Зверь - Евдокия Гуляева

Я хотела быть вместе с ним…

Я отдавалась страсти с отчаянием, исступленно, тая от каждого его прикосновения ко мне. Сливаясь с ним воедино я ногтями, неосознанно, царапала ему плечи, оставляя следы, желая, чтобы он принадлежал и доверял мне так же безгранично, как я сейчас принадлежала и доверяла ему.

Я чувствовала скорое приближение оргазма. Еще несколько вот таких сильных, жестких толчков — и я кончу прямо на нем! И я хотела, чтобы он кончил вместе со мной.

Я начала все сильнее раскачиваться, потираясь о него всем телом и уже больше не могла сдерживать громкие крики, как только почувствовала первые вибрации.

— Саша… — простонала я.

— Черт, Лиза… — зарычал он.

Его тело изогнулось. Он замер, изливаясь в меня. Мое имя слетело с его губ и именно в этот момент я достигла желанного оргазма, сжимая его член сокращающимися мышцами еще сильнее…

Когда меня перестала сотрясать дрожь и вернулась способность дышать я обняла его за плечи и буквально рухнула на него.

Он крепко прижимал меня к себе, постепенно восстанавливая свое хриплое дыхание, а я улыбалась ему в шею.

Глядя на него, сейчас, я точно знала, что все-таки смогла оставить свой маленький след в жизни этого сильного мужчины.

— Саша, начала я… мне нужно тебе кое в чем признаться…

— Не сегодня, маленькая. Давай все признания перенесем на завтрашний день.

Утром я долго не могла заставить себя встать. Обнаружив то, что я проснулась одна, сердце сжалось от непонятной мне тоски. Я вдыхала его запах, уткнувшись в подушку, будто пыталась надышаться, запомнить его…

«Бред!»

Но жуткое предчувствие надвигающейся беды никак не проходило…

Поборов себя, я встала, сходив в душ, оделась и спустилась вниз. Пытаясь всячески занять себя, я занималась домашней уборкой. Физический труд всегда помогал мне отвлечься.

Я ждала прихода Саши домой, чтобы вновь попытаться завести вчерашний, начатый мной разговор. Я хотела поговорить с ним утром, но, проснувшись, уже не обнаружила его рядом. В квартире его тоже не было…

Что-то, действительно случилось, и это, напрямую, касалось той зеленой папки, именно поэтому он уехал так рано.

«Если точно не я, то кто мог взять ее?!»

Промучившись от неизвестности почти до вечера, я даже пару раз попыталась набрать ему, но его мобильный был отключен.

Зайдя в его кабинет, я сразу направилась к бару. Налив в бокал немного виски, из первой попавшейся бутылки, впервые, за все время, сделала большой, полный глоток. Не привычный напиток в буквальном смысле обжог мое горло, но так и не принес мне желанного облегчения.

«Я ни в чем не виновата. Я не брала» — как заклинание повторяла я, делая очередной глоток, но сердце, с каждым таким глотком, только все сильнее сжимало в тиски страха.

Отставив пустой бокал, я забралась в кресло…

Я не знала, сколько, вот так просидела одна, в темноте, не включая свет, пока не услышала звонок открывающихся дверей лифта.

Выскочив в гостиную я увидела незнакомых мне мужчин. За ними стоял Саша… и Сергей.

— Лиза, не переживай, все в порядке, — попытался успокоить меня Саша, наверняка увидев мой странно ошарашенный вид. — Сделай мне, пожалуйста, кофе. Два. Сергей тоже будет.

Я быстро пошла на кухню, прислушиваясь к происходящему в холле. Я видела, как мужчины продолжали мяться в коридоре, не проходя дальше.

Саша и Сергей, бесцеремонно обойдя их, прошли ко мне на кухню, сев за барную стойку. Достав телефон, Саша сделал вызов:

— Зверев. Прикажи Антону Павловичу немедленно приехать. У меня обыск, — решительно говорил он кому-то.

Сказал и отключил связь, в раздражении откинув телефон.

— Нам нужно только обыскать кабинет, — крикнул кто-то из мужчин. — Подскажите Антону Павловичу, что у нас есть подписанный ордер.

— Десять минут и он будет здесь, тогда вы сможете зайти. Кабинет весь в вашем распоряжении, — спокойно ответил им Сергей.

Действительно, ждать пришлось недолго. Не успела я поставить перед ними приготовленный кофе, как лифт опять издал звонок, впуская в квартиру запыхавшегося адвоката, который, первым делом, проверил у ожидавших его мужчин документы и бумагу-разрешение, подписанную судом.

— Все в порядке, — крикнул он Саше.

— Заходите, — спокойно, обратившись к ним, крикнул Сергей, махнув рукой в сторону кабинета. — Палыч, проводи, поприсутствуй.

Мужчины прошли в кабинет, но Саша с Сергеем так и продолжали сидеть, переглядываясь друг с другом, и на удивление спокойно пить кофе.

— Не нервничай, маленькая, — обратился он ко мне, — все в порядке. Посмотрят и уйдут.

Действительно, не прошло и часа, когда мужчины один за одним начали покидать квартиру. Адвокат проверив и подписав все необходимые документы, проводив последнего из мужчин, подошел к нашей компании.

— Александр, — начал он, — все в порядке. Ничего не нашли, что и следовало ожидать, только перевернули все, впрочем, как обычно, вверх дном!

— Я не сомневался, — улыбнулся Саша. — Гази, все-таки, решился сделать свой, очередной, ход. Теперь моя очередь… Ладно, спасибо за работу, — махнул адвокату рукой, давая разрешение уйти, и обратился уже к Сергею:

— Найди мне крысу! Где до сих пор носит Олега? Еще в обед он должен был принести сохраненные видео файлы с камер!

— Сейчас, — ответил Сергей, набирая номер.

Я не дышала…

— Маленькая, иди, посиди в гостиной…

— Саша, я должна тебе кое-что сказать…

— Лиза, не сейчас.

Я, опустив голову, быстро вышла из кухни.

Сев на диван, включила камин… пытаясь согреться и успокоиться. Я не переставала твердить себе, что ничего страшного не произойдет, что Саша, просмотрев видео, увидит, что это не я взяла ту проклятую папку.

Я слышала, как в квартиру зашел Олег, не один, а с Алексеем, как мужчины, теперь уже все вместе, на повышенных тонах, продолжали что-то обсуждать на кухне. Громче всех выделялся Сашин голос, полыхая уже всеми оттенками ярости. Чуть увереннее и спокойнее — голос Сергея.

Мое сердце совсем перестало биться, когда я увидела, как Саша зашел в гостиную и уставился на меня черными провалами своих глаз… Они полыхали черным огнем ледяной ярости!

«Все…»

А ведь еще сегодня ночью я смогла увидеть в них что-то большее, чем обычная страсть и простое возбуждение…

— Что ты хотела мне сказать, маленькая? — в бешенстве начал он.

Я, закусив губу, пыталась сдержать слезы, рвущиеся из груди…

«Не увидел… Не понял… Не простит…»