Принцесса моих кошмаров - Лина Мур

Поджимаю губы, не желая чувствовать всё это, я заставляю себя развернуться и оставить её. Не могу. Вот чёрт бы побрал это дерьмо, творящееся в моей голове, но мои ноги шлёпают по полу и подводят меня к Мире.

– Тебе надо лечь, – мой голос срывается, звучит как-то неестественно тепло, когда я накрываю её плечи своими ладонями. Она слабо дёргается, словно ей сложно повернуть голову, и только немного прикрывает глаза.

Наркотик. Он парализует тело, не позволяя делать того, что ты хочешь. Эмоции притупляются, человек теряется и не знает, как вести себя. Хоть она и вызвала рвоту, быстро сориентировавшись, и это до сих пор меня поражает, я полностью уверен, что кровь Миры впитала в себя часть этой фигни. Этого было достаточно, чтобы полностью превратить её в желе.

Не услышав ответа, решаюсь на крайние меры. Я ломаю все свои правила: не трогать Миру, не приближаться к ней, не узнавать её ближе. Это я должен сделать, этого требует Эрнест. Но я не хотел… не хотел до той секунды, пока она не стала нуждаться во мне. Сейчас. В этой тишине и в темноте, освещаемой уличными фонарями, Мира не ждёт помощи, да и Оливер оказался не таким уж и влюблённым в неё. Если бы моя девушка, которой я хотел сделать предложение, написала мне, то я бы моментально сорвался и прилетел к ней. Особенно если учесть, что накачивать наркотиками и насиловать здесь норма. А его нет. Только я и она. Преступник и принцесса, для которой я никогда не превращусь в человека.

Поворачиваю кресло к себе и подхватываю её на руки. Мира слабо возмущается, но замолкает, когда я несу её к кровати. Она такая лёгкая. Воздушная. Маленькая. Я стараюсь не смотреть на неё, чтобы она не поняла, как опасна ночь для нас. В ней всё меняет свои очертания, и люди становятся честнее, они больше не прячутся, показывая всем свои истинные лица. И мы с ней тоже. Вчера в сумерках я узнал о её способностях к математике, сегодня она позволяет мне положить её на постель и укрыть одеялом. И пусть не благодарит, не для этого я совершаю безумие, а для себя. Я знакомлюсь с другим человеком, с другим миром. Ночным. Искренним. Ранимым.

Опускаюсь рядом с Мирой, избегая её спокойного взгляда.

– Хм, – прочищая горло, чувствую себя дураком, – в общем, мне не стоило нападать на тебя сегодня и говорить всё это. Я был не в себе. Прости.

– Все мы не в себе, мон шер. Этого требуют обстоятельства, – тихо произносит она, заставляя меня поднять голову и усмехнуться.

– Война никогда не закончится?

– Никогда, пока мы находимся здесь.

– Тебе ни разу не хотелось свалить отсюда? Не только из университета, но и, вообще, исчезнуть из этого мира, с этой планеты и оказаться там, где никто тебя не знает. В том месте, где всё можно начать сначала? – Не знаю, откуда появляется этот вопрос, который я произношу вслух, но он вызывает удивление на лице Миры и слабую улыбку.

– Каждый божий день. Каждый час. Минуту. Секунду, – её ответ меня шокирует.

– У тебя есть всё. Отчего у тебя-то такое желание? – Изумляюсь я.

Она отводит взгляд и едва может пошевелить руками. Понимаю, что она хочет приподняться и, приблизившись, помогаю ей сесть. Наши глаза встречаются, а я продолжаю держать Миру за талию. Кончики моих пальцев, как будто оголённые нервы, через которые я ощущаю странное покалывание, и оно насылает на меня незнакомый дурман, заполняющий собой мою голову, оставляя только сверкающие в темноте голубые глаза. Печальные глаза, скрывающие настоящую дьяволицу.

– От тебя воняет травкой и сигаретами, – шепчет Мира, и я перевожу взгляд на её губы. Она тут же облизывает их.

– Я ведь искупался, – так же отвечаю ей, заставляя себя отпустить девушку и сесть подальше. На всякий случай. Может быть, я тоже сейчас подвержен парам наркотика, ведь моё сердце испуганно стучит в груди. Оно паникует, как и я, оказавшийся на самом деле в другом мире. Спальня та же самая, звуки музыки и криков слабые, но слышны через приоткрытое окно, я тот же самый, но не она. Ночь ей к лицу.

– Я люблю ароматы. Разные. Любые. Меня восхищает, как тонко и красиво можно играть на запахах. Они словно живые, понимаешь? Они вокруг нас, и я обожаю различать их. Это странно, да? – Улыбаясь, Мира опускает взгляд.

– Довольно странно для такой, как ты. Не могу представить тебя, нюхающей чьи-то трусы, – усмехаюсь я. Чёрт, кажется, снова что-то пошло не так. Я хочу остаться здесь. Хочу продлить момент, когда она вот такая простая и понятная мне. Она невероятна сейчас. И я не могу насмотреться на девушку, превратившуюся в реальный сказочный поворот моей жизни. Я идиот. Я ненавижу её… не сейчас.

– Фу, – Мира издаёт мелодичный смешок, и я улыбаюсь. – Нет, всё не так. Есть разные фабрики, где создают духи, и там же есть масла. Год я путешествовала и изучала такие места. Каждый аромат что-то значит. И никогда чувства у двух людей не повторяются. Для кого-то табак – отвращение. Для кого-то возбуждение. Для кого-то десерт.

– А для тебя? Табак, что это для тебя? – Интересуюсь я.

– Опасность. Приключения. То, что никогда не будет доступно, – моментально отвечает она.

– И как воняю я? – Она снова тихо смеётся. Наверное, я всё же под наркотиками. Да, другого объяснения тому, как мне становится тепло в груди, я не могу найти. Так было с мамой, когда я видел её, когда наслаждался улыбкой и поцелуем в щёку. Я скучаю по маме.

– Хм, металлом. Кровью, – моё лицо вытягивается, как только Мира замолкает, и всё исчезает, сменяясь страхом.

– Что? – Шёпотом переспрашиваю я.

– Ты посчитал это оскорблением, да, мон шер?

– Я… нет, просто как-то неприятно знать, что от меня пахнет кровью. Да и, вообще, от каждого человека пахнет кровью, потому что она внутри нас.

– Это другой вид. Я бы даже сказала не только аромат, но и привкус, который остаётся после тебя. Ты когда-нибудь слизывал кровь?

Так, что-то нас занесло не туда. Сглатываю и прячу глаза от Миры, отрицательно качая головой. Да. Я это делал. Когда меня избивали, или после драки. Не было антисептика под рукой и приходилось слюной останавливать кровь. Она отвратительна, особенно вперемешку с землёй.

– Никогда не резался бумагой? – Удивляется она.

– Не запомнил, что тогда чувствовал.

– Тебе это было неинтересно, вот и всё. У каждого человека свой талант, у меня – ощущать ароматы и различать их. У тебя… не знаю, я ничего о тебе не знаю, – последние слова она шепчет.

– Хочешь узнать? – Выдавливаю из себя.

– Давно зависим от травки?

– У меня нет зависимости. – Мира скептически выгибает бровь.

Глубоко вздыхаю и решаюсь продолжить.

– Белч. Он пригласил меня покурить, и я пошёл с ним. Я не курил.

Ложь. Я курил сигареты, но не хочу, чтобы она знала.

– А, отморозок. Весёлый парень, живой. Сиен он нравится.