Двойное приручение. Их добыча - Виктория Миллс

Эбигейл

Я уверенно стояла посередине пентаграммы, сжимая в руках заветный листок с заклинанием. Волнение усиливалось, отдаваясь дрожью в коленях.

Было страшно. Очень. Я боялась за жизнь единственно родных мне людей и не должна была совершить ошибку!

Заклятие что написала Зельда, могло повести себя весьма иначе. Как сказал Марвел, ритуал полный луны должен забрать мою жизнь и кровь клана Азазеля, оставив их навсегда рабами полнолуния.

Вот только магические слова, что я держала сейчас в ладони, были полностью изменены и лишь одной луне известно, что из этого может получиться.

Эбигейл, соберись! Пора уже прекращать эту историю, что и так затянулась на многие года и даже столетия.

Я откинула сомнения в сторону, собравшись с мыслями, а после обратилась к тому, чей род разрушил мою семью.

– Джонатан, вели своей стаи встать в первый круг после черты, – мужчина довольно улыбнулся и молча кивнул своим людям, что послушно исполнили приказ.

Человек пять сразу встали в указанное место, осторожно поглядывая на моих мужчин, что надежно были привязаны к столбам.

– И это вся твоя стая?! – презрительно усмехнулся Натан, рассматривая перед собой крепких оборотней, что взволнованно оглядывались по сторонам.

– На три волка было больше, пока пару минут назад Азазель не растерзал их! – недовольно подметил вожак. – Остальные отказались от моего дара.

Я удивленно приподняла бровь, шокированная этой новостью до глубины души! Люди добровольно отказались от возможности не испытывать адские страдания каждое полнолуние?! Как такое возможно?!

– Почему? – едва слышно прошептала я, но острый слух трактирщика уловил этот звук.

– Потому что жалкие слабаки, – ответил он надменно. – Они отказались от такой возможности, добровольно обрекая себя и своих детей на пожизненные мучения. И все из-за того, что им не понравилась цена!

– Цена ведьмы и другой стаи… – озвучила я вслух.

– Верно.

– Слабак здесь только ты, Марвел! – грозно ответил Дерек, сжимая в кулаки металлические цепи так сильно, что побелели костяшки рук. – У этих людей есть гордость и честь клана. В отличие от тебя!

– Довольно разговоров! – грубо прокричал он, устремляя на меня гневный взгляд. – Начинай!

Я нервно сглотнула и достала трясущейся рукой пожелтевший листок, а после снова обратилась к разъяренному трактирщику.

– Мне нужен кинжал, – он недоверчиво посмотрел на меня, а после вытащил его из-за пазухи и резко метнул в мою сторону. Нож воткнулся прямо у самой ноги, вонзаясь глубоко в землю.

Я одарила оборотня самым ненавистным взглядом, а после уверенно вытащила серебряное орудие, удобно ухватившись за деревянную рукоять. Широкая глиняная чаша уже предусмотрительно стояла посередине рисунка, и я опустилась перед ней на колени.

Не колеблясь ни секунды, я порезала себе ладонь холодной сталью, собирая алую кровь в деревянный сосуд, а после обмотала её зеленой лентой для волос, что была у меня в кармане плаща.

Теперь нужно было собрать кровь каждого члена стаи, смешав все воедино. Я подошла к отцу, что все это время был без сознания и точно так же, как и себе порезала его руку, быстро собирая красные капли в сосуд, пока рана не успела затянуться вновь. Затем быстро поднялась на ноги и поцеловала его в макушку, словно прощаясь, и только после этого подошла к Натану.