Репортаж о главном гаде галактики - Ольга Грон

Как выяснилось, ниже этажом у амеранина имелась большая столовая с головизором, удобными креслами, столом. Одна часть помещения представляла собой кухоньку, где за раздвигающимися панелями прятались бытовые приборы. Там же находился лифт в кладовую. Пол столовой был выполнен из кинетического «живого» стекла. Забавное изобретение давно вошло в моду на Земле, и я как-то подумывала сделать такой у себя дома. Идешь, такая, к холодильнику ночью, а пол перед тобой мерцает, освещая путь к заветному. Или к постели. Удобно, и энергия экономится. Но в моей небольшой квартирке от такого пола толка мало, а вот в коттеджах это весьма комфортно.

Пока я рассматривала столовую, Террел заглянул в холодильник и достал оттуда очередные полуфабрикаты. Нервно вздохнул. Что, амеране обычно не питаются земной пищей? Хотя внешне, если не учитывать способности, Квазар ничем от землян-то и не отличался. Кажется, его мускулатура, рост и обаятельное, хоть и суровое лицо – вовсе не особенность расы, а его индивидуальность. Я даже представила, как он бы смотрелся в деловом костюме, если сделать ему стильную прическу, и почему-то подумала, что где-то уже видела подобное. Но Ти-Джойс вернулся, перебив все мои мысли.

Он поставил передо мной тарелки с овощными котлетами и куском ароматной пиццы, – конечно, не ресторанная еда, но все равно выглядело весьма аппетитно. Налил в высокий стакан яблочного сока, бросил льда и подал мне.

– Расскажи о себе еще, – попросил вдруг он.

Я едва не поперхнулась от неожиданности. Лучше бы вообще молчала, а теперь выдумывай, как жила дикарка Риа до встречи в божеством. Но это еще полбеды. Главная проблема в том, что Террел пробыл здесь несколько лет и знает об олтрах гораздо больше меня, и я могу проколоться на любой мелочи.

– Араану не стоит слушать о жизни сироты, это как-то странно для бога.

– Ты так думаешь? – Террел вдруг склонился вперед, опираясь на руки.

– Да, – кивнула я. – Разве небесный бог Араан сам не знает все и обо всех? Ты ведь мудрый. Да и вообще, великого не должны интересовать дела его подданных. – И замолчала, радуясь своей находчивости.

– У тебя красивый голос, – ухмыльнулся вдруг Террел в ответ.

Я попыталась скрыть улыбку. Внутри подсасывало странное чувство, словно все не так, неправильно. Я отвлеклась на еду. После этого отпуска – если жива останусь, конечно, буду отъедаться. Я облизнулась, увидев на столе большую вазочку с мороженым, которое амеранин только что принес из морозильной камеры.

– Что это такое? – поинтересовалась я.

– Холодное волшебство, пища для богов, – не моргнув, заявил он.

Приколист он, однако. «Пищу для богов» я любила с детства, особенно обожала сливочную и клубничную, а если посыпать сверху шоколадной стружкой… ммм… Я быстро доела то, что было у меня в тарелке, запила соком и потянулась за вазочкой, но между мной и заветной белой массой вдруг встряла рука амеранина.

– Не торопись, Риа, совместим твой десерт с моим, – рвано выдохнул он и быстро сдвинул все тарелки на другой край большого стола.

– Что ты имеешь в виду? – нервно сглотнула я. Хотя могла бы и не спрашивать, и так понятно, чего хочет этот озабоченный.

Он поднял меня со стула, отбросил его в сторону ногой. Потом стащил мое платье. Хмыкнул, заметив надетое белье, и одним пальцем сдвинул вниз. Горячая рука плавно скользнула по бедру, пока он снимал с меня трусики. Я замерла, позволяя мужчине делать со мной все это, прикрыла глаза, чувствуя каждое движение. В груди мгновенно вспыхнуло пламя, жидкой лавой разливаясь по всему телу и собираясь эпицентром в паху.

Террел вдруг поднял меня и усадил прямо на стол, раздвинув ноги так, что его обозрению открылись все мои прелести. Мышцы лона тут же свело спазмом, словно амеранин имел меня одним лишь пытливым взглядом. Я никогда не испытывала подобного чувства, которое вовсе не было стыдом. Просто как-то странно, что я отчаянно желала продолжения этой пока невинной игры, хотела побыть в роли его сексуальной игрушки еще хотя бы несколько дней. Желала, чтобы он вытворял со мной то, о чем раньше и не думала.

– Ну так что, Риа, будем пробовать новенькое? – Он погладил внутреннюю часть бедра, раздвинул набухшие мокрые складочки и надавил на чувствительный бугорок.

Делал он это на ощупь, потому как одновременно подхватил другой рукой ложку мороженого, направляя мне в рот, мазнул по приоткрытым губам. Я обхватила ее ртом, затуманенным страстью взглядом посмотрела в зеленые глаза Террела. Глотнула. Он тоже съел ложку мороженого. А потом скрестил руки, снимая с себя футболку. Сверкнула загорелая кожа, под которой выпирали идеальные накачанные мышцы. Я протянула руку к его татуировке, провела по завиткам, уходящим под ремень брюк.

Он придвинулся, и его лицо оказалось совсем близко. Дыхание коснулось моих губ, а в следующую секунду он меня поцеловал, не прекращая играться с моим телом, периодически проскальзывая пальцами в разгоряченную плоть. Холодные от мороженного губы обжигали, как пламя, и я дрожала от предвкушения. Когда он захватил ртом вершину груди, втягивая в себя, чуть прикусил, я ойкнула.

– Пока не растаяло, – хрипло прошептал он и взял пригоршню мороженого рукой, запустив ее мне в рот.

Я с жадностью захватила его пальцы, глотая желанную массу, которая таяла, растекаясь по подбородку и шее. А Террел, как назло, размазывал сливочное мороженое больше, до груди. Он взял еще мороженое, проделывая то же самое. И я сжала губами указательный палец, втягивая его в себя.

Пожалуй, это было самое вкусное мороженое в моей жизни…

– Представляю, как сексуально твой ротик будет сжимать мой член, – ухмыльнулся Террел в ответ, а затем склонился ко мне, слизывая липкую субстанцию с моего лица.

Кожа горела от прикосновений его языка, губы казались мягкими и очень умелыми. Я урчала, как кошка от ласки хозяина, возбуждаясь все сильнее. Время остановилось, одновременно хотелось продолжать это безобразие, ощутить в себе мужское достоинство Ти-Джойса и почувствовать его движения.

Мы перемазались мороженым, и во время поцелуев я старалась облизать гладковыбритые щеки мужчины. Я обнимала его за шею, когда он целовал меня. А потом Террел стал опускаться все ниже, целуя мои бедра и живот. Я ощутила его умелый горячий язык на затвердевшей горошине, застонала, откинулась назад, упираясь ладонями в стол.

Пальцы мужчины тут же нашли вход в пульсирующее от желания местечко, скользнули по стенкам, потом вышли и снова проникли внутрь. Я даже глаза закрыла, отдавшись на волю амеранина, позволяя играть со мной. Ничего, пусть забавляется. Мы еще посмотрим, на чьей улице праздник, потому что я все равно найду способ покинуть это место и сделаю то, что задумала.

Внезапно я ощутила тянущую пустоту. Террел поднялся, сбросил брюки и приблизился ко мне, подвигая за ноги к краю стола. Удерживая одной рукой, плавно уложил меня на поверхность, оказавшуюся немного прохладной, ведь в столовой работал кондиционер. А потом он приподнял мои ноги, вторгаясь в меня до упора.