Дом из воска и стекла - Марина Бреннер

— Подожди!

Лайса только это и смогла выкрикнуть, не увидев — скорей, почувствовав ярость Зверя. СВОЕГО Зверя. Ведь не разберется, как всегда! Натворит дел, совсем не подумав головой, а вполне вероятно, что никто ничего плохого не хотел…

И может, никто не таранил их! Фургоны… Да, никто их не таранил! Мокрый камень трассы, дождь и плохая видимость, тяжелый, не маневренный транспорт просто занесло, на влажных поверхностях сцепления с колесами аховое, половина аварий происходит по этой причине.

— Тирон! — крикнула, превозмогая нудную головную боль и жжение в глазах — Ты где… Подожди!

Ответом ей были плотный, монотонный шум дождя, визг "сигналки", крики и какие — то странные хлопки. Словно огромные птицы молотили воздух крыльями или шлепало по ветру громадное трефовое полотно, вывешенное для просушки.

Найдя ощупью дверь фургона, поискала кнопки. Они оказались очень горячими и напоминали сейчас просто полосы расплавленного пластика.

— Тирон!

Ей ответил дикий рев, шипение "сдвоенных" голосов заслонило даже шум дождя, удушливая ягодная вонь забила глотку. Виски стянуло железным обручем, левый глаз ломило болью, правый же открываться вообще не хотел.

— Да твою же…

Кое — как разлепив тяжелые, набухшие веки, Лайса увидела…

…пожар.

Зарево невероятной силы и яркости могло бы ослепить ее, да только не теперь. Сейчас было некогда слепнуть — на кону стояла жизнь. Ослепнуть, оглохнуть и похныкать можно и позже. Потом, намного позже — сидя с Тироном на веранде их нового Дома, с кружкой кофе в руке. Поныть, как было страшно и больно.

Найдя аварийную ручку и, повернув ее, наконец — то справившись с дверью, девушка выбралась на мокрый, ледяной камень трассы. Упершись в него коленями, поднялась, опираясь на кулак одной руки и намертво зажатый в другой обрез.

Раскачиваясь из стороны в сторону, как пьяная, медленно, хромая, Лайса пошла в сторону огня и дыма.

Она двигалась кое как, хотя ей казалось — идет быстро, почти бежит… И уже различны были очертания горящего, плоского фургона, гарь нещадно воняла спиртом — скорее всего, были пробиты цилиндры с топливом, оно текло наружу и ярко полыхало, ослепляя ночь. Дождь не мог справиться с пожаром, небесная вода пошла на убыль, запас влаги в тучах кончился. Теперь была только морось, липнущая к лицу прохладной паутиной и облегчающая дыхание.

— Тирон! — крикнула Лайса еще раз.

Крик вышел трубным, громким, хриплым, но…

Подействовал.

Зверь обернулся на него. Отозвался.

Шагнув из зарева, теперь палил свою самку яростью багровых глаз.

— Ты какого хера прешься сюда? — рявкнул он, выпутав из когтей труп неприятеля и швыряя его на раздолбаный камень дорожного покрытия — Пошла вон!

Она протестующе потрясла головой. Потом, опустившись на корточки, ткнула мокрым дулом обреза в труп.

Мертвое тело шелохнулось, поддавшись короткому тычку. Мужчина, одетый в плащ и, кажется, костюм, уронил голову набок и посмотрел на сэйту Дэннис голубыми глазами, уже начавшими терять яркость и ясность, подчиняясь смерти. Светлые волосы покойного густо слиплись от крови.

— Кто это такой? А, Тирон? Прекрати рычать, убери когти и немедленно отвечай! Сколько их? И что нам теперь будет? Это ж какие проблемы могут начаться с властями! Вот зачем ты его убил… Идиот.

Сэттар Дэннис шлепнул несколько раз ладонями по горящим остаткам одежды, приводя себя в относительный порядок и…

…потрясенно поднял голову.

Сейчас он увидел свою Пару под неожиданным, вывернутым наизнанку углом.

Раны на лице Лайсы быстро стягивались. Правый глаз набух и опасно подплыл кровью, зато левый сиял ясностью и разумом. Левый. Ярко — голубой. Такой же иномирный, переливающийся, невероятно красивый цвет, как у этих…

Ни грамма страха. Ни грамма паники. Девушка даже и не морщилась от боли, крепко и твердо стоя на ногах.

Хотя… Вполне возможно, что это просто шок.

— Лайса, — начал он, наклоняясь и придерживая жену за плечи — Ты вся в крови…

— Да неужели?! — фырчок и саркастичный смешок — Отчего бы это? Вряд — ли это обычные "женские дни"!

Опираясь на руку Дэнниса, она поднялась. Сейчас становилось легче, хотя еще саднило глаза и в висках слабо пульсировала боль. Следовало вернуться к фургону, посмотреть, что там… Как — то же надо добираться до Цитадели. Можно, конечно, и пешком, но вещи… Вот совсем неохота переть сумки в руках!

Девушка помотала головой, понимая, что думает совсем не о том сейчас. И вообще странно, что чувствует она себя абсолютно спокойно, хотя уравновешенностью характера Лайса Канц никогда не могла похвастаться.

Готовая орать и визжать всякий раз, когда что — то шло не так, как ей хотелось, в данный же момент сэйта Дэннис была спокойна, как вековая скала.

Переложив обрез из одной руки в другую, шла она сейчас, опираясь на руку мужа, еще горячую и шершавую от уже исчезающих пластин брони, направляясь к покореженному фургону.

Дойдя, неудобно прислонилась к мокрому металлу транспорта, подставила лицо мелкой, ласковой мороси дождя, отупленно слушая, как полосует воздух раздражающий звук "сигналки".

— Кто они, Тирон? — спросила в который раз, но уже тише и спокойнее — Это те, кто все время следили за нами? Все это время, я имею ввиду.