Принцесса и деспот - Василина Осипова

— Ну вот и всё, сестрёнка, — Дана самодовольно ухмыльнулась в погасший экран смартфона и откинула его на мягкую подушку. — Подождём.

— Ждём-с, — кивнула Хана, отхлёбывая из большой кружки какао с маршмеллоу. Она забралась на постель Даны с подносом со всевозможными сладостями. И уже успела испачкать голубую пижаму с котиками шоколадом.

Они часто устраивали такие ночные уютные посиделки раньше. Только вдвоём, болтали о школе и мальчиках, говорили обо всем и ни о чем одновременно. А потом Хана уехала.

Дана ещё раз посмотрела на подарок сестры от их отца. В ушах девушки теперь поблескивали маленькие полумесяцы с инкрустированными в них бриллиантами. А у Даны появилось кольцо, схожее по стилю, буквально неделю назад. Папа никогда не был сентиментальным, но своих девочек любил порадовать. И почему-то все украшения так или иначе были связаны с луной или звёздами. И были очень похожими на мамин кулон, с которым та не расставалась, даже если он не подходил к выбранной одежде. Кажется, папа в упор не видел какие-либо другие вещи и просто-напросто решил потихоньку выкупить весь ассортимент одного бренда.

Всё началось, когда мама услышала и полюбила песню «To the moon and back”, и начала напевала её маленьким Кайлу с Ханой перед сном. А спустя некоторое время папа подарил ей памятное украшение. Мама так растрогалась, что заказала в детскую новые обои с этой строчкой из песни. Правда, этого Дана не застала или просто уже не помнила — мама периодически обновляла интерьер по настроению.

— Или уже не дождёмся, — с сомнением протянула девушка через время, выплывая из воспоминаний, пока Хана самозабвенно поглощала эклеры. Телефон был тих.

— Ничего, я переживу это, — хихикнула Хана, отправляя в рот кусочек молочного шоколада. — Мне хватило и твоего рассказа, — передернула она плечами, поёжившись.

— В чём-то он даже…лапочка, — произнесла Дана, даже сейчас сомневаясь в своих словах. — Ну в смысле не такой жуткий, каким показался мне сначала, вот. И симпатичный.

— Странные у тебя понятия о лапочках, — хмыкнула Хана, делая ещё один глоток какао. Она подцепила пальцем зефирку и отправила в рот и ее.

— Просто он набросился на Кайла в первую минуту нашей встречи, — нахмурилась Дана. — Сейчас уже кажется более адекватным.

— Что? Почему?! — Хана выглядела огорошенной.

— Я думала, ты знаешь, — ахнула Дана.

— Откуда бы? — Хана фыркнула и приподняла бровь. — Кайл в жизни бы мне не рассказал. Он же с самого детства с ним соперничает.

— Кстати, это произошло по твоей вине, — наклонила голову Дана, изучая реакцию сестры. — Кайла… — девушка закусила изнутри щеку, подбирая нужное слово, — взбудоражил запах твоего шарфика, который был тогда на мне. Бейд взбесился из-за этого.

— Ты украла мой шарфик! — воскликнула Хана, укоризненно прищурившись. — Больше ничего не хочу знать, возвращай обратно.

— Он у братца, Ханни, — ехидно протянула Дана, с удовольствием смотря в округлившиеся синие глаза. — Я бы подумала несколько раз, прежде чем его возвращать… Мало ли, что Кайл мог с ним дела…

Договорить ей не дала ладонь Ханы, стремительно залепившая рот девушки. В нос ударил запах печенья и шоколада, что сестра ела минуту назад.

— Ни. Слова. Больше, — процедила она, поджимая губы. Дана уловила внезапно порозовевшие щеки сестры и улыбнулась прямо в ее ладонь. Она подняла обе руки вверх, прося о перемирии.

Хана ухмыльнулась и убрала руку.

— Ты слишком быстро выросла, сестренка. Кстати, — Хана обернулась на закрытую дверь и подобралась на постели поближе, чтобы спросить, — у вас уже что-то было? С твоим волком?

Теперь Дана зашикала на сестру:

— Тут явно поблизости ошивается Кайл, ты же знаешь, какой у них слух! Говори тише!

— Значит, было? — губы Ханы сами собой сложились в улыбку. — И каково это?

Она кинула в рот ещё один ломтик шоколада и навострила уши в предвкушении рассказа.

— Ну, да… Нет… Не совсем, — нахмурилась Дана. — В общем, до главного так и не дошло. И он не отметил меня.

— Ну и хорошо, — важно кивнула Хана. — Строить семью в восемнадцать? Ещё и с волком, который явно хочет осеменить тебя с первой встречи? — она яростно замотала головой, словно отгоняя свой самый страшный кошмар.

— Фу-у-у-у, не говори так! — воскликнула Дана, отшатываясь от сестры. — Ничего такого он не хочет!

— А его волчья сущность? — глаза сестры победно блеснули синевой.

Дана отвела взгляд от ее лица, задумавшись об этих словах. И Хана вздохнула:

— Вот-вот, как по мне, так это добровольное рабство. Оборотни немного… архаичны и чересчур патриархальны… Особенно альфы, да? В их мышлении женщине уготовано только две роли — быть женой и хорошей матерью их потомства.

— Хана…

— А принять эту роль в таком молодом возрасте, Дана… Это не сломает тебя? Его желания и воля не подавят под собой твою личность? Тебе ведь всего восемнадцать…

Сестра с грустью посмотрела на неё и сжала ее ладошку своей. И тут Дана поняла, что ведь сейчас Хана говорит не только о ней. Но и о себе.

— Ты… Ты поэтому уехала? — спросила Дана, посмотрев сестре прямо в глаза.

— Для того, чтобы строить семью, я сама должна сформироваться как личность, не так ли? Понять, чего хочу от этой жизни. И какого человека вижу рядом с собой. Быть независимой, в конце концов.

— Ему плохо, Хана, — серьезно сказала девушка, вытягивая свою руку из под ладони сестры. Та едва уловимо вздрогнула и сжала кулак, сгребая простынь. — Я понимаю и твои чувства, и его… И разрываюсь внутри, понимаешь?

— Да… — едва слышно прошептала та. — Да…

— Если бы ты только дала ему шанс… Не смотри на меня так, — Дана сглотнула и покачала головой. — Прошлое осталось в прошлом.