В опасной близости - Ellen Fallen

Я еду в машине вместе с Моникой и Дугом, неожиданно для меня, они ждали около отеля. Уж не знаю, как они меня нашли, не припомню, чтобы я сообщала о том, где остановилась. А отелей в Эдинбурге хватает. Я намеренно села сзади и подтолкнула Монику на переднее сидение, меньше всего я хочу сейчас вести светские беседы с любым из них.

Когда я уходила, Мэтт пил утренний кофе и читал отчеты о нашем офисе. Он был на удивление не в духе. Я так понимаю, «Мистер Задница» вернулся.

Поправляю на себе черное платье, когда оно сбилось на бок. Сюрпризом Мэтта были мои очки, забытые на столике в номере, и некоторые вещи, которые он услужливо вытащил из чемодана. Хотя за это можно было получить, это мой чемодан. Но я отнеслась к этому спокойно – он же мужчина.

Моника на переднем сидении что-то говорит Дугу, он бурчит ей в ответ. Удивительно то, что меня даже не тошнит от этой ситуации. Я, возможно, лицемерка, но меня не нервирует их совместное присутствие, более того, если бы я узнала, что у них есть секс, мне стало бы в разы легче.

Мы подъехали к светлому зданию, окруженному огромными кустарниками. Вышли из машины, и на встречу к нам вышел улыбающийся пожилой мужчина. Я улыбнулась ему уголками губ и поблагодарила, когда он помог мне вытащить зацепившееся за дверь платье, иначе я тогда бы лишилась юбки. В это время Дуг что-то объяснял людям, одетым в синюю форму.

Мне страшно заходить в это здание, меня мучают мысли о мрачных мраморных стенах и черных тканях. Но когда меня первой буквально заталкивают внутрь, я оказываюсь в огромном светлом помещении, на телевизоре показывают фотографии моей свекрови с самого детства, и кадры сменяются.

Я застываю на месте, когда вижу фото с нашей свадьбы, как она стоит надо мной, сжав губы в тонкую линию. Она злилась, что я отказалась надевать все эти атрибуты. Вот фото, где она нежно прижалась к Монике. Какая поразительная разница, подумать только. Нет, я никогда не относилась к ней плохо! Просто не стала ей родной, наверное так лучше выразиться.

Мужчина услужливо проводит меня в зал, где стоит гроб, и так уж выходит, что, когда я оборачиваюсь, ни одного человека нет рядом со мной.

Боже, я жутко боюсь трупов, до дрожи. Аккуратно прохожу вглубь зала, чтобы сесть где-нибудь посередине. Но появляется опять этот мужчина и говорит что-то на шотландском, подталкивая меня то ли к впереди стоящим креслам, то ли к мертвой.

Наклоняю голову немного вперёд, чтобы словить хотя бы намек на то, что же этот, не знаю, как его назвать, «человек» хочет от меня. Он машет рукой и шлепающим языком показывает на гроб. Так, ладно, он, видимо, хочет, чтобы я попрощалась. Окей, да это же проще простого, ведь так?

Делаю еще один заход и останавливаюсь перед гробом, чувствую запах, и сразу в памяти всплывает то самое свадебное платье. Я ужасный человек, я знаю. Очки в моих руках выскальзывают, когда я открываю глаза, и мне кажется, что тело шевельнулось. От страха дергаюсь в обратном направлении и ударяюсь в ряд кресел.

– О, Боже, – восклицаю я.

Неужели моя теория про зомби все-таки работает? На мой крик заходит Дуг и видит меня в обморочном состоянии, но не подходит, все так же рассказывает что-то мужчинам. Я аккуратно заползаю под гроб и пытаюсь достать свои очки, дотянувшись, хватаю дужку и тащу. Мое тело полностью распласталось на полу, мне жутко стыдно, но и позволить наступить на них я не могу. А тем более бросить при побеге, это даже страшней зомби.

– Что происходит? – спрашивает подошедший Дугалт.

Резко дергаю головой на его голос и ударяюсь об гроб. Из моего рта практически начинают сыпаться проклятия, но я беру себя в руки. Встаю, спокойно обтряхиваю себя и, сложив покорно руки на коленях, сажусь в первых рядах. Шотландия делает из меня дуру каждый раз, будто насмехается надо мной, подставляет под такие неприятные ситуации.

– Ты чего там делала? – шепчет Моника.

– Она задышала, видит Бог, я это четко наблюдала, и потом мои очки просто упали. Я хотела их достать, но они ускользали от меня. Пришлось лечь, ну а потом я практически пробила своей головой гроб, – с серьезным лицом говорю ей.

Она прикрывает рот и пытается сдержать смех.

– Практически дала пятеру на прощание, – шепчу я.

Моника сидит с красным лицом еще пару минут и выскакивает за дверь, видимо ей действительно смешно. В это время я вижу взгляд Дуга и представителя этого дома. Поднимаю обе руки вверх, показывая, что больше ничего не случится, я практически обещаю.

В зал заходит многочисленная родня их матери, и я надеюсь улизнуть с первого ряда, но меня подпирает, с одной стороны, очень полный мужчина с испариной на лбу, жутко воняющий дешёвым скотчем, а со второй Дуг.

Прекрасная компания, если еще учитывать то, что напротив меня гроб с матерью моего мужа, которая меня ненавидела. Мужчина поднимает руку, чтобы стереть пот со своего лица, и я чувствую мерзкий застарелый запах пота; везет же мне сегодня. Ближе придвигаюсь к Дугу, и он по-своему истолковывает моё действие, обнимает меня за плечи и притягивает к себе. Черте что происходит, он хлопает по моей руке, ласково сжимает пальцы. Я сжимаю его в ответ, чтобы поддержать его. Ведь я здесь ради этого.

По очереди выходят люди и говорят свою речь. Первым был Дуг и его тетя. До сих пор не помню, как ее зовут. Потом каждый сидящий в первом ряду. И вот осталась только я.

Ребята, я не подготовила речь! Так и хочу я крикнуть во все горло, но меня уже пихает жирный локоть моего «сильно пахнущего соседа», спасибо тебе. Встаю, отдергиваю юбку и прохожу на мостик, оглядываю всех сидящих и замечаю единственного человека, которого совершенно не ожидаю здесь увидеть. Сглатываю и дергаю головой, может мне уже мерещится, закрываю глаза и снова открываю, он все еще сидит позади всех. Люди начинают оглядываться, и я решаюсь заговорить: