Ильминэ для асуров - Кира Леви

— Насчёт Таррамира мне нужно подумать. А первое — без проблем. Мы с тобой позанимаемся. И я тебя научу, как пользоваться магией. Ведь Богиня наделила тебя ею при переходе в наш мир, но пока она в инертном состоянии. Свет — это только часть способностей. Интуитивно ты научилась им управлять.

Я слушала его с интересом и чуть не подпрыгивала от радости. Это что, я тоже смогу — вжик, и кровать застелена, вжик, и причёска готова?

— Когда начнём? — заглядывая ему в глаза, с энтузиазмом безумного учёного дёргала его за рукав. — Я готова!

Он рассмеялся:

— Какая нетерпеливая ученица! Думаю, алфавит я тебе сейчас напишу, с него и начнём.

В дверь вновь постучали.

— Войдите!

В открывшиеся двери вошёл ирлинг.

Я радостно выкрутилась из объятий грифона и кинулась к Матиасу, счастливо смеясь.

— Ты пришёл! Значит, у меня всё получилось, и я могу звать вас, если возникнет необходимость!

Вкратце пересказала, что произошло, и предложила вместе поужинать. Матиас ушёл договариваться об ужине, а Таймен сел писать буквы алфавита. Через двадцать минут нам накрыли стол на веранде.

Утолив первый голод, спросила:

— Есть новости?

Мужчины отрицательно покачали головами.

— Где вас разместили? — из праздного любопытства спросила, не ожидая услышать что-то особенное в ответ, разрезая сочную отбивную. Затянувшаяся пауза насторожила, и я подняла глаза на них, так и застыв с поднятым ножом.

— М-м-м... в покоях, общих с Геленой, — ответил Матиас, отводя взгляд.

— Мило. И что, всех шестерых? — с трудом сдерживая злость, при которой хочется кого-то стукнуть или что-то разбить, продолжила беседу.

— Кроме Дарелишша, он занят приготовлениями к завтрашнему балу.

Настроение было испорчено. Умом я понимала, что это ничего не значит, но откуда-то снова вылезла жгучая ревность, которая подогревалась в воображении непристойными картинками с участием Гелены и моих мужчин. Видя, что мои визави очень напряженно ожидают от меня реакции, сдержалась, улыбнулась и сказала:

— Ничего страшного. Это ничего не значит. Будет возможность разговорить её или, может быть, она разговаривает во сне.

Оценили шутку. Улыбнулись. Расслабились.

— Спасибо за ужин, Матиас, и тебе, Таймен, за помощь, — поблагодарила, вставая из-за стола. — Я думаю, мне нужно отдохнуть, завтра не будет такой возможности. Вам пора.

Уже на выходе сказала:

— Будьте внимательны с Геленой, неизвестно, зачем ей нужно ночевать с вами в одних покоях. Мало ли, какой козырь она прячет в рукаве.

Ох, как я была права...

***

Мне снился сон. Пустой коридор, освещаемый приглушённым светом магических светильников. Я иду в ночной рубашке, воздух холодит моё тело, а каменный пол — босые ноги. Тёмные, причудливые, силуэтные тени скользят за мной и, обгоняя на очередном светильнике, бегут впереди меня.

Куда я иду? Кто меня зовёт? Я знаю, что нужно идти вперёд. На развилке сворачиваю налево, и, следуя зову, поднимаюсь по ступеням на следующий этаж. Двойные створки резных позолоченных дверей приоткрыты. Сквозь щель проникает яркий луч, рассекая полумрак и оставляя на полу световую линию. Берусь за ручку и тяну половинку на себя. Богато обставленные апартаменты в чёрно-бело-изумрудной гамме с позолоченными элементами декора. Мелодичная музыка. На низком столике бутылка вина и два наполовину наполненных бокала. Один лежит на боку так, что вино разлилось кровавой лужицей и капли падают на белый пушистый ковёр. В глубине помещения, сквозь вторые приоткрытые двери раздаются голоса.

Моё сердце бьётся отчаянно, нарастающий гул в ушах не даёт расслышать, что происходит в комнате. Иду к двери, тяну её, легко поддавшуюся, и оказываюсь в мужской спальне. На огромной кровати занимаются любовью двое обнажённых партнёров. Мужчина лежит на спине, сверху на нём женщина с распущенными чёрными волосами. Их сладострастные стоны, чавкающие звуки влажного лона, насаживающегося на член, шлепки прыгающей груди — оглушают меня. Мне не нужно видеть их лица, я и так знаю, кто это! И от этого знания боль разрывает моё сердце, я не могу вдохнуть, закричать. Моё тело сводит судорогой, тошнота захлёстывает и только молчаливые слёзы катятся из глаз.

Это не может быть правдой! Скрипя зубами, ногтями впиваясь в лепнину на дверях, вываливаюсь из этого ужаса назад в гостиную, но не могу проснуться. Вверх, низ, всё кружится перед глазами. Моё падение. Когда прекратится этот безумный сон? Тело бьёт крупная дрожь, и мой вырывающийся крик, застрявший в горле, не даёт дышать. Боль до белых пятен перед глазами, мой стон вперемешку со звуками из-за открытой двери. Всё смешалось. Я ползу прочь, лишь бы сбежать из этого кошмара. Яркий луч золотого света вырвался из меня. Мой чёрный дракон, Сайранан, найди меня!

Ещё несколько минут длиною в часы, и сквозь слёзы на глазах вижу, как разлетается в щепки тяжёлая дверь, и в комнату в полутрансформации влетает мой чёрный дракон, подхватывает меня на руки и обхватывает своими крыльями, ограждая от кошмара. За его спиной стоят лорд Шархаш и остальные асуры, только... Дарелишша не было среди них. Он там, в комнате с Геленой…