Подруга моей дочери - Тиана Тесса

В гостинице она не задерживается, получает ключи от номера, и мы едем ко мне.

Женька матери рада, и я стараюсь не подавать вида, что уже подустал от трескотни Маринки. Уезжаю в офис, рассчитывая на спокойный вечер, но когда возвращаюсь, она все еще здесь. Более того, они с Женькой превратили мою кухню в зал кулинарного шоу, жрачки наготовили и даже испекли что-то. Нет, пахнет, конечно, аппетитно, но все это как-то слишком. Слишком непривычно.

— Заходи, Жуков, — тащит меня Маринка из ванной, куда я зашел помыть руки, в кухню. — Садись, будем тебя кормить, а то я в холодильник заглянула, а там шаром покати.

На столе появляется борщ, драники и потом чай с пирогом. Вкусно безумно, так что я сметаю все за считанные минуты. Ладно, если не будут на уши садиться, я готов какое-то время потерпеть Маринку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Правда, когда время подходит к полуночи, все же напрягаюсь. И не удивляюсь, что Женька заходит ко мне с умоляющими глазами.

— Пап, можно мама у нас останется? Мы вместе ляжем. А то уже поздно ехать…

Мне очень хочется отказать, я даже готов сам ее до гостиницы отвезти, но глаза дочери так просят, что я только вздыхаю и соглашаюсь. Она хлопает в ладоши, пища от восторга.

— Спасибо, спасибо, спасибо.

Убегает, а я потягиваюсь. Ладно, она просто соскучилась по матери. Не будет же Маринка у нас тут вечно сидеть? Скорее всего, сама же сбежит завтра по магазинам.

Я иду в душ, когда часы показывают почти час ночи. В квартире тихо, потому без стеснения выхожу из ванной в одном полотенце, уверенный, что все спят. В кухне горит свет, забыли выключить, что ли? Но нет, там Маринка с чашкой в руке смотрит в окно. На ней шелковая сорочка, подчеркивающая фигуру, скользнув взглядом, еще раз отмечаю, что она в отличной форме. Сразу видно, посвятила жизнь себе, а не дочери. Маринка поворачивается и тоже окидывает меня оценивающим взглядом, вздернув бровь. Верх ее сорочки из прозрачной ткани, так что я вижу полную грудь и соски во всей красе. Женщину это, кажется, совсем не смущает.

Пока я туплю, она приближается ко мне, отставив чашку.

— А ты все еще такой же ловелас, Жуков? — задает тихо вопрос, ведя пальцем по коже вдоль полотенца.

Я отлично понимаю, на что она намекает, но единственное, что крутится в голове, это: «а ты такая же блядь, как была?»

Может, я не очень хорошо помню Маринку, но одно помню точно: дала она быстро и без особых препирательств.

— Не стоит, — убираю ее руку и, развернувшись, ухожу в комнату.

И уже там приходит запоздалая мысль: а какого хрена я отказался? Подумаешь, перепихнулся бы с подружкой молодости, явно секс без обязательств. Даже думать не хочу над своим поступком, просто ложусь спать, надеясь, что Маринке не придет в голову ломиться ко мне. К счастью, обходится без этого.

Утром, конечно, все ведут себя так, как будто ничего не было. Почему-то вспоминаю Соню, как она пряталась под одеялом, когда я к ней зашел. Губы трогает улыбка. Смешная…

День проходит в суете, а вечером, приехав домой, я обнаруживаю очередной пир. Только кроме всего прочего, у нас гости.

— Мама? — говорю почти в изумлении. — Отец? Вы вообще откуда взялись?

— Очень мило с твоей стороны так встречать родителей, — хмыкает мама. — Я позвонила тебе на домашний, и мне ответила Женя. Ты вообще собирался рассказывать, что твоя дочь приехала в Москву? — спрашивает меня. Я только тяжело вздыхаю.

С родителями у меня непростые отношения. То есть я их безмерно люблю, но они всю жизнь только тем и занимаются, что пилят меня. Даже когда я выбился в люди, это не прекратилось. Все вокруг молодцы, но вот Антошку всегда найдется, в чем уличить. Поэтому наше общение я старался по-максимуму сокращать, заезжая в гости два раза в месяц.

— Да это же Антон, — Маринка, смеясь, толкает меня к ванной, — у него ветер в голове. Не ругайте его, он у нас хороший.

Я вижу одобрительный взгляд родителей и сразу понимаю: они успели попасть под очарование этой женщины. А это значит, вечер нас ожидает веселый.

Ужин проходит в удивительно теплой атмосфере, все так друг другу рады, что аж зубы сводит. Один я, как обычно, словно бельмо на глазу.

— Ты уж не ругай Марину, — говорит мать, когда мы перемещаемся в гостиную и ненадолго остаемся одни, — я бы и сама приехала, без ее приглашения. Просто ей было неловко за ситуацию. Представляешь мое изумление, когда я позвонила?

Я только машу рукой.

— Кстати, — мама заговорщицки ко мне наклоняется. — Присмотрись к ней, отличная женщина, порядочная, готовит отлично, и красива. К тому же у вас общий ребенок. Может, стоит уже остепениться?

Слава богу, мне не приходится поддерживать эту беседу. Как раз возвращается Женя, отходившая поговорить по телефону, и внимание переключается на нее. Она явно смущается, и весь вечер ведет себя тихо. Однако вроде как рада новым родственникам.

Праздник жизни заканчивается около десяти, и я берусь отвезти родителей домой. Не столько хочу этого, сколько мечтаю убежать подальше от картинки «счастливой жизни», что демонстрировалась весь вечер в моей квартире.

Дорогой мне, конечно, чистят мозги на самые разнообразные темы. Я только киваю, особенно не слушая, привык за столько лет.

На обратной дороге звоню Женьке и ничуть не удивляюсь, услышав, что матушка все еще у нас. Ладно, завтра поговорю с ними серьезно, а пока можно и расслабиться. Говорю, чтобы меня не ждали, и еду в сторону клуба, но в последний момент сворачиваю в ночной бар. Планирую выпить и отдохнуть, но ни хрена не выходит. Достав телефон, просматриваю список контактов, сам не зная, кому позвонить. Все же набираю Борцова, тот сразу откликается. У них, оказывается, сегодня покер в ночь, и я напрашиваюсь в компанию. Нужно как-то отвлечься, вернуть вкус к жизни.

До утра играю, беседуя с Ромкой о разном, а когда встаю и потягиваюсь, глядя на часы, понимаю, что как раз закончилась смена в клубе. Интересно, Соня сегодня работает?

Гоню эту мысль прочь, но нисколько не удивляюсь, когда еду в сторону ее дома. Вот что я там забыл? Она вообще, может, сегодня не работала.

Однако притормозив возле дома, тут же вижу подъехавшее такси, из которого вылезает Соня вместе с Костей. Злость поднимается моментально, что там Женя говорила? Не ладится у них? Вижу.