Создана быть твоей - Эми Мун

Мотнув головой, Шерил пролистнула экран, выбрасывая в воздух интересные ссылки. Неважно, что привлекло Дарквуда, конечный итог все равно не изменить.

Сайты раскрывались один за одним. Много информации. Много прибыли, много успехов и неудач. А это что… Грандиозная смена руководства три года назад. Отец Дарквуда передал свое кресло сыну. Но разве альфы поступают так? Проще поверить, что в это время в спину прежнего владельца смотрело дуло пистолета. Альфы не отдают своего. Тем более с безмятежной улыбкой и дружеским рукопожатием.

Новые сайты и новая информация, резкий скачок прибыли, работа над уникальным проектом кристаллов для воспроизведения голограмм. Никаких подробностей, кроме осторожных предположений, что это будет «бомба» в мире оптики.

Пусть так, ей неинтересно… Но пальцы сами бегали по экрану, вытаскивая из сетей Всемирной очередную подборку ссылок.

Это затягивало… Поиск крошечных фактов о его жизни.

Похож на маму…Шерил долго рассматривала голограмму черноволосой смуглой женщины с необычайно красивыми, золотисто-зелёными глазами. Лейла. Из восточного округа, чистокровная омега. Прекрасная, как настоящий цветок. Шерил залюбовалась совершенным до последней чёрточки лицом. Марк много взял от нее… Очень многое. Умерла женщина в тридцать три года от приступа бледной лихорадки.

Глупая жалость защипала глаза. В тринадцать лет остаться без матери — это же почти ребенок!

Пришлось переключить голограмму, чтобы избавить сердце от кислоты ненужного сочувствия — альфы этого все равно не ценят.

Является опекуном Алекса уже семь лет. О, сколько грязи… Сотня обвинений в связях с несовершеннолетним, да ещё весьма громких. Ложь. Вот тут Шерил была уверена на сто процентов — мужчина и пальцем не тронул своего подопечного.

Работа, женщины, работа… Хлоя Тампильтон…

Прежде чем успела подумать, Шерил деактивировала планшет, стирая витавшее в воздухе изображение обнимающейся парочки. Глаза Хлои сверкали торжеством. Она сидела на коленях Дарквуда, запуская свои кривые когти в густые пряди смоляных волос.

Да плевать на них! Отшвырнув планшет, Шерил схватилась за мобильник. Надо позвонить маме… или нет? Как сказать правду, что завтра все их планы превратятся в пыль?

Но звонить не пришлось. Только к вечеру пришло видеосообщение, в котором Микки, мама и заметно повеселевшая Лиззи желали ей удачи. На заднем фоне опять стены клиники. А еще Ричард пришел в себя… Кое-как натянув на лицо улыбку, Шерил отправила коротенький ответ.

Небо за окном все больше подсвечивалось рекламными вспышками. Время таяло, и последние надежды вместе с ним. Устав бродить от стены к стене, Шерил легла на кровать, крепко прижимая к себе подушку. На смену злости тихонько приходило смирение. Она выдержит это. Справится, как справлялась уже не раз. Просто результат будет чуть позже. Они все равно уедут отсюда. И не важно, ради поступления или просто так. А Дарквуд пусть и дальше тискает по углам нафаршированных силиконом кукол с пустыми глазами и бездной вместо сердца…

В голове маячила голограмма Хлои и Дарквуда. Счастливых, подходящих друг другу… Пропади они пропадом!

Но щекам почему-то мокро. И так тяжело дышать…

— Шерил… Шерил…

Навязчивый образ раскололся, теряя краски и четкость.

— Шерил …

Знакомый голос выдернул из плена тихого кошмара.

— Шерил, вставай… Хочешь сдать тестирование?

Подскочив на кровати, она в упор уставилась на бледного, как смерь, Алекса.

— Хочу!

* * *

— Мистер Дарквуд. Как ваш врач…

— Заткнись, док! — прорычал, не удосужившись взглянуть на стоявшего за спиной Миллера.

— …я настоятельно рекомендую отдых. Показатели не стабильны…

Блять, чтоб его! Переломить тощую шею — и дело с концом. Сжимать пальцы на изуродованном рытвинами горле и давить до последнего предсмертного хрипа. В лёгких толкалось месиво из ледяной крошки и раскаленных игл. Каждый вздох — маленький Армагеддон, и в затылке взрываются крохотные ядерные боеголовки, отдавая в зрительный нерв ярко оранжевыми вспышками.

— Хреновые показатели?! -

Вскочив на ноги, сделал шаг к неподвижному Миллеру.

— А кто ещё пару недель назад плел про чертовски устойчивую, мать ее, позицию?!

— Выработка альфатерона — вещь непредсказуемая, мистер Дарквуд. Вам нужен антидот.

Все что ему нужно сейчас — оттрахать Шерил. Разложить так, чтобы видеть каждый дюйм ее бархатной щелки. Сжать упругую грудь, вминая пальцы в податливую мякоть тела. Одним толчком погрузиться внутрь и двигаться, двигаться, двигаться, пока не отпустит. Пока из груди не исчезнет тугой ком колючей проволоки и руки снова не обретут чувствительность, превращаясь в живую плоть, а не отростки из льда и железа. Слышать ее стоны, вдыхать запах, чувствовать тепло… Видеть, как она выгибается под ним, шепчет его имя, рвано, с тягучим, как мед, придыхом. Он так и не смог его получить. Проклятье!

— Уберите ваши иголки, док! — рявкнул, отталкивая руку со шприц-пистолетом. — Мне не нужна эта бурда!

Потому что можно вколоть себе лекарство раз, потом второй, а на третий — подсядешь. Хуже, чем на Пси-наркотик — с него хотя бы есть шанс соскочить. Но эта бледно-желтая дрянь в игле поставит на колени и медленно затянет удавку. До тех пор, пока мозги не превратятся в кашу. Спасение, влекущее за собой смерть. А он и так однажды слишком близко подошёл к краю. Прогулялся по лезвию ножа, в какой-то момент действительно собираясь свалиться в бездну, но, сжав зубы, вытолкал себя в нормальную жизнь.

И снова это сделает. Избавится от тяги к обычной человечке!

Система, конечно, провела поиск. И выдала нулевые результаты. Что только подтвердило опасения — он опять вступил в то же дерьмо, что и двадцать лет назад. Да, его всегда привлекали человеческие женщины. Но до этого времени удавалось держать эмоции на привязи!

И сейчас у него еще есть возможность вырвать из себя заразу, пока корни не проросли слишком глубоко. Просто нужно пережить ещё пару дней. А потом трахнуть другую девку, без риска свернуть ей шею. Потому что сейчас он мог только так — с жестокостью и жаждой насилия. Так, как требовалось первым подопытным. С криками и болью, с хрипами и мольбами о смерти. Рвать на куски, вспарывать сухую плоть, заменяя смазку — кровью, а оргазм — смертью. Они были нестабильны, первые самые жуткие результаты игры человека в Господа всемогущего.

— Мистер Дарквуд…

Голос доктора звучал глуше. В горле плескалась вязкая горечь желчи. А перед глазами качались изломанные графики. Кто-то опять влез в его проект — сорвал доставку пробной партии оборудования. Ливс тихо кипел. Для него каждый станок — не просто набор металла и пластика. Если бы не Надежда рядом, погрызлись наверняка — и конец сотрудничеству, но омега, как буфер, гасила недовольство мужа. Взгляд самый безмятежный, теплый, даже ему полегчало, ну и Ливс растаял. Перестал рычать. На новую партию договорились по цене в полтора раза выше прежней.