Моя любой ценой - Кира Шарм

   Чувствую себя китайским болванчиком, способным лишь кивать и улыбаться, прикрываясь бокалом шампанского, который Влад каждый раз вкладывает мне в руки, забирая уже опустевший.

   Видимо, это такой способ закрыть мне рот, ведь я и правда не успеваю сказать никому ни слова, даже ответить вежливо на приветствие.

   Каждый раз, стоит кому-то подойти, Влад сжимает мой локоть сильнее. Предупреждает, что моя роль – всего лишь молчать и глупо хлопать ресницами.

   Не отпускает ни на шаг, но даже на меня и не смотрит. Весь поглощен разговорами с постоянно подходящими к нему людьми.

   Зато для остальных я – будто на витрине. Все разглядывают меня с нескрываемым любопытством. И у большинства женщин оно смешивается с презрением и надменными взглядами.

   Наверное, вот именно так на самом деле и чувствовала себя Золушка, когда ее принц привел ее во дворец.

   Кожа горит огнем от полыхающих взглядов и кажется, что меня обливают кислотой с головы до ног. А сам прекрасный принц занят другими и даже не замечает простушки, с которой под руку пришел сюда, окунувшись в привычный ему мир. Где все роскошно, а сама его спутница напоминает ему тыкву. И уже сто раз, наверное, пожалел, что появился в своем мире роскоши и великолепных женщин с вот такой…

   – Подожди немного. Нужно кое-что обсудить наедине, - взгляд Влада полыхает знакомым огнем. Но, увы, направлен он не на меня.

   Идеально красивое лицо озаряет такая же до безумия, до остроты лезвия красивая, ослепляющая улыбка, а мне в руки ложится новый бокал.

   Если Северов хотел на сегодня молчаливую спутницу, то он это и получит, потому что скоро от всех этих возлияний я физически не смогу и слова из себя выдавить!

   Слежу за его взглядом в пеструю толпу, и сердце предательски сжимается.

   Милена.

   Великолепная.

   Чистое совершенство.

   Копна густых иссиня-черных кудрей окутывает ее будто волной.

   Идеальная грудь быстро вздымается над почти не прикрывающей ее полоской ткани черного платья, а глаза сияют не хуже бриллиантов, которыми усыпана открытая грудь.

   – Я ненадолго, - шепчет мне прямо в ухо Северов, прикусывая мочку, но неотрывно глядя на нее. И меня дергает. Отшатываюсь, чувствуя, как будто этим порочным касанием на глазах у всех он обещает безумные ласки именно ей, а вовсе не мне. Да и она понимает это точно также, начиная дышать чаще, облизывая пухлые алые губы.

   Я здесь лишняя. Кажется, здесь лишние все, кроме этих двоих, будто и нет между ними толпы людей.

   Зачем тогда нужно было брать меня с собой?

   Или его совершенная невеста чем-то провинилась, а Влад решил таким вот способом ее проучить, поставить на место?

   Киваю, но Северов этого не видит. По-прежнему продолжает пожирать глазами Милену, даже не повернув ко мне головы.

    Отступаю назад. Шаг, другой. И будто тонкая нить рвется соприкосновение наших рук. Рвется, выворачивая меня саму изнутри, легким скольжением по коже будто сдирая ее с мясом, ударяя в самое сердце.

   Могла бы – бежала бы отсюда сейчас со всех ног. Плевать на туфли и каблуки – сбросила б их и по снегу летела бы отсюда. Лишь бы подальше…

   Глаза застилают слезы. Просто выжигают оболочку, превращая все вокруг меня в смазанную пеструю картинку, шум которой оглушающе бьет в висках.