Сто оттенков страсти - Кристина Майер

Я предполагал, что он пересрется, но такого эффекта от своих слов не ожидал. У Ольги выпал из рук телефон, присев на корточки, она шарила ладонью по земле, а встревоженный взгляд не сводила с мужа.

Забрав из ослабевших рук мужчины папку, я вытащил документы и порвал их на две части, чтобы нечем было махать перед моим лицом.

— Используешь вместо туалетной бумаги, — припечатал листы к его груди. — Звягинцев едет сюда? — спросил Ольгу, поднявшуюся на ноги.

— Да, — кивнула женщина, глаза ее заблестели.

«Терпеть не могу женские слезы!»

— В нашей стране тысячи детей-сирот, каждому из них нужна мать. Ищите ребенка, который вам может стать родным, но не наступайте на горло своей совести. Лучше, когда с совестью ты находишься в ладу, даже дышать легче.

Я это тоже понял недавно, когда в мою жизнь ворвалась Фиалка и поставила все с ног на голову. Тогда я не хотел знакомиться с Лизой, не думал, что смогу привязаться к сестренке и даже ее полюбить. А теперь, забирая их в Москву, я чувствую, что поступаю правильно, и мне перед собой не стыдно.

Ольга будто меня не слышала.

— Вы?.. Вы?.. — сейчас женщина переживала за мужа, ей хотелось убедиться, что он в безопасности.

— Если вы не станете настаивать на удочерении Лизы, я не буду звонить в Москву и требовать нового расследования. Подумайте.

Оставив их у крыльца, я направился внутрь здания.

— Роман Георгиевич, я бы не отдала Лизу Карауловым, — принялась меня уверять директор, как только я переступил порог кабинета. — Я уже хотела звонить вам, но тут Лизонька пропала, так перепугалась, что все вылетело из головы.

— Вы вообще не должны были допускать подобной ситуации!

— Я, как только услышала, зачем они пришли, сразу же набрала Ирине Алексеевне. Она обещала позвонить в министерство и попросить министра поставить это дело на личный контроль. Они с ней старые подруги. Лизу бы Карауловы не получили!

— А то, что малышка испугалась, оцарапала колени и руки, это тоже министр должен контролировать?! — я до сих пор не пришел в себя от выкрутасов маленькой партизанки, а спросить за это было с кого.

— Тут наша вина, не уследили. Извините. Медсестра все царапины уже обработала, мы ее переодели. Чуть позже с Лизонькой обязательно позанимается психолог. — руки женщины постоянно находились в движении. Испытывая сильное волнение, она не контролировала жестикуляцию.

— Мария Игоревна, в ваших интересах, чтобы ничего подобного больше не повторилось, — и сейчас это была угроза, которая повисла на какое-то время в воздухе.

— Я вас поняла, — произнесла она. Сложив руки перед собой, женщина сидела и ждала, что еще я добавлю.



— Сейчас сюда подъедет начальник органов опеки и попечительства, я вас попрошу оставить нас наедине.

— Хорошо. Я пока схожу, проведаю Лизу, — поднялась она из-за стола.

Пока ждал Звягинцева, через интернет заказал билет на самолет. Надеюсь, до четырех вечера успею закрыть все вопросы и вылететь в Москву.

Приблизительно через полчаса в кабинет вошел плотный мужчина невысокого роста. Очки держались у него на самом кончике носа, а смотрел он поверх их.

— Здравствуйте, — потянул он мне руку. — Вы Роман Георгиевич? Я не ошибся?

— Нет, Павел Сергеевич, не ошиблись. — начальник органов опеки вел себя вежливо и даже старался радушно улыбаться, хотя в поведении прослеживалась небольшая нервозность.

— Мне сейчас звонили из министерства, требуют объяснений, а я даже не в курсе, что у Никитиной Елизаветы, оказывается, есть состоятельные родственники, готовые ее удочерить, — заняв место Марины Игоревны, он правдоподобно разыгрывал удивление. Теперь понятно, откуда этот вежливый тон. — Ну почему вы не пришли сразу ко мне?

— Я и не предполагал, что оформлением документов на опеку занимается непосредственно начальник. — такого ответа Звягинцев не ожидал. Втащив из кармана платок, он вытер со лба испарину и пояснил:

— Жарко сегодня.

— Да, начало июня, плюс восемнадцать. — о том, что я иронизирую, он мог только догадываться, внешне это никак не выражалось.

— Чтобы загладить свою вину перед вами, мы постараемся оформить все документы в течение недели. Я лично возьму это дело под свой контроль.

Я думал, моего согласия, выраженного кивком, достаточно, но Звягинцев чего-то от меня ждал, а я никак не мог понять, что ему надо.

— Чего вы хотите? — устав играть в гляделки, напрямую спросил.

— Не звоните больше в министерство. Если возникнет заминка с оформлением бумаг, я тут же все решу, вот вам мой номер телефона, — протянул он визитку.

Его заместитель — Ирина Алексеевна, грамотно отрабатывает свои деньги, к ней нет никаких претензий, а этому товарищу необязательно знать, кто за всем этим стоит.

— Хорошо. Лиза пережила сегодня сильный стресс, думаю, ей будет полезно провести несколько дней в кругу семьи, вы как считаете? — ответ мог быть в данном случае только один.

— Да, ребенку лучше побыть с любящими его людьми. Я сейчас распоряжусь. Извините, Роман Георгиевич, но мне пора бежать. — оглянувшись пару раз, он наконец-то покинул кабинет.

Почти тут же вернулась Марина Игоревна.

— Павел Сергеевич оставил распоряжение, чтобы Лизу отпустили до понедельника, — впервые за несколько часов я улыбнулся. Фиалка обрадуется такому сюрпризу. — А к концу следующей недели, думаю, вы сможете навсегда забрать отсюда девочку.

— Спасибо.

— Это наша работа. — заняв свое место в кресле, она спросила: — Роман Георгиевич, может, чай, кофе или что-нибудь покрепче?

— Нет, не хочется. Спасибо.

— А я, пожалуй, выпью глоточек… кофе, — поправила она себя. — Ваша Лиза мне рассказала, где она пряталась… А если бы она упала?.. Меня бы посадили.

Марина Игоревна от шока даже не замечала, что делает. Качая головой, она достала бутылку коньяка и налила себе в рюмку ровно один глоток. Выпив, спрятала все на место.

«Экстренная психологическая помощь». - ухмыльнулся про себя.

— Пойду, обрадую Лизу.

— Так она уже знает, они вас с Катериной во дворе ждут, — махнула она рукой.

Попрощавшись, я поспешил к своим девочкам, которые стояли у ворот.

— Я не получил смс, — вопросительно выгнув бровь, уставился на Фиалку.

— Я забыла, — пожала она плечами.

— Не томи.

— Хорошо.

— Что «хорошо»?

— Оценка — хорошо, четверка, значит, — засмеялась она.

— Ну, тогда все в порядке, вас обеих теперь можно наказывать.

— За что? — удивилась Фиалка, малышка не спрашивала, поводов она сегодня предоставила много.