Гамбит принца - К. С. Пакат

Он подошел, как только был приглашен, и сел напротив Лорена, с другой стороны карты.

Лорен хотел обсудить — снова, и в мельчайших подробностях — каждый дюйм земель отсюда и до Рейвенела, а также вдоль северо-восточного участка границы. Дэмиен вызвал в памяти все, что знал, и они разговаривали несколько часов, проводя сравнения качества склонов и земли с местностью, через которую они только что проехали.

Снаружи лагерь уже впал в ночную тишину, когда Лорен, наконец, оторвал внимание от карты и сказал:

— Хорошо. Если мы не остановимся сейчас, то проговорим всю ночь.

Дэмиен наблюдал, как он поднимается. Лорен не был склонен показывать хоть какие-нибудь из обычных внешних признаков утомления. Контроль, который он утверждал и поддерживал над отрядом, был продолжением контроля, которым он владел над собой. Несколько свидетельств было. Слова, вероятно. На челюсти Лорена был синяк, серовато-коричневая отметина там, где главарь клана ударил его. У Лорена была нежная, выхоленная кожа, на которой повреждения появлялись, как на переспелом плоде от прикосновения. Проблески пламени светильников играли на Лорене, пока он рассеянно подносил руку к запястью, чтобы начать расшнуровывать рукав.

— Подожди, — сказал Дэмиен. — Позволь мне.

Привычка — Дэмиен поднялся, подошел и позволил своим пальцам работать со шнуровкой на запястьях Лорена, а затем на его спине. Края верхней одежды разошлись, как оболочка у гороха — он протолкнул и снял ее.

Освобожденный от веса верхней одежды, Лорен повел плечом, как делал иногда после долгого дня, проведенного в седле. Инстинктивно Дэмиен поднес руку и мягко сжал плечо Лорена — и остановился. Лорен замер, пока Дэмиен осознал, что он только что сделал и что его рука все еще на плече Лорена. Он чувствовал напряженные, как твердое дерево, мышцы под своей ладонью.

— Напряжен? — небрежно спросил Дэмиен.

— Немного, — ответил Лорен через мгновение, когда сердце Дэмиена дважды стукнуло в груди.

Дэмиен положил вторую руку на другое плечо Лорена больше для того, чтобы удержать его от неожиданного поворота или чтобы Лорен не заставил его уйти. Дэмиен стоял позади Лорена и держал свою прозаичную хватку настолько безразличной, насколько мог.

Лорен спросил:

— Солдаты в армии Кастора обучены массажу?

— Нет, — ответил Дэмиен. — Но я думаю, что основы легко освоить. Если хочешь.

Он легко надавил большими пальцами и сказал:

— Прошлой ночью ты принес мне лед.

— Это, — сказал Лорен, — немного более… — это было резкое слово, — интимно, — продолжил Лорен, — чем лед.

— Слишком интимно? — спросил Дэмиен. Он медленно разминал плечи Лорена.

Обычно Дэмиен не считал себя человеком с суицидальными наклонностями. Лорен вообще не расслабился, но просто стоял неподвижно.

И затем у подушечек пальцев мышцы шевельнулись под давлением, последовательно открывая весь путь по спине Лорена. Он невольно сказал:

— Я…Там.

— Здесь?

— Да.

Дэмиен почувствовал, как Лорен едва заметно сдался его рукам; тем не менее, как для человека, закрывающего глаза на краю пропасти, это был акт непрекращающегося напряжения, а не сдачи. Инстинкт удерживал движения Дэмиена от изменения курса, делал их прагматичными. Он дышал осторожно. Дэмиен мог чувствовать всю структуру спины Лорена: изгиб лопаток, а между ними, под своими руками — твердую поверхность того, что стало бы рабочей мышцей, когда Лорен использовал меч.

Медленный массаж продолжался; появилось еще одно движение в теле Лорена, еще одна наполовину подавленная реакция.

— Так?

— Да.

Голова Лорена чуть откинулась вперед. Дэмиен понятия не имел, что он делает. Он отдаленно осознавал, что уже прикасался руками к телу Лорена раньше, и не мог в это поверить, потому что сейчас это казалось таким невозможным; хотя тот момент ощущался связанным с настоящим, даже если только на уровне контраста: нынешняя осторожность по сравнению с тем, как тогда он беспечно позволил своим рукам скользить вниз по влажной коже Лорена.

Дэмиен взглянул вниз и увидел, как белая ткань слегка сдвинулась под его пальцами. Рубашка Лорена держалась на его теле ограничивающим слоем. Затем глаза Дэмиена поднялись вверх по линии сбалансированной шеи к непослушной прядке золотистых волос, заправленной за ухо.

Дэмиен позволял рукам двигаться только для поиска новых мышц, чтобы расслабить их. В теле Лорена все время присутствовало мелькающее напряжение.

— Так тяжело расслабиться? — тихо спросил Дэмиен. — Тебе стоит только выйти из шатра, чтобы посмотреть, чего ты достиг. Эти люди твои. — Он не обращал внимания на знаки, на легкое замирание. — Что бы ни случилось завтра, ты сделал больше, чем кто-либо мог бы…

— Достаточно, — прервал Лорен, неожиданно вырываясь.

Когда Лорен повернулся к Дэмиену лицом, его глаза были темными. Губы неуверенно приоткрыты. Он поднял руку к своему плечу, словно преследуя призрак прикосновения. Он не выглядел именно расслабленным, но движение казалось более легким. Как будто осознав это, Лорен, почти неловко, сказал:

— Спасибо. — И затем добавил в сдержанном признании: — Пребывание связанным оставляет впечатление. Я не понимал, что быть пленником так неудобно.

— Что ж, это так. — Слова прозвучали близко к обычному тону.

— Я обещаю, я никогда не привяжу тебя к спине лошади, — сказал Лорен.

Повисла пауза, во время которой колкий взгляд Лорена был направлен на Дэмиена.

— Точно, я все еще пленник, — сказал Дэмиен.

— Твои глаза говорят «пока», — ответил Лорен. — Твои глаза всегда говорили «пока». — И затем: — Будь ты питомцем, к этому моменту я бы одарил тебя достаточно, что ты выкупил бы свой контракт уже несколько раз.

— Я бы по-прежнему был здесь, — сказал Дэмиен, — с тобой. Я говорил тебе, что я увижу этот пограничный спор до самого его завершения. Думаешь, я откажусь от обещания?

— Нет, — ответил Лорен почти так, словно в первый раз осознавая это. — Не думаю, что ты откажешься. Но я знаю, что тебе это не нравится. Я помню, как сильно это сводило тебя с ума во дворце — быть связанным и беспомощным. Вчера я чувствовал, как болезненно ты хотел кое-кого ударить.

Дэмиен обнаружил, что двинулся, не осознавая этого, его пальцы поднялись и коснулись ушибленной линии подбородка Лорена. Дэмиен сказал:

— Человека, который сделал это с тобой.

Слова вырвались сами собой. Тепло кожи под его пальцами в тот момент привлекало все внимание, до того, как он понял, что Лорен дернулся назад и смотрел на него голубыми глазами с расширенными зрачками.

— Прости. Мне… не следовало этого делать. — Он заставил себя тоже отступить назад. Он сказал: — Я думаю… Лучше я доложу часовому. Я могу встать на смену сегодня ночью.

Он повернулся, чтобы выйти и проделал путь до самого входа в шатер. Голос Лорена остановил его, когда рука