Любовь, которой не было - Ая Кучер

– У меня не было отношений, с рождением Марка стало не до этого.

Удивительным образом, но меня совершенно не обижает рассказ мужчин. Может, будь мне восемнадцать, я бы ещё оскорбилась, затаила обиду. Но их честность лучше выдуманных историй. Даже если бы они изначально не собирались меня искать, всё равно бы не устраивала истерику.

А сейчас, когда Алекс поглаживает кожу под грудью горячими пальцами, совсем не хочется бежать. Мне тепло и хорошо. И вопрос, который мучал столько времени, отпускает.

И чуточку приятно, что они помнили.

– Мы такие идиоты, принцесс, - Сэм тушит сигарету в пепельнице и возвращается к дивану. Забрасывает мои ноги на себя, поглаживая щиколотку. А меня снова топит жаром. – Но вы выглядели, как пара. Или это был как раз тот парень, который стал отцом Марку?

– Не он, это точно. Но, наверное, хорошо, что вы не подошли. Я бы тогда точно ни на что не согласилась.

– Тебя и сейчас пришлось уговаривать. Тянулась к нам, а при этом посылала далеко.

– Я не посылала! Ну, немножко.

– Немножко?

Алекс смеётся и втягивает кожу на ключице. Боюсь представить, во что превратится моя шея к завтрашнему утру. И как много тоналки мне понадобится. Но мне нравится. Особенно когда мужчина едва задевает соски, продолжая свою невинную ласку.

Я столько времени думала о том, почему они не появились. Раньше – мимолетом, пока собирала Марка в садик или падала, уставшая, на кровать. В Португалии мысли вовсе не отпускали. Они ведь снова в моей жизни, ухаживают, пытаются затащить в кровать.

Но тогда… Появись они тем летом – я бы не сдалась. У меня был Марк и волновал он больше мужчин. Даже если бы тянуло, если бы скручивало нервы желанием прикоснуться к щетине Алекса и заглянуть в разноцветные глаза Сэма – я бы не поддалась. Сын был первостепенной задачей, самым важным человеком в моей жизни. И я бы никогда не пожертвовала его воспитанием ради нескольких ночей.

Кажется, мужчины нашли самый правильный момент, чтобы ворваться в мою жизнь. Легко и просто, словно мы и не расставались.

– Иди ко мне, принцесса, - Сэм сам тащит на себя, касаясь губами моих губ, целует. Так, что кровь кипит и растекается желанием по венам. Подгоняемая пальцами мужчины, когда он медленно касается клитора. – Влажная. Ты так и не сказала, скучала по нам?

– Скучала.

Признанием вырывается так просто, словно ждало своего часа. Правда ведь скучала. По поцелуям, как сжимают пальцами моё тело. А оно выгибается струной, реагируя. Так хорошо и правильно, что у меня нет сил сопротивляться.

– Мы тоже, Юн. Очень скучали, чувствуешь?

Сэм ловит мою ладонь и тянет вниз. Накрываю его эрекцию, и  ячувствую, насколько. Ничего с собой не могу поделать, проводя пальцами через ткань боксеров. Наслаждаюсь рваным вдохом, тем, как мужчина прикрывает глаза. Надавливает своей рукой, заставляя стянуть белье ниже. Коснуться горячей головки, размазывая каплю смазки.

– Чёрт!

Вскакиваю до того, как меня успевают остановить. Телефон разрывается в сумке, заполняя комнату сиреной. Она стояла только на Теймура, его второй номер, которым пользовались крайне редко.

А значит что-то случилось. Содержимое сумки рассыпается по полу, но это мелочи.

– Да, Тей.

– Ты жива? Ты должна была вернуться домой два часа назад. Ник сказал, что съемки закончились.

– Ник сказал?

Теймур продолжает притворяться, что он не мой отчим. Слишком маленькая разница в возрасте, чтобы походить на отца и дочку. Но иногда в своей заботе он действовал заботливее самого строго отца.

И что-то подсказывало, что дома меня ждёт допрос с пристрастием. Глупо улыбаюсь, когда страх отпускает. Думала, с кем-то случилась беда, а тут переживали за меня.

– У вас всё хорошо?

– Да. Марк ждёт тебя, ты скоро? Юн, не мне следить за твоей жизнью, но…

– Я буду выезжать уже. Не знаю, может часа два в дороге. Уложи Марка спать, хорошо? А после будешь рассказывать, как я плохо справляюсь с ролью матери.

– Ты меня с моей бывшей женой не перепутала? Я рад, что у тебя личная жизнь появилась. Просто не заставляй меня волноваться, ок?

– Ок.

Чувствую себя девочкой-подростком, у которой комендантский час. И смущаюсь так же. И веселюсь, с каким вздохом Сэм натягивает боксёры, оставаясь без оргазма.

Но никто из мужчин ничего не говорит. Не пытается утянуть обратно на диван, надавить, чтобы я ещё немного осталась. Алекс подаёт мне мои шорты, а Сэм накидывает сверху свою кофту, чтобы не замерзла. И это такие мелкие знаки заботы, от которых тело покрывается мурашками.