Бесценная Статуя - Диана Хант

— Мы лучше вернемся вместе с ней, пусть сама выберет, что ей по душе.

— Похоже, вы так и не поняли, куда прилетели, — чайщик рассмеялся, и его второй подбородок затрясся в такт пузу, — Если вашу подругу продают, ее выставят на помосте обнаженной. Таковы правила. А выдумаете, просто так половина нашего селения ушла смотреть на это представление?

Римма задохнулась от ярости.

Что?! Они выставят Тару обнаженной перед местными торгашами и земледельцами?! Тару, ее подругу, скорую на руку и острую на язык, которая даже избалованного женским вниманием Марека не замечала целых полгода?! Она представила подругу голой на помосте перед зиккуратской публикой и сдавила рукоять стелера за поясом так, что костяшки пальцев побелели.

— Не время для эмоций, Ри, чем быстрее мы переоденемся и дойдем до соседской деревни, тем лучше, — Дем увлек ее к выходу.

— Дем, — на ходу простонала Римма, — Ты помнишь, кап рассказывал, какое жестокое здесь отношение к невольникам…

— Давай не будем преждевременно поддаваться панике, хорошо? Если мы сейчас впадем в истерику, вряд ли поможем этим Таре.

Лавка готового платья расположилась в душной крохотной комнатушке. Пожилая женщина с грубоватым лицом и громким голосом прямо расцвела, когда увидела инопланетцев — сегодня она продаст товара за месяц! Это уж как пить дать!

Зиккуратская мода предписывала Римме и Деммизу надеть похожие на шелковые кимоно одежды — «именно такие носят здесь богатые господа», а Римме, помимо прочего еще и причесать волосы на зиккуратский манер, уложив косы полукружиями на голове. Богатым дамам можно не прикрывать лица, заверила ее продавальщица, заглянуть вам в лицо никто итак не осмелится.

— В крайнем случае, ваш мужчина заколет пару-тройку наглецов, посмевших смотреть на его жену, — беспечно махнула рукой хозяйка.

— Мм, — промычал что-то нечленораздельное икнувший от неожиданности Деммиз, — А может, все-таки прикроешь лицо, Ри?

— Нельзя, — категорически помотала головой хозяйка, — Вам следует показывать силу, до того, как кто-то решится проверить ее. Если вы не убьете тех, кто заглядывается на вашу жену, это будет говорить о вашей слабости как мужчины. В таком случае вас убьют раньше, а госпожу разделят на всех.

— Таковы обычаи, — пожала она полными плечами.

— Хороши обычаи, — сплюнул под ноги Дем, когда они, наконец, покинули гостеприимную лавку.

Местные одежды прекрасно скрывали привычные комбинезоны и оружие. И хоть на них по-прежнему оборачивались на улице, внимание действительно стало несколько более почтительным.

— Плохая планета, — авторитетно заявил с Римминого плеча Юдвиг.

— Плохая, — согласилась с ним Римма, — Слушай, Юдвиг, может, определишься, какую форму здесь принимать — видимую или невидимую? Ведь местные гостеприимные жители не будут вдаваться в особенности арттдоумийской физиологии — увидев у меня на плече птицу, которая то возникает из воздуха, то исчезает, разбираться, что к чему не станут! Сожгут к чертовой матери, как ведьму!

— Сто процентов, — кивнул Деммиз.

— И ты так спокойно соглашаешься?! — возмутилась Римма, и ткнула его в бок.

— Сама сказала — дикие люди, дикие обычаи, — невозмутимо пожал плечами Демиз, — Если тебя сожгут, как ведьму, можно я заберу себе твою долю с сокровищ Иштар?

— Только на случай, что я буду являться к тебе в качестве призрака и греметь цепями, требуя вернуть принадлежащее мне по праву.

— Договорились, я сплю крепко, и не буду реагировать на звон цепей. В крайнем случае, привыкну.

— Тогда я постараюсь приодеться во что-то более подходящее для ночных визитов в гости к некоторым нахалам.

— Эй, только не в кожу с заклепками! Призраку более подходят длинные белые одежды! Благочестивые одежды!

— Эй! — подала голос зеленая птица с золотым хохолком с плеча Риммы, — Вас уже не беспокоит форма птицы на этой планете?

— Нет, приятель, расслабься, — опередив Римму, благожелательно ответил Юдвигу Демиз. — Видишь, мы уже определились, что делать в случае, если ты так и не решишь, как тебе удобнее.

— Сумасшедший дом, — пробурчал Юдвиг. — Я явно продешевил с Несьонестелейвереку: за контакт с такими странными сущностями, как вы, мне полагается двойной гонорар за командировку!

— Так ты еще и не забесплатно с нами летаешь? — восхитился Демиз. — А что, Ри, этот предприимчивый приспособленец начинает мне нравиться!

— Я же говорила, что вы привыкнете друг к другу, — Римма потерлась щекой о плечо пилота.

— Эй, только не эти ваши нежности, а то опять увлечетесь!

— Точно, надо спасать Тару! — Римма решительно прибавила шагу.

— Да, это тоже, но я не об этом… Как вам, например, такой окрас? Больше подходит вашему статусу богатых извра… искателей приключений на захудалой планетке?

Римма ахнула в голос, и даже невозмутимый Дем сглотнул.

Юдвига больше не было. Вместо него на плече космического орнитолога сидела крупная сверкающая золотом птица с ярко-голубыми треугольниками крыльев. Голубым был и хохолок на изящной головке — не взъерошенным, торчащим в разные стороны, как раньше, а тонким, почти прозрачным, будто специально уложенным. Но самым удивительным был хвост птицы — золотые потоки с вкраплениями нежно-голубых полос спускались до середины спины Риммы.

— Это же, — прошептала ошеломленная Римма.

— Райская птица с планеты Трип, — голосом Юдвига ответила птица.

— Но она же не дается не то, что в руки, но даже сфотографировать себя! Мы столько за ней охотились, и все зря! Юдвиг, почему ты раньше не говорил, что так можешь?

— А меня раньше не спрашивали. Я ещё не так могу. И в следующий миг с плеча кандидата космозоологии вспорхнул птеродактиль весом так с пол центнера, с размахом крыльев три метра, голой морщинистой головой, увенчанной длинным ярко-красным шипом и длинной шеей. Птица отвратительно завопила, открыв клюв с многочисленными острыми зубами.

— Пожалуй, раньше было лучше, — серьезно сообщил Деммиз, наблюдая, как чудовище описывает над ними круги, в то время как потрясенная Римма только открывала и закрывала рот. — Этот вариант стоит приберечь на случай, если нам по каким-то причинам откажутся отдавать Тару. Тогда — да. Тогда — конечно.

В следующий миг птеродактиль исчез, а на плече Риммы оказалась уже знакомая райская птичка с планеты Трип.

— Ты это, — Римма не могла подобрать нужных слов.

— Заканчивай эти свои туда-сюда, — решил помочь подруге Деммиз, — Не будем нервировать местных дикарей.

Римма только кивнула.

Юдвиг золотой торпедой взлетел в воздух и закружился над ними, переливаясь в лучах зиккуратских солнц.

— Похоже, мы почти пришли, — сообщил он сверху.