или меня все-таки ждали? Хотя какая к черту разница, я нахожусь на своей территории и Эмилия тоже – моя территория.

В воздухе стоит цитрусовый аромат грейпфрута, клубы пара поднимаются к потолку. Несколько мучительных секунд смотрю на очертания стройного тела за запотевшим стеклом душевой кабинки, сражаясь с внутренним порывом взять гордячку быстро и жестко. Это весьма сложная задача, у меня встает от одного мысленного упоминания ее имени, и сейчас я в шаге от того, чтобы наброситься на Эм, как первобытный дикарь, вдавить в стену, прогнуть под себя и вставить по самые яйца, сжимая в ладонях идеальные груди, долбиться в нее до гортанных стонов и охрипших криков. Она не стала бы сопротивляться, и мы оба получили бы удовольствие, но трахать только ее тело мне недостаточно. Я хочу ее всю.

Эмилия стоит спиной ко мне, намыливая шампунем длинные темные локоны. Самое возбуждающее и эротическое зрелище в моей жизни, изощренная пытка, вызывающая нездоровую зависимость.

Это удивительно, но она бросает мне вызов, даже когда не видит меня. И я его принимаю. Каждый раз. Кайфуя, как мазохист, от каждого сумасшедшего мгновения наших физических и моральных сражений.

Струи воды стекают по бархатистой коже пенными разводами, и я спускаюсь за ними жадным взглядом. Тонкая талия, выступающие лопатки, упругие ягодицы и бесконечные ноги. Потрясающая фигура, без единого изъяна, или я настолько предвзят, что вижу в Эмилии Гордеевой одни сплошные достоинства? Даже бунтарский характер, зашкаливающая гордость и упрямство действуют на меня, как возбуждающий афродизиак, а не раздражающий фактор. Решительно отдвигая стеклянную створку, я забираюсь в просторную кабинку и закрываю нас прежде, чем Эмилия успевает возмутиться нежданному вторжению. Обхватываю ладонями хрупкую талию и прижимаюсь сзади, с наслаждением втягивая цитрусовый аромат шампуня и морские нотки геля для душа. Эм застывает в моих руках, покрываясь мурашками, как от озноба, хотя на нас со всех сторон бьют обжигающие струйки воды. Я накрываю упругие полушария грудей, поддразнивая пальцами мгновенно затвердевшие соски, вдавливаю каменный стояк в ее поясницу, срывая с губ приглушенный всхлип.

– Адриан, я уже закончила, – бормочет она, упираясь ладонями в стену и пытаясь развернуться, но я держу ее крепко, не позволяя шевельнуться.

– Врешь, детка, – смеюсь я. – Кончать вместе будем, – Наклонив голову, целую чувствительную нежную кожу за ушком, прихватываю губами мочку, с удовольствием слизывая теплые капли. Мягко массирую втянутый плоский живот, уверенно спускаясь к местечку между ног. Эмили сжимает бедра, пытаясь перекрыть мне путь, но мои пальцы уже достигли цели. Несколько круговых движений по чувствительному узелку плоти, новый судорожный стон и я нагло скольжу двумя пальцами внутрь.