Похищенная для монстра - Эрика Адамс

Утром я почувствовала себя значительно лучше. И хуже одновременно. У меня даже кончики пальцев чесались – так сильно было желание увидеть мужчин, навязанных мне в какой-то Тройственный Союз! Мне не разрешили позавтракать, а ещё раз погнали на процедуры. Опять бесконечные заборы крови, соскобы кожи, слизистых отовсюду и проверка на различных медицинских аппаратах.

Внезапно я подумала, что, возможно, меня ждёт в дальнейшем именно такая судьба – в загоне медицинского центра, куда терлеанцы будут на случку, брать своё и уходить. А меня так и будут вертеть, проверять, щипать и брать бесконечно огромное количество анализов.

– Сядьте на край кушетки, округлите спину и расслабьтесь.

Я покосилась на медсестру со шприцем в руках. Большой шприц. Что-то мне расхотелось быть послушной. В тот же миг ко мне подошли ещё двое медработников, обступив с двух сторон. Они обездвижили меня, пока медсестра брала пробу спинномозговой жидкости.

Процедура была болезненной и неприятной. После неё мне разрешили полежать и отдохнуть полчаса, потом соизволили накормить. И опять погнали на обследование. Только на этот раз моё тело сканировали. Не оставили без внимания ничего – даже сломанное когда-то левое запястье. Причём я не помнила, чтобы ломала его. Наверное, это было очень и очень давно.

– Вы сводили татуировки?

– У меня никогда не было татуировок, – ответила я немного раздражённо.

– Была. Обнаружили остаточный пигмент на лопатке.

Чушь. Непонятно с чего терлеанцы нашли пигмент краски. Может быть, они ошиблись. Думаю, ошибаются все, даже самые лучшие.

– Проходите за ширму. Раздевайтесь. Ложитесь… – тараторила медсестра, бойко передвигаясь вокруг меня.

Я повиновалась, чувствуя, что если проведу ещё немного времени в стенах этого центра, то сойду с ума или превращусь в полу-растение. Медсестра настроила аппарат. Тёплые лучи прибора скользнули по брюшной полости. Пока служащая центра проводила замеры и рассматривала показания приборов, я рассматривала терлеанку.

Такая же смуглокожая, как Саймон и Ксавьер. Высокая и стройная, кажется гибкой, но сильной. Плечи и бёдра у терлеанок намного шире, чем у землянок. Глаза – тёмные, волосы – тоже.

Пока все встретившиеся мне терлеанцы были смуглокожими и темноволосыми.

– Хм…

Медсестра развернула в воздухе трёхмерную модель моей брюшной полости.

– Лежите и не двигайтесь. Проверю показания прибора, – попросила медсестра, чем-то явно озадаченная.

Спустя пару минут она отвела в сторону прибор.

– Две матки? – изумлённо булькает медсестра, разглядывая на проекции трёхмерную модель всего содержимого моей брюшной полости.

Она приближает пальцами изображение и прокручивает его вокруг своей оси.

– Да, у меня две матки! – раздражённо отвечаю я, вставая с кушетки.

Две матки у земных женщин – исключение из правил, отклонение. Но ничего не поделаешь, я родилась с этой мутацией и не заказывала для себя у матушки-природы такую особенность.

– Это уже что-то… – раздаётся женский голос.

Я знаю обладательницу этого холёного, властного голоса.

Кейла ан-Джозрок. Вдова, мать Саймона и Ксавьера.

Она обходит ширму и останавливается в метре от меня. Пристально разглядывает чёрными глазами, без всякого стеснения скользит взглядом по моему обнажённому телу.

– Покажи мне результаты обследования, – приказывает она медсестре.

Та послушно начинает пролистывать перед Кейлой результаты обследования. Непонятно довольна Кейла или нет. Наверное, априори недовольна, как и все другие терлеанцы, когда речь заходит обо мне.

Но Кейла царственно кивает, едва шевеля пальцем, чтобы заставить модель повернуться нужной ей стороной.

– Результаты анализов крови? – интересуется она.

– Положительные. Без явных отклонений. Со скидкой на то, что земляне более слабые, девушка в полном порядке. Более подробные результаты и анализ структуры клеток будут готовы позднее.

– Когда? – требовательно спрашивает Кейла.

– Кровь – завтра. Первичный анализ структуры клеток будет готов через два дня. Глубинный – через семь дней.

– Долго, – скучающим тоном говорит мать Саймона и Ксавьера.

– Это самые короткие сроки. Анализ… – начинает тараторить медсестра.

Кейла останавливает её жестом руки.

– Я знаю. Это было просто пространное замечание, не больше.

Наконец, взгляд антрацитовых глаз останавливается на мне. Кейла высокая и стройная. Несмотря на возраст, она ещё хорошо сохранила фигуру. Только морщины выдают её возраст. Но морщины не безобразные, а кожа не обвисшая – возраст не портит благородного, красивого лица женщины. Серебристое струящееся платье кажется сделанным из ртути – ткань колышется, словно живая, при каждом малейшем движении.

Я не знаю, как вести себя с этой женщиной. Кейла ан-Джозрок спокойно смотрит на меня и вздыхает.

– Две матки – и то неплохо. Хотя бы в одном ты похожа на наших женщин. Но всё же я сильно сомневаюсь, что ты сможешь выносить моим сыновьям здоровых детей.

Я едва не открываю рот от изумления. Ещё этого мне не хватало – становиться матерью маленьких монстриков!

– Одевайся, Эллен Росс. И не смотри на меня так. Сейчас ты последуешь за мной. Я расскажу тебе о Терлеа.

– Что?

Я всё ещё нерешительно мну в руках светло-серую длинную рубашку.

– Одевайся, – повторяет Кейла и морщится. – Надо будет одеть тебя, как подобает и научить, как вести себя, показать хоть что-то, чтобы ты не выглядела глупее едва вылупившегося младенца.

Мать Саймона и Ксавьера оборачивается к застывшей от изумления медсестре.

– Эллен Росс теперь находится под моей опекой. Я забираю её. Если сомневаетесь в моих полномочиях, отправьте срочный запрос Главному Советнику. Он не против.

Я натягиваю длинную рубашку, перехватывая её поясом в талии.

– Конечно, я тебе не рада, – прямо заявляет Кейла, смотря на меня. – Но если выбирая между чересчур амбициозной девицей ан-Хаслоков и одинокой, никому не нужной землянкой, которой легко будет управлять, я делаю выбор в пользу тебя.